Чтение онлайн

– Коротком? – встрепенулся Никита.

– Ты же не думаешь, что Канторович оставит нас в покое? Он отчаянно пытается придумать выход: как убить нас и не дать видеозаписи всплыть. А мы будем решать свою задачу: как уничтожить этого черта. Так что не думай, что всё закончилось. Это лишь временное перемирие.

Никита не хотел сдаваться, но ему нечего было возразить.

– Сейчас ты отвезешь меня к Левашову, чтобы я мог закончить свое дело… Из-за которого я и вас втянул в эту историю. А затем начнем готовиться ко второму раунду.

– Каким образом?

– Пока не знаю. Как говорилось в одном фильме: «Вешать нужно только отъявленных. Но отъявленных обязательно нужно вешать». Так что не думай, что Канторович продолжит мирно вспахивать свою ниву. Ну что ж… – Гройс встал и потянулся до хруста. – Поехали, пока не стемнело.

Александр Левашов смотрел на Гройса с выжидательным недоумением. Вполне объяснимым, поскольку видел он перед собой не Михаила Степановича, мошенника на пенсии, а Ефима Борисовича, опытного энергопрактика, который по просьбе его жены занимался «исцелением ауры дома». То есть тоже мошенника, но в другом смысле. Было ясно как день, что у него будут просить денег. Непонятно лишь, под каким соусом.

– Что-то изменилось. Вы сбрили бороду?

– Она накладная была, – ответил Гройс. – Как и живот.

Он сказал чистую правду, но Левашов, приняв это за шутку, слегка обозначил улыбку.

Он неохотно согласился на встречу. Пожалуй, и не согласился бы, но Гройс заверил, что дело его не отнимет много времени. «Опять что-то насчет Селиванова?» – безрадостно спросил Левашов. «Только отчасти», – ответил Гройс.

И вот они сидели в кабинете. В соседней комнате – Гройс знал от Айнур – разворачивалось сражение карфагенян и римлян.

– Станьте ж в лицо сопротивных; и каждый из вас или гибни, или спасай свой живот! Таково состояние ратных! – медленно выговорил Гройс.

– Простите?

– Это «Илиада».

Левашов, которого эта нелепая встреча утомляла, сжал губы и, сделав над собой усилие, спросил:

– Так по какому поводу вы хотели со мной поговорить?

Гройс смотрел на него и пытался найти хоть какое-то торжество в этой минуте. Торжества не было. Наверное, он слишком устал. «Ты это затеял, – мысленно сказал он себе. – Чуть не погубил Айнур и Никиту, из кожи вон лез, чтобы здесь оказаться, хотя пришел в эту точку, по правде говоря, только волей случая… Будь добр хотя бы удовлетворение испытывать».

– По поводу смерти вашего дворецкого.

– Это вам лучше обсудить с моей женой, – с холодной вежливостью сказал Левашов.

Гройс усмехнулся:

– Приятно иметь дело с воспитанным человеком. Другой на вашем месте давно послал бы меня к черту. А вы, Александр Иванович, держите лицо, не позволяете себе грубостей…

Левашов сощурился, откинулся назад и вдруг спросил:

– Кто вы такой?

– Моя фамилия Гройс. Я вам расскажу, как был убит Петя Селиванов.

– Селиванов застрелился. И с какой стати вы называете его Петей?

– Потому что он мой старый приятель.

Левашов, не ожидавший этого, удивленно поднял брови, и Гройс воспользовался паузой:

– Так вот, в начале апреля в вашем доме, благодаря Анастасии Геннадьевне, появилась таролог Марианна. Настоящее ее имя – Ольга Воденникова. Петя узнал ее сразу: Воденникова – его первая жена.

– Любопытно, – не меняя тона, сказал Левашов.

– Воденникова была алкоголичкой. Петя напоил ее украденным у вас вермутом и выяснил, что время от времени она выполняет поручения третьего лица. Ей заранее сообщали, что нужно передать клиентам под видом тарологического прогноза, и она это послушно произносила. За деньги, разумеется. Чтобы этот план имел успех, сначала ей нужно было втереться в доверие к клиентам. Для этого среди персонала заблаговременно отыскивали наименее принципиального и подкупали его, чтобы он поставлял сведения о своих нанимателях.

Лицо Левашова по-прежнему ничего не выражало.

– Когда Петя понял эту схему, он не придумал ничего лучше, чем шантажировать организатора. Угрожая разоблачением, он потребовал у него денег.

– Ну это же околесица, – скучающим тоном сказал Левашов. – Вы с домохозяйками, что ли, в основном общались? Ни один вменяемый предприниматель не станет слушать таролога Марианну, – он издевательски подчеркнул последние слова. – Их держат для развлечения заскучавших жен и бабушек.

Гройс рассмеялся:

– У нас половина министров в правительстве имеет собственных астрологов, а вы мне про бабушек. Перестаньте, Александр Иванович. Вы отлично знаете, как на самом деле обстоят дела, в этом я не сомневаюсь. Так же, как и в том, что у вас к бредням Марианны был иммунитет. Вы человек расчетливый и здравомыслящий. Нет, с вами у Воденниковой ничего бы не выгорело. Но это для нашей истории значения не имеет. Петя подбил бывшую жену поучаствовать в шантаже. Их раскрыли. Ольгу убили – вы наверняка об этом знаете, выяснили сразу, как только Марианна исчезла и жена прибежала к вам… А Петю застрелили на следующий день. Он даже не успел узнать о ее смерти. Откуда! Новости он не читал, и они не созванивались.

– Он заперся в своей комнате и застрелился.

– Не совсем, – мягко возразил Гройс. Он подался вперед, вытянув морщинистую шею, как черепаха из панциря.

Старик всё это время раздражал Левашова – что ему успешно удавалось скрывать. Манерный хрыч. Но сейчас Александру Ивановичу впервые стало не по себе. Большие темные глаза под морщинистыми веками не отрывались от его лица, тонкие губы кривились, и весь энергопрактик или кто он там на самом деле привиделся ему каким-то одержимым… Шаманом бесноватым из монгольских степей. Полоумным отшельником, закутанным в шкуры.

«Выпроваживать его надо», – отчетливо понял Левашов.

– Его убила Лида, – сказал старик.

Некоторое время Александр Иванович без выражения смотрел на него. Неприятный холодок в сердце вытеснило тяжелое бешенство. «Зубы выбью нахрен», – подумал он и начал вставать.

Старик даже не следил за его движением. Он смотрел перед собой, крутя в пальцах телефон. Левашов не помнил, чтобы сотовый был у него в руках. Он как будто материализовался только что.

– Петя совершил непростительную ошибку. Нарушил свой долг приличного дворецкого или, как вы его называли, батлера. Он сорвался на вашей дочери. Внятно и недвусмысленно Петя предупредил ее, что она не пара его сыну. Видите ли, Александр Иванович, он вас всех презирал. Я имею в виду, вас и Анастасию Геннадьевну. Лида шла в довесок.

Напряжение слегка отпустило Левашова.

– К геронтологу бы вам хорошему. Сейчас, говорят, можно замедлить маразм, если застать его на ранней стадии. Петр Алексеевич, может, был не самым приятным в общении человеком… Но зла он на нас не держал. К нему здесь все относились с большим уважением.

– Он вашу дочь назвал лахудрой, – гнусно ухмыляясь, бросил старик. – Вы спросите ее саму, если мне не верите.

– Они с матерью уехали. И без нее понятно, что все это пустой треп.

– Петя заявил, что брака с Митей ей не видать. Лида, в отличие от вас, имела намного меньше иллюзий в отношении вашего дворецкого. Пытаясь найти компромат на него, она поставила в его комнате подслушивающее устройство – и так узнала о вымогательстве. А затем и вовсе переиграла Петю вчистую. Лида связалась с теми, кого Петя шантажировал, и предложила им сделку: она сообщает имя шантажиста, а они взамен обязуются его убить.