Констанция (Книга 4)
Шрифт:
– Да нет, дети, вроде бы все в порядке. Просто короля одолевают какие-то свои мысли. Не волнуйтесь.
Король Витторио в это время подошел к королеве, взял ее под руку и медленно направился к выходу. Но в самой двери он резко остановился. Даже королева вздрогнула.– Граф де Бодуэн!– громко, на весь зал, воскликнул король Витторио.
– Да, да, ваше величество, - Арман поклонился жене и матери, направляясь к королю, - я слушаю вас, ваше величество, - Арман склонился в низком поклоне, - вы что-то хотели сказать?
– Нет-нет, ничего, - как будто бы отгоняя странное наваждение, тряхнул головой король Витторио.
Королева пристально посмотрела на своего мужа, ей явно не понравилось выражение лица короля.
– Да нет, ничего, продолжайте развлекаться, - обронил король, развернулся и покинул зал.
Еще несколько придворных последовали за своим монархом. А граф де Бодуэн остался стоять у закрытой двери, пытаясь понять, что же хотел сказать король Витторио. Он пытался вспомнить, когда же еще видел подобное выражение на лице своего монарха.
А графиня де Бодуэн усадила Констанцию в кресло, и музыканты вновь принялись играть, а двенадцатилетний певец вновь запел песню о любви.
Констанция улыбалась, но на душе у нее было неспокойно. Она то и дело вспоминала странный взгляд короля, его темные глаза с расширенными зрачками, его нервную улыбку и черные густые брови, которые буквально сошлись на переносице, когда король разговаривал с ней.
Мать Армана, графиня де Бодуэн, тоже почувствовав что-то неладное, косилась на свою невестку.
"Эта женщина принесет нам несчастье. Вот уж, право угораздило моего Армана жениться на этой парижской красавице, не мог найти кого-то попроще". Сейчас старая графиня де Бодуэн не думала уже о том, чтоКонстанция красива и что никто в Пьемонте не может с ней сравниться, сейчас она думала о судьбе своего сына, о том, что не зря король так странно смотрел на ее невестку. Но что она могла сделать? Король есть король и никто не волен приказать ему, как смотреть на того или иного из своих подданных. Поэтому стараяграфиня вскоре успокоилась и стала слушать музыку.
А вот сердце Констанции странно сжалось. Ей показалось, что в огромном зале не хватает воздуха и у нее начинает кружиться голова.
"А может быть, это от звуков музыки, от этих надрывных нот и высокого детского голоса, которому вторят две флейты? Нет, нет, это не от музыки, а от странного взгляда короля. Почему он так странно посмотрел на меня?" Но тут же Констанция улыбнулась. "Скорее всего, король такой же мужчина как и все остальные, ион тоже остался неравнодушен к моей красоте".
Кое-кто из придворных, слышавших странный разговор короля с молодой графиней де Бодуэн, перешептывался:
– Вы видели, маркиз, как король посмотрел на эту красавицу?
– Да-да, барон, видел.
– Не позавидуешь теперь графу де Бодуэну.
– Почему, барон?
– Если наш король посмотрит на женщину таким взглядом, знай, быть беде, ведь король ни перед чем не останавливается.
– Что вы, что вы, барон, будет вам!
– Да нет, маркиз, я точно знаю, наш король очень неравнодушен к женщинам, особенно к такой красоте, - и он указал на Констанцию.
– Да, ничего не скажешь, графу де Бодуэну повезло, подобная женщина украшение нашего двора.
– Э, нет, маркиз, - наводя лорнет на Констанцию, говорил барон, хорошего в этом мало. Хотя, насколько мне известно, граф де Бодуэн тоже не любит уступать и сможет постоять за свою жену.
– Да что вы, что вы, надеюсь, до этого не дойдет. Старая графиня де Бодуэн оглянулась на барона
И маркиза. Те учтиво поклонились ей и замолчали. Арман уселся рядом со своей женой и взял ее ладонь
В свои руки.– Ты никогда меня не бросишь?– прошептала Констанция.
– Нет, дорогая, никогда и ни при каких обстоятельствах.
– Ты клянешься?– улыбнулась Констанция.
– Да, да, дорогая, самой страшной клятвой. Поверь, я всегда буду с тобой.
– Тогда я спокойна, - Констанция улыбнулась в ответ своему мужу, и они принялись сосредоточенно слушать музыку.
Однажды, прогуливаясь, Констанция и Арман забрались довольно далеко. Они оставили лошадей у подножия холма и, взявшись за руки, неторопливо поднялись на вершину.
– Как здесь прекрасно!– воскликнула женщина, подставляя лицо лучам солнца.
– Да, здесь превосходно, - оглядывая окрестности, произнес Арман, здесь чувствуешь себя птицей, парящей над землей.
У подножия холма простиралось небольшое озеро. В его спокойных водах отражались холмы и деревья, а у берега озера стояла лодка, в которой сидел человек.
Констанция опустилась на плоский камень, приложила ладонь козырьком к глазам и, тяжело вздохнув, сказала:
– Здесь действительно прекрасно, даже не хочется уходить.
– Что ж, мы можем остаться здесь навсегда, можем построить здесь маленький дом. Ты, Констанция, будешь сидеть у окна и любоваться гладью озера.
– Нет, Арман, я думаю о другом.
– О чем же, Констанция?
– Взгляни на эту лодку.
Арман повернул голову и посмотрел на гладь озера
– Да, прекрасно.
– Нет, я не о том. Понимаешь, Арман, эта лодка никуда не может уплыть с этого озера.
– Да, конечно, ведь кругом берега.
– Она будет стоять здесь, пока не утонет, и не исчезнет в глубине озера.
– Откуда у тебя такие мрачные мысли, Констанция?
– Нет, у меня не мрачные мысли, Арман, иди сюда, - Констанция взяла мужа за руку и привлекла к себе.– Послушай, послушай, - она приложила его ладонь к своему животу, - слышишь?
– Что я должен слышать?– брови Армана вопросительно приподнялись над глазами.
– Ну как же, дурачок, неужели ты еще ничего не понял?
– Нет, не понял, - произнес мужчина.
– Вот здесь, вот здесь, кто-то внутри, во мне.