Чтение онлайн

— И между нами сно-о-о-ва, вдруг выросла стена-а-а, — негромко напеваю я, старательно делая макияж.

Каким бы ни было моё отчаяние, ещё есть долг. Есть обещание, данное Невзорову. Есть необходимость в нормальной семье для меня и Савки. Сложно найти кого-то более образцового, чем Яр.Было сложно.Пока не вернулся Князев.Поэтому когда я прикрепляю на заколку фату, отчаяние достигает размеров Невзоровской яхты. Свадебный лимузин уже дожидается под окнами, а я отчего-то медлю.

Оцениваю получившийся образ в зеркале. Смотрю на красивые белые туфли и принюхивающегося к ним Артаса.

— Пожелай мне удачи, что ли, — вздыхаю я, но кот, естественно ничего подобного желать не собирается и вообще Яра недолюбливает.

То ли по этой причине, то ли по какой-то другой, я никак не могу решиться надеть злосчастные туфли. Белое платье — ещё куда ни шло, но туфли… Белый вообще не мой цвет и никогда моим не был.Белый — цвет Князева. Блин-малин. Если и есть момент, когда мысли о Елисее следует окончательно выкинуть из головы — то вот он.

Но даже абстрагировавшись ненадолго от своих противоречивых чувств к Лису, надеть туфли я так и не решаюсь. Вместо этого ноги сами собой втискиваются в чёрные ботинки. Они — настоящая броня, мощь и сила, которых мне с некоторых пор сильно недостаёт. В конце концов, платье длинное, и если не поднимать подол — никто и не заметит. Уверенность, которую я ощущаю, затягивая шнурки, того стоит.

— Ну что, Арт, — вздыхаю я. — Только представь себе — в следующий раз я вернусь сюда степенной замужней женщиной.

Кот смотрит скептически. У него не очень с фантазией и пространственным мышлением. Он ведёт в сторону лысеющим ухом, а из-под усатой щеки торчит наполовину обломанный жёлтый клык. Никакого сочувствия и понимания.

Лимузин для свадьбы — с полированными блестящими крыльями, украшен шёлком лент и хрупким совершенством живых цветов. Он тоже белый.Тоже не моего цвета. Полумрак тонировки возвращает чувство неправдоподобности происходящего. Словно это всё сон — густой и тяжёлый, как смола, и нужно проснуться, а проснуться никак не получается.

В огромном пустом салоне я ощущаю себя непривычно маленькой и беззащитной. Скоро его заполнят гости, бокалы с шампанским и шумные поздравления, но сейчас тихо шуршат по дороге шины, а за окнами проносятся привычные городские картинки. Кафе, магазины, кинотеатры. ЗАГС в самом центре — между старым городом и новым. Ещё минут пятнадцать и будем на месте. И я бездумно смотрю на тёплое утро последнего дня моей свободы, пока звонок телефона не отвлекает:

— Да, Ксюш, — я поднимаю трубку и откидываюсь на спинку сиденья, пытаясь расслабиться. — Ты уже едешь? Савку забрала?

— Забрала, — докладывает подруга, забираясь в такси, и добавляет недовольно: — Из полиции. Семёнов дежурит сегодня и с утра его на работу притащил. Пришлось ждать, пока у них совещание закончится, чтобы вытащить твоего сына из его кабинета.

Это мой промах, а не Костин. Следовало самой забрать у него ребёнка пораньше, чтобы не было необходимости вести сына с собой на работу. Блин-малин. Прошу Ксюшу дать Савке трубку.

— Привет, мам, — здоровается он и по голосу слышу: Савелий взволнован не меньше, чем я. Ещё бы: не всех в его возрасте заставляют наряжаться в классический костюм с галстуком-бабочкой и отправляют на свадьбу. К тому же через несколько дней, когда ремонт в детской комнате закончится, он окончательно переедет к Невзорову. Савка любит стабильность, а то, что сейчас происходит в его жизни слишком мало на неё похоже. Представляю, как ему тревожно, и пытаюсь успокоить:

— Как ты, малыш? Как настроение?

— Нормарное, — настороженно отзывается он.

С тех пор как в саду с Савелием стал работать логопед, сын не только научился выговаривать «р», но и вставлять её туда, куда надо и не надо. Яра, которого Савка до сих пор зовёт Ялосравом, это раздражает, а меня умиляет до невозможности.

— Сегодня у нас с тобой будет очень интересный и насыщенный день. — Пальцы крутят на пальце помолвочное кольцо, усмиряя расшалившиеся нервы. — Будет красивая свадебная церемония, а мы с тобой и Яром станем настоящей семьёй.

— Угу. — Савку всё это, очевидно, не впечатляет. В последнее время его вообще способны впечатлить только жуки или голуби. Но внезапно сын ахает, словно вспомнил что-то важное и задаёт вопрос: —Мам, а что такое «арбуза»?

— «Арбуза»? — Я недоумённо хмурюсь, потому что обычно его вопросы хоть и не самые логичные, но хотя бы понятные. — Может «арбуз»?

— Нет, — уверенно произносит он, а потом повторяет по слогам: «Ар-бу-за», мам. Может, это как арбуз, только девочка?

— Может… — рассеянно отзываюсь я, хотя в гендерных различиях овощей и фруктов не разбираюсь. Но вдруг это какое-нибудь очередное, подслушанное в саду ругательство. Уточняю на всякий случай: — А где ты это услышал? Там рядом какие-нибудь ещё слова были?

— Ещё был прицеп, мам, — сообщает Савка с готовностью. — Но что такое прицеп я знаю. Его к машине цепляют, чтобы возить всякие нужные вещи…

Он что-то ещё говорит. Перечисляет, что можно возить в прицепе, и предполагает, поместится ли в нём жираф, но я не слышу. Слова сына доносятся из трубки неразборчивым щебетанием, а в голове гудит, словно в неё только что кто-то ударил, как в огромный колокол.Я поняла. И всё же уточняю:

— Это Яр тебе сказал?

— Ага, когда я нечаянно в его портфель крошки от печения насыпал, — бесхитростно заявляет Савка. — А что это значит, мам?

Это значит, что я идиотка. Что не умею выбирать мужчин. Что собралась совершить огромную ошибку. Но сыну я об этом не расскажу. Отзываюсь с показной беспечностью:

— Наверное, о какой-нибудь новой сделке говорил. Может покупает прицеп с арбузами, кто его знает. Уточню, Сав. А ты пока дай трубочку Ксюте, ладно?

— Я тоже арбуз хочу, мам. Давай купим? — просит он, и в этот момент я готова купить ему всё что угодно, но сначала нужно разобраться с Невзоровым.

— Купим, котик.Дай Ксюте трубку, пожалуйста.

Полуянова всё это время флиртовала с водителем такси, поэтому нашего разговора не слышала. Взяв трубку, она всё ещё хихикает, но становится серьёзной, когда я рявкаю:

— Разверни машину и езжай в новый город!

— Зачем? — удивляется подруга. — Забыла что-то? Но мы же тогда с Савкой на регистрацию не успеем! Если это не паспорт, то, может, по пути купишь…