Чтение онлайн

— Неужто совсем не осталось свидетелей? — изумилась королева, стараясь гнать от себя мысль, что ценой всему этому и вправду может быть большая кровь, виной чему стал Канлин. — Всего-то семь лет прошло!

— Рулли мой по-свойски ищет, — ответила Келла. — Говорил, вроде знает, кого надо поспрашивать. Обещался свести меня с этим человеком, если что дельное узнает.

— Хорошо, — кивнула тогда Ее Величество. — Подождем.

Вчера еще никакой встречи точно не было. Стало быть, сегодня случилась, потому Келла и задержалась. Вздохнув, королева направилась к дверям, чтоб отдать распоряжение призвать прислугу.

— Ничего, — сказала сама себе Лания. — Если за десять дней так ничего и не узнает, скажу, чтобы прекратила поиски. Еще остался батюшка, у него иные пути. Зато в покоях всегда будет тепло.

Вскоре покои заполнила суета. Камин растопили, постель прогрели и помогли государыне разоблачиться. И когда королева улеглась, она еще какое-то время ворочалась, продолжая думать о прошедшем вечере, но более всего о последних словах деверя.

«Я бы хотел увидеть вас беззаботной. Уверен, это было бы прелестнейшее зрелище». Лания представила, что она и вправду свободна и беззаботна. Что может шалить с дамами, играя с кавалерами в «Вещицы». А еще смотреть на одного из них и видеть тот самый горящий взгляд, какой был у Канлина.

Греза вышла столь сладкой, что в груди защемило от несбывшихся застарелых мечтаний и надежды на счастье, а еще от острого чувства собственного одиночества. Королева зажмурилась, что есть сил и мотнула головой, отгоняя сожаления. А после, судорожно вздохнув, прошептала:

— Лучше б уж батюшка пристроил меня фрейлиной к королеве, а не сотворил из меня жену короля. Как бы тогда было хорошо, как легко и весело…

Вновь мотнула головой и погладила живот, где шевельнулся ребенок.

— Прости меня, мой милый, я больше не буду малодушна и не стану сожалеть о том, что не дало бы мне тебя.

После этого выдохнула и расслабилась. Лания заставила себя думать о делах, которыми занималась днем, а после о тех, какими предстояло заняться завтра. Постепенно, не отпускавшая ее бодрость, пошла на убыль. Мысли начали путаться, и где-то на грани сна и реальности королеве показалось, что она услышала тихие шаги. Удовлетворенно отметив про себя, что Келла вернулась, Ее Величество провалилась в сон.

Утро Лания встретила, когда уже начало светать. Она открыла глаза, потянулась и подумала, что хотела бы остаться в теплой постели подольше. Даже решила, что королеве видней, когда просыпаться, однако усмехнулась и села, продолжая кутаться в одеяло. Сегодня ее ждал большой завтрак, после которого были назначены на прием сановники. Да и Лекит еще с вечера подготовил бумаги, нуждавшиеся в королевском внимании.

— Королеве, конечно, видней, когда просыпаться, но делам видней еще больше, — усмехнулась Ее Величество.

Она потянулась за колокольчиком, после потрясла им и упала обратно на подушку. Некоторое время Лания ожидала, когда послышаться шаги, но тишина всё тянулась и тянулась. Знакомого спешного перестука каблучков так и не последовало.

— Ну разумеется, — фыркнула королева. — Явилась поздно, значит, никак не может оторваться от подушки.

Государыня встала с постели, поежилась от прохлады и, закутавшись, направилась будить свою камеристку.

— Госпожа Лежебока! — повысив голос, позвала Лания. — И как совесть позволяет вам нежиться на перине, когда ваша госпожа уже проснулась? Ей голодно и холодно, а вы продолжаете сопеть. Келла!

Никто не отозвался. Не заскрипела кровать, не послышался звук возни или торопливых шагов.

— Да что происходит, в конце концов?! — начала сердиться королева.

Она толкнула дверь в комнатушку камеристки, зашла туда, намереваясь сделать что-нибудь этакое… ну хотя бы отнять у сони подушку. Но постель оказалась заправлена. Келлы здесь не было. Подумав, что она убежала за теплой водой, Лания на миг выдохнула, но тревога уже начала пробираться в душу. Она вдруг оплела сердце ледяными щупальцами, кольнула иглами, на миг прервав дыхание.

Лания мотнула головой, отгоняя это противное чувство надвигающегося страха.

— Она ушла за водой, — твердо произнесла королева. — Я же слышала шаги, когда засыпала… или почудилось?

Покусав губы, Ее Величество решительно направилась к дверям, которые вели на выход из покоев. Выглянула в коридор и остановила взгляд на одном из гвардейцев, стоявших на страже.

— Доброго утра, Ваше Величество, — приветствовал ее телохранитель, и все остальные, стоявшие по всей длине коридора, склонили головы.

— Доброго утра, — ответила Лания, попыталась улыбнуться, но у нее вышел судорожный вздох.

Гвардеец ответил внимательным взглядом.

— Государыня, вас что-то тревожит? — спросил он.

— Ке… — голос королевы сорвался, и она кашлянула, прочищая горло. — Келла вышла за водой?

— Мы не видели ее, государыня, — ответил гвардеец.

— Как давно вы тут стоите? — спросила Лания, надеясь, что они заняли пост только сейчас.

— С пяти утра стоим, Ваше Величество, — произнес телохранитель.

— А вечером? Вечером она возвращалась?

— Не могу знать, госпожа, вечером стояли другие.

— Тогда позовите ко мне кого-нибудь, кто стоял вечером и часть ночи, — велела Лания и хотела вернуться в покои, но опомнилась и добавила: — И прислугу тоже позовите. И пусть придет кто-нибудь из моих дам.

После ушла обратно, забралась на кушетку с ногами и уставилась невидящим взглядом перед собой. В душе королевы сейчас боролись отчаяние и надежда. Ведь могла же Келла попросту задержаться в городе? Вдруг позволила себе забыться где-то в гостях, и в эту самую минуту, открыв глаза, осознала, что бессовестно бросила свою государыню. Тогда она вскоре прибежит. И если это так, то королева…

— Богини, пусть она вернется, молю…

Потому что если этого не произойдет, значит, с ней что-то случилось, и виноватой в этом будет она, Лания. Если бы не ее желание разобраться с тайнами Канлина, не привлекая внимания, то верная Келла сейчас хлопотала вокруг своей госпожи и болтала без умолку.

Перед внутренним взором Ее Величества появилась молодая женщина, на круглом лице которой сияла беззаботная улыбка. Королева вспомнила ее заливистый смех и бесконечное «простите, госпожа», когда Келла умудрялась, то сболтнуть лишнего, то дернуть за волосы, то сунуть нос в дела королевских особ. Но никогда, ни единого раза Лания на нее по-настоящему не сердилась. Да ближе камеристки из простонародья у нее не было человека! С тех пор, как из жизни юной герцогини ушла горячо любимая нянюшка.

Горло вдруг перехватило, и королева судорожно всхлипнула. Но тут же упрямо стиснула зубы и мотнула головой. Нет-нет, всё хорошо. Келла вернется, она попросту не может исчезнуть! Ее забота, опека и душевная близость не могут раствориться подобно предутреннему туману. Как так? Была и вдруг исчезла? Нет, нет и еще раз нет!

В это мгновение в дверь раздался стук. Лания порывисто стерла первые слезы и обернулась.

— Входите! — крикнула она.

Дверь открылась, и в покои вошли две горничные и лакей. Ощутив разочарование, королева велела им: