Чтение онлайн

Он склонил голову набок, а в его взгляде появилось нечто соблазнительное.

— Какое мыло ты используешь?

Я едва сдержала улыбку.

— То, что сделано из ночного флокса и лунной лилии.

Его глубокий, вибрирующий стон эхом отозвался в моём теле, заставляя кровь стучать в висках.

— Возвращайся прямо ко мне. Когда закончу с Дальей, я буду ждать тебя.

Я подошла ближе, обвила руками его шею и прижалась к нему. Его руки скользнули под мой плащ, обхватив бёдра, и тёплые ладони согрели мою кожу через тонкую ткань сорочки. Голл притянул меня ближе, наклонившись к моему горлу, и провёл по коже своим горячим языком. Его пальцы скользнули вниз, обхватив мои ягодицы. Он сжал их, издав этот восхитительный звук, от которого у меня перехватило дыхание.

— Если ты продолжишь, я никогда не дойду до ручья.

— Для меня ты пахнешь и на вкус божественно. — Он прошёлся по моему горлу поцелуями, легонько царапая клыками, от чего по телу пробежала дрожь. Он с силой притянул меня к себе, давая почувствовать своё желание, и оставил на открытой коже шеи едва ощутимый укус.

Затем он поднял голову, его взгляд скользнул вдоль моего тела.

— Почему вид тебя в одной сорочке и сапогах так сильно меня возбуждает?

Я рассмеялась и поднялась на цыпочки, положив руку ему на затылок, чтобы притянуть его губы к моим. Он подчинился легко, заставив меня раскрыть рот шире и позволяя своему языку скользнуть вдоль моего.

— Уверена, ты делаешь это специально, — пробормотала я, не отрываясь от его губ. — Хава ждёт меня.

Он поцеловал меня ещё раз, его руки поднялись к моей талии, а затем он осторожно отпустил меня.

— Иди. Но возвращайся скорее.

— Как долго продлится встреча с Дальей? — Я не знала, сколько времени требуется провидице, чтобы заглянуть в будущее своего короля. Голл говорил, что его что-то тревожит, но он не может этого увидеть, поэтому хотел, чтобы Далья нашла ответы.

— Мы закончим до твоего возвращения. Обещаю.

Подарив ему ещё один поцелуй, я направилась к выходу.

— Осторожнее с наядами. И возьми с собой Пулло и Сорина.

— Не переживай. Со мной идут Мек и Феррин.

— Феррин уже поправился?

— Далья сотворила чудо, — легко ответила я, стоя у входа. — Он как новенький.

Потом я выскользнула наружу, направляясь к ближайшему костру. Хава уже быстро отходила от света костра, где Кеффа пел, держа на руке корзину с мылом, маслами и тканями.

— Наконец-то, — вздохнула она, полная нетерпения. — Я думала, ты никогда не закончишь свои дела.

— Тише, Хава, — шикнула я на неё.

Идя рядом с Хавой, я взяла её под руку, заметив, как Мек и Феррин заняли позиции впереди и позади нас, сопровождая нас к ручью. Мне было приятно видеть, как хорошо выглядел Феррин, полностью выздоровевший. Он ответил мне улыбкой, а затем вновь сосредоточился на своей задаче как наш страж.

— Знаешь, Хава, — начала я тихо, — мне кажется забавным, как часто я ловлю тебя на том, что ты мечтательно смотришь на Кеффу.

— Пф-ф. Прекрати, — шёпотом отозвалась она.

Я рассмеялась.

— Ты мечтаешь о Кеффе, как будто он один из сладких пудингов Огальвета.

— Я не местаю, — запротестовала она. — Но у него действительно прекрасный голос.

— Думаю, тебе стоит сказать ему об этом, — ободряюще заметила я.

— Зачем мне это делать? — удивилась она.

— Чтобы он знал, что ты им восхищаешься. Никогда не знаешь, что может произойти между вами. Если он тебе действительно нравится.

Мне было тепло на душе при мысли о Кеффе, который потерял свою любовь так давно и, вероятно, с тех пор не знал настоящей близости. Хаве, казалось, не мешало его изуродованное лицо, сломанный рог и отсутствие одного глаза. Правда, у Кеффы был не только красивый голос, но и прекрасная душа.

Точно так же Хава была довольно привлекательной тёмной фейри, хотя её происхождение — полукровка — отпугивало многих из призрачных фейри. По крайней мере, я не видела, чтобы кто-либо из мужчин-призраков проявлял к ней интерес. А она ведь была весьма хороша собой: ярко-красные глаза, пышные формы, не говоря уже о её золотом сердце и самой доброй душе.

— Нет, нет, — добавила Хава наконец. — Он не стал бы думать обо мне так. Он, скорее всего, считает меня ребёнком.

— Но ты ведь не ребёнок, верно? — поддразнила я её, толкнув локтем.

Она улыбнулась, глядя на меня.

— Нет. Я не ребёнок.

Моя душа была легка, как перо, когда мы достигли края журчащего ручья. Хава зажгла в своих ладонях шар фейского огня, а затем прошептала команду на демоническом языке. Пламя всплыло в воздух, давая достаточно света, чтобы мы могли видеть.

— Мы будем стоять на страже у края кустов, Мизра, — сказал Феррин, указывая на линию зарослей, что была не слишком далеко, но достаточно, чтобы обеспечить нам уединение.

— Спасибо, — ответила я, размышляя, не показалось ли мне, когда его взгляд скользнул по моему телу с явным интересом.

Я была всё ещё укрыта плащом, и прежде Феррин никогда не смотрел на меня так. Так, как мог бы смотреть придворный из Иссоса, когда я входила в Большой зал в блестящем бальном платье. Это смутило меня, но он тут же отвернулся и присоединился к Меку на приличном расстоянии, повернувшись к нам спиной.

Хава болтала без умолку о том, что Кеффа — не только хороший певец, но и искусный охотник, одновременно вынимая мыло и масла.

— Вот тебе полотенце, — сказала она, передавая мне кусок мыла.

Я поднесла его к носу и глубоко вдохнула аромат, вспоминая, как Голлу нравился этот запах на моей коже. Распустив шнуровку плаща у горла, я сняла его и аккуратно положила на упавшее бревно рядом с ручьём.

— Бр-р-р! — Хава уже стояла в воде, её короткая сорочка открывала изящные ноги. — Ледяная!

Я подняла подол своей сорочки, сожалея, что не надела такую же короткую, как у Хавы. Мой подол будет тащиться в воде и пропитается влагой.

— Боги, она действительно ледяная, — воскликнула я, заходя в ручей по щиколотку.

Мы рассмеялись и принялись отмывать лица и шеи, а затем мыть себя под сорочками. Я украдкой взглянула на силуэты Мека и Феррина, всё ещё упрямо отвёрнутых от нас.

— Так куда Голл отвез тебя вчера на Дракмире? — спросила Хава.

— Откуда ты знаешь, что он вообще куда-то меня возил?

— У меня было предчувствие.

Я улыбнулась воспоминанию о нашем дне в замке.

— Он отвез меня увидеть Виндолек, дом его матери, когда она ещё была жива.

Горько-сладкое чувство охватило меня, вспомнив выражение лица Голла, когда он говорил о своей матери. Я сложила платок, который он мне дал, и бережно спрятала его в сумку с одеждой, чтобы сохранить.