Чтение онлайн

В царствование Николая I официальную идеологию стала отражать формула «Православие – самодержавие – народность». Начался новый нажим на иноверцев и даже массовые гонения. Именно этот курс был закреплен в Своде законов Российской империи, который действовал до 1917 г. Определяющим принципом при выработке церковной политики в Российской империи была защита Русской православной церкви как государственного института. Иноверцы в широком смысле слова в основном имели возможность жить по своим обычаям и традициям. Но в связи с тем, что в государстве существовала господствующая Русская православная церковь, пользующаяся поддержкой государства, остальные вероисповедания неминуемо оказывались в притесненном положении 30 .

Для Российской империи была характерна модель государственно-конфессиональных отношений, элементами которой являлись: установленная законом государственная религия; правовое неравенство конфессий, признание их прав на публичное отправление культа.

Серьезное влияние на характер государственно-конфессиональных отношений в целом оказали взаимоотношения власти и Русской православной церкви. Исторически сложилось так, что именно церковь на протяжении веков являлась духовной опорой государства. Отношения власти и церкви были стержнем государственной церковной политики и накладывали отпечаток на формирование и характер отношений власти с другими конфессиями.

К началу ХХ в. в Российской империи существовало законодательно оформленное привилегированное положение одной конфессии – Русской православной церкви, имеющей статус государственной, выполняющей ряд государственных функций и пользующейся государственной поддержкой. Православная церковь была полностью интегрирована в государственную систему, став частью, хотя и особенной, государственного аппарата. В отношении церкви верховная власть обладала значительными прерогативами законодательной (правом инициативы разработки и утверждения законов), исполнительной (избирала и утверждала церковных иерархов и др.), а отчасти – и судебной (была итоговой судебной инстанцией для духовных иерархов) власти. Система церковного управления строилась на сочетании власти иерархии и светской бюрократии. Обер-прокурор непосредственно назначался царем и имел неограниченные возможности влиять на высшие церковные структуры. Регулирование деятельности иных религиозных организаций, традиционно распространенных в Российской империи, возлагалось на департамент духовных дел иностранных исповеданий Министерства внутренних дел. Внутренняя жизнь этих организаций также целиком и полностью контролировалась государством 31 .

Православная церковь определялась законом как господствующая и первенствующая в стране. «Император, яко христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры и всякого в Церкви Святой благочестия» 32 . По законам России император не мог исповедовать иной веры, кроме православной. Монарх был верховным защитником и хранителем догматов господствующего вероисповедания, блюстителем правоверия и церковного благочестия.

Главенство православной церкви выражалось в следующем. Православной церкви дозволялось открыто совершать богослужения, устраивать религиозные процессии. В обществе, где был законодательно запрещен всякий прозелитизм, только православие имело право заниматься миссионерской деятельностью с целью обращения в свою веру инославных (принудительные меры по этому поводу законодательством запрещались). Закон брал на себя обязанность охранять и защищать интересы веры. Все табельные дни и праздники империи применялись к церковному календарю. По обрядам церкви совершалось богослужение по случаю государственных событий. Система образования, контроль за гражданским состоянием подданных находились в церковном ведении.

Церковь выполняла целый ряд важных государственных функций:

1) информационная функция церкви проявлялась в информировании приходского населения о происходящих в государстве событиях и о принимавшихся новых законах;

2) полицейская функция церкви выражалась в осуществлении определенного надзора за паствой. В фондах Российского государственного исторического архива отложилось немало донесений, в которых священники перечисляли для полиции лиц, нерегулярно посещавших исповедь и причастие;

3) регистрирующая роль церкви осуществлялась путем регистрации приходскими священниками всех актов гражданского состояния – от рождения до смерти;

4) идеологическая роль церкви выражалась в формировании и продвижении православия как официальной государственной идеологии.

Реализация церковью всех указанных функций осуществлялась на основе как правовых, так и религиозных норм. В условиях, когда церковь являлась частью государственного аппарата, церковные нормы получали санкцию и поддержку государственной власти наравне с собственно государственным правом.

Российское вероисповедное законодательство выстраивало систему иерархии неправославных религий и религиозных объединений, среди которых выделялись четыре категории:

1) покровительствуемые (римско-католическая, евангелическо-лютеранская, реформатская, армяно-григорианская и нехристианские исповедания: иудейское, магометанское, ламаистское);

2) дозволенные или признаваемые (с 1883 г. – старообрядческие движения, с 1876 г. – анабаптизм, менониты, генгутеры);

3) терпимые («раскольничьи секты, менее вредные секты, выделившиеся без дозволения государственной власти из протестантской и еврейской религий, языческая религия»). Эти религиозные течения не были официально разрешены или официально запрещены. Они должны были состоять под надзором местной полиции. Если их деятельность не нарушала закон, то такие религиозные группы не подвергались преследованиям. Религиозные публичные акции в таких случаях не допускались. Лояльность подобных религиозных организаций определялась отношением их последователей к государству и его законам: верующие должны были молиться за царя и выполнять предусмотренные законом гражданские обязанности;

4) нетерпимые («особенно вредные секты, исповедующие такие принципы, которые признаны государственной властью преступными, а именно: скопцы, молокане, беспоповцы, секты, не признающие брака и отказывающиеся молиться за царя»). Религии этих категорий получали по закону разную «порцию свободы» в своей деятельности. Причем в текстах законов отмечалось, что последователи таких религиозных организаций не преследуются за свои личные убеждения. Они могли привлекаться к ответственности за поступки, предусмотренные уголовными законами. К числу мер, препятствовавших их распространению, относился запрет принимать христианских детей на воспитание, нанимать православную прислугу и т.д. 33 .

Дифференциация религий в России имела юридический характер и была основана на следующих критериях: 1) историческая специфика связи религиозной организации с государством; 2) различие в целях и принципах деятельности религиозных организаций; 3) их позиция по отношению к политической и правовой основе государства. Покровительствуемые религии, являясь традиционными религиями для народов России, пользовались покровительством и охраной государства, получая существенную помощь. Духовные лица наделялись правами государственных служащих и содержались казной. Деятельность их верховных органов (на территории России) контролировалась государственной. Последователи покровительствуемых религий могли иметь храмы, обладали правом колокольного звона и публичных богослужений (в тех местах, где проживало большинство верующих этого направления). Брак, погребение, обучение своих детей, присяга осуществлялись по обрядам их религии.

Мера религиозной свободы для дозволенных религий была меньше. Их последователям предписывалось проводить богослужения в частных (приспособленных) домах. Внешний вид таких зданий не должен был иметь признаков храма (разрешалось лишь помещать крест над входом), внутреннее же их устройство делалось по усмотрению верующих. Запрещались публичные (за пределами специальных мест, отведенных для этого по закону) богослужения и обряды. Воспитание детей, брак и погребение также по закону верующие совершали по своим обрядам. Духовные лица этих движений не имели никаких отличий от мирян перед лицом государства, и их содержание не обеспечивалось казной.

Инославные исповедания по законодательству Российской империи считались «покровительствуемыми», но их деятельность ограничивалась религиозно-национальной средой и находилась в зависимости от государства. Оно полностью регламентировало досмотр за деятельностью учреждений и монастырей, открытие новых приходов и строительство культовых зданий, покупку недвижимости, назначение, перемещение и увольнение духовных лиц, выплату им жалованья из средств государственного казначейства. В государственном аппарате была создана специальная структура, заведовавшая делами лютеранского, кальвинистского и римско-католического исповеданий и включившая их в единую систему государственного регулирования церковной жизни страны.