Чтение онлайн

Постепенно действия англо-ирландской партии во главе с Тирконнелом стали вызывать серьезные опасения в Лондоне. Яков II был крайне недоволен Тирконнелом в связи с резким уменьшением поступлений из Ирландии в королевскую казну и нарушением его правительством английского торгового законодательства, что наносило ущерб британской экономике [606] . Источники позволяют предположить, что Яков II начал подозревать, что англо-ирландская знать через графа Тирконнела начала вести в его «третьем королевстве» практически самостоятельную политику. По свидетельствам документов, с мая 1687 г. король систематически блокировал решения и предложения графа Тирконнела. В частности, британский монарх запретил вводить в состав Тайного совета Ирландии католических епископов [607] . Дважды король выступал против попыток католической партии ограничить привилегии англиканской церкви Ирландии [608] . Летом 1687 г. Яков II приказал прекратить разоружение протестантов [609] .

Примечательно, что главным противником графа Тирконнела и его сторонников оказалась католическая партия при английском дворе. К 1687 г. она добилась доминирующего влияния в Тайном совете Англии и более не нуждалась в союзниках среди ирландских или шотландских аристократов. Более того, тесно связанный с ней граф Сандерленд опасался конкуренции Тирконнела в борьбе за влияние на короля. Поэтому представители данной группировки смогли настроить Якова II против его ирландского наместника [610] . В августе 1687 г. по их настоянию король назначил графу Тирконнелу встречу в Честере. Опасения графа Тирконнела были столь велики, что он ожидал отставки с поста лорда-наместника. Однако, несмотря на холодный прием, граф проявил чрезвычайную ловкость и изворотливость и смог удержать за собой и своей партией ключевые позиции в Ирландии [611] . Определенную роль сыграло и то, что Яков II не имел в своем распоряжении более подходящей кандидатуры лорда-наместника Ирландии. Вести о готовящемся в Нидерландах вторжении в Англию вынудили британского монарха предоставить графу Тирконнелу в октябре 1688 г. неограниченные военные полномочия [612] . Таким образом, к осени 1688 г. католики заняли ведущие позиции в вооруженных силах, исполнительных и судебных органах Ирландии.

Однако земельный вопрос по-прежнему не был пересмотрен. Для осуществления мер такого масштаба графу Тирконнелу было недостаточно полномочий лорда-наместника — требовался созыв парламента. Граф Тирконнел начал убеждать Якова II в необходимости этого шага еще в 1686 г., однако тогдашний лорд-наместник Ирландии граф Кларендон смог блокировать эти предложения [613] . На встрече в Честере в 1687 г. Тирконнел добился королевского разрешения на созыв ирландского парламента, однако не ранее, чем откроется парламентская сессия в Англии. Чтобы провести через сословное представительство решение о коренном переделе земли, было необходимо обеспечить в представительном органе большинство мест конфессиональному большинству страны. Поэтому с осени того же года граф Тирконнел начал кампанию по переформированию городских корпораций, где абсолютное большинство занимали протестанты [614] .

Весной 1688 г. лорд-наместник направил Якову II на одобрение подготовленные, им законопроекты земельной реформы [615] . Дж. Г. Симмс на основании изучения различных вариантов данных проектов опроверг утверждение историков вигско-либеральной школы о том, что Яков II и граф Тирконнел стремились лишить протестантов всей принадлежащей им земли. Дж. Г. Симмс доказывает, что даже в самых радикальных вариантах реформы речь шла о передаче католикам не более половины ранее конфискованных у них земель [616] . В целом, планируемая в Ирландии земельная реформа ставила своей задачей частичное возвращение прежним владельцам ранее захваченных у них владений, а не массовое ограбление колонистов.

Таким образом, подходы Якова II к политике в Ирландии и Шотландии были различными. Однако существовало направление, которого король придерживался в обоих королевствах — забота о просвещении. Яков II стал одним из первых британских монархов, начавших создавать в Ирландии систему начального и среднего образования [617] . В более развитой в культурном отношении Шотландии он принимал меры, которые способствовали развитию образования, искусства и науки, в первую очередь, естествознания. В частности, Яков II был одним из основателей Королевского медицинского колледжа и Адвокатской библиотеки, заботился о развитии Эдинбургского университета и Королевского ботанического сада [618] . В 1687–1688 г. в Эдинбурге была открыта сеть детских школ. Обучение в этих школах было бесплатным, и они были открыты для всех слоев населения и представителей всех конфессий [619] . Позднейшие заметки Якова II позволяют предположить, что создание школ в Эдинбурге было лишь первым этапом, и в дальнейшем король планировал развернуть подобную деятельность в других крупных городах Шотландии и Ирландии [620] , однако «Славная революция» прервала этот процесс.

Итак, внутриполитический курс Якова II отличало своеобразное сочетание консервативных тенденций с идеями, которые в значительной степени опережали требования своего времени и к реализации которых большая часть британского общества была не готова. Яков II одним из первых среди британских политиков обратил внимание на такие проблемы как создание профессиональной сухопутной армии, пересмотр политики в отношении захваченных владений (прежде всего, Ирландии), эмансипация католиков и прекращение преследования государством диссентеров.

Главной политической целью Якова II было усиление института королевской власти. В осуществлении этой задачи король пытался опереться на регулярную армию и создаваемую им новую политическую элиту. Однако проводимая королем политика пришла в острое противоречие с интересами прежней политической элиты Британии, утвердившейся у власти в результате Английской революции середины XVII в. и компромисса 1660 г. Назревал конфликт между британским монархом и частью аристократии, которым умело воспользовались враги Якова II за пределами Британии. В то же время, за три с половиной года своего правления король смог заложить опору своей власти на разных территориях, входивших в обширную монархию Стюартов, и во многих сферах общественной жизни.

Политические условия, в которой приходилось действовать Якову II, осложнялись не только внутренними проблемами, но и обострением международной ситуации в Европе в 1680-е гг., что отразилось на отношениях Лондона с наиболее значимыми для британской дипломатии странами: Францией и Нидерландами.

Длительное время в историографии утверждалось, что на протяжении всей своей политической карьеры Яков II неизменно пользовался широкой финансовой и политической поддержкой французского короля Людовика XIV, приходившегося ему двоюродным братом [621] . В действительности отношения двух венценосных кузенов носили более сложный характер. В частности, Людовик XIV стремился не допустить прихода к власти герцога Йорка, финансируя английских эксклюзионистов во время «исключительного кризиса» 1679–1681 гг. [622]

В 1670 г. между Людовиком XIV и Карлом II был заключен тайный Дуврский договор, и с определенной долей уверенности можно сказать, что отношения двух монархов носили дружественный характер [623] . Однако с приходом к власти Якова II в отношениях Лондона и Парижа наблюдается частичное охлаждение, ставшее, впрочем, лишь временным явлением. При восхождении нового британского монарха на престол французским королем была отменена пенсия, которая выплачивалась его предшественнику — Карлу II [624] . В 1685 г. Людовик XIV отказался предоставить Якову II войска или, хотя бы деньги для подавления восстания герцога Монмута [625] . Со своей стороны, британский монарх не придерживался курса на однолинейный союз с Францией и стремился проводить более гибкую и многовекторную внешнюю политику. Яков II отказался укрепить союз с Францией браком своей дочери Марии Стюарт с дофином, на чем настаивал Людовик XIV. Король Великобритании пытался наладить отношения с оппонентами Людовика XIV в Европе (в частности, с римским папой и германским императором), вмешивался в отношения Франции с Нидерландами [626] . Французский король даже подозревал Якова II в тайной поддержке Нидерландов против Франции и в намерении примкнуть к Аугсбургской лиге, руководимой статхаудером Республики Соединенных провинций Нидерландов Вильгельмом Оранским [627] .

Однако эти опасения были преувеличенными и напрасными, поскольку в отношениях Лондона и Гааги во второй половине 1680-х гг. нарастало все больше противоречий. Прежде всего, это было вызвано претензиями принца Оранского на британскую корону, которые были основаны на том, что статхаудер по матери приходился внуком казненному британскому монарху Карлу I и был женат на дочери Якова II — Марии Стюарт [628] . Эти два обстоятельства, учитывая отсутствие у британского монарха вплоть до середины 1688 г. законного мужского наследника, давали Вильгельму Оранскому право занять британский престол после смерти своего тестя. Между тем, нидерландский статхаудер опасался, что радикальный политический курс Якова II может привести в Британии к революции и отмене монархии, что угрожало его наследственным правам на британскую корону [629] .