Чтение онлайн

Мысленный рефрен «Сутки» руководил всем естеством Иссы, заставляя ее быть сильнее и страшиться приближающегося.

— Все готовы?

Старший мастер почтительно склонил голову. Он не любил лишних слов, и ценили мастера не за слова, за умения.

— Что ж… — Исса глубоко вздохнула и оглядела стоящих перед собой воинов. Двадцать дроу, двадцать лучших разведчиков эр’Дит. Всего двадцать. Целых двадцать. — Да два часа до рассвета все должны вернуться и принести сведения о своем секторе. Идите.

Двадцать теней скользнули мимо, заставляя Иссу невольно вспомнить сцену в камере. Сжимать пальцы и трезвить себя болью от ногтей.

Двадцать первая тень замерла рядом, плечом к плечу.

— Госпожа, — старший мастер имел множество привилегий. А еще он обучал Иссу, был ее «дядькой» в воинском искусстве, и дозволял себе продолжать опекать взбалмошную девчонку, ставшую Матерью клана. — Я чую беду.

Исса опустила взгляд. Говорить было больно. Даже смотреть на такого надежного мастера, давно отказавшегося от имени ради служения роду.

— Да. Беда придет.

Исса знала, что они не выстоят. Знала, что не выстояли бы, даже если позвать всех, кого только можно. Но она также знала, что те, кто придут, насытятся одним замком Дит и уйдут. Надолго ли? Неизвестно даже лучшим прорицателям Светлых. Но они уйдут. Для этого клану Дит придется пожертвовать всем.

Потому Исса отправила в другие кланы под разными предлогами всех, кого только смогла. К родным. К наставникам. К детям. К друзьям. Замок Дит наполовину опустел, но больше — нельзя.

— Простите меня, мастер, — еле слышно прошептала Исса. — Я не смогла уберечь…

Не пристало. Не пригоже Матери так говорить. Особенно тому, кто пойдет на смерть, какой бы мучительной она ни была, по одному ее слову. Одна должна быть твердой…

Исса вздрогнула, когда на ее плечо опустилась мужская ладонь.

— Норе капре нор. Мы не сдаемся. Мы никогда на сдаемся, Госпожа.

— Да, — Исса подняла голову и слепо посмотрела на нарочито грубо сделанную стену. Первая стена замка, каждый из создававших клан, положил в нее свой камень. Женщины. Мужчины. Дети. Каждый по своим силам.

Основа рода, его сила — его вера, его способность следовать девизу.

«Мы не сдаемся».

Исса тряхнула головой и черные волосы рассыпались тяжелыми завитками по плечам.

— Прикажи всем быть готовым к возвращению разведчиков.

— Будет сделано, госпожа, — двадцать первая тень растворилась в темноте.

Но оно пришло не на рассвете. В полночь, когда только сменились посты, уставшие дозорные отправились отдыхать, а новые еще не успели толком осмотреть туннели. Оно (или они) пришло сразу со всех сторон, заполонило все пещеры и потекло по туннелям, наслаждаясь пронзительными криками умирающих воинов.

И когда это почти достигло сердца Дит, замок задрожал, как в отвращении от происходящего в его стенах и принялся подниматься на поверхность. Сам, без помощи магов. Да и не могли бы маги сотворить подобное. Огонь и вода, что остались подвластны дроу, не способны заставить землю разверзнуться, выталкивая древнее строение дроу к солнцу. Могут лишь способные приказывать камням, а таких не осталось.

Оно-они пронзительно заверещало и стремительной волной откатилось в туннели, из которых появилось, не оставляя за собой ничего, даже обглоданных скелетов убитых. Словно поглотило всех дроу целиком.

Но на этом нападение не закончилось.

Летящие из темноты стрелы с зеленым оперением с убийственной точностью поражали одного за другим оставшихся в живых защитников замка.

Иссу спас мастер. Чутье не подвело старого воина, он сумел вовремя заслонить госпожу, но уже следующая стрела пробила ей легкое, чуть-чуть не попав в сердце. Лед, не причинявший никаких неудобств пришедшим из тоннелей, смог остановить стрелков, но ненадолго.

К тому моменту, как за Иссой сомкнулась дверь потайного хода, она уже не могла сотворить даже снежинку, не говоря уж о большем. А потому приходилось стоять и бессильно смотреть, как падают на пол поломанными куклами прикрывавшие ее спину близнецы Гарт и Аргайл, с которыми Исса росла, ставшие ее первыми партнерами по тренировкам у мастера. Падают, пронзенные стрелами с зеленым оперением.

Не обращая внимания на колотившую ее крупную дрожь, на текущие по щекам слезы, Исса ждала. Из туннеля выступила одна укутанная в черное фигура. Слишком высокая и тонкая даже для фэйри. Повертела головой, словно принюхиваясь, как гончая перед охотой, и замерла, глядя прямо на единственную оставшуюся в живых в замке.

Исса невольно вздрогнула и отступила. От мгновенно выступившей капели пота даже не страха, ужаса, заныли раны, и она торопливо приложила ладонь к камням, окончательно гася дверь и закрывая проход.

Собрав все силы, женщина побрела прочь, стараясь отринуть мысль, что несуразно-высокая и худая фигура беспощадного убийцы издевательски ухмыльнулась на прощанье. Прежде чем выдрать из тела Гарта стрелу.

Сознание постепенно возвращалось вместе с ощущениями. первым вернулся слух. Скрип весел в уключинах. Негромкий плеск. Потом — запахи. Тошнотворная вонь. Вслед за запахами пришло зрение. Зеленый полумрак болотных испарений.

Исса продолжала, не шевелясь, лежать. Голова во что-то упиралась, небольно, но неудобно. Теплая, пушистая, хорошо выделанная шкура без запаха на дне лодки. Укрыли ее такой же шкурой.

Не убили. И даже не… Женщина пошевелила пальцами, не поверив себе. Не связали. Не похоже ни на охотников, ни на разбойников.

— Госпожа, я знаю, вы уже пришли в себя.

Негромкий голос заставил распахнуть глаза и рывком подняться. Голова мгновенно закружилась, и Исса вцепилась пальцами в борт лодки, выдолбленной из ствола старого дерева. Кажется, их так и называли — «долбенки», и использовали охотники, чтобы для зверей издалека сойти «за своих», за обычный полузатопленный ствол, облюбованный пушистыми теплокровными зверьками. Беззащитными, мягкими, вкусными — отличная еда для хищника. Который потом окажется в клетке или чучелом в замке какого-нибудь лорда или будет разобран на ингредиенты алхимиками и артефакторами.

Только вот на веслах сидел гораздо более опасный хищник, чем обитавшие в болотах.

— Ильнар, — Исса опасно сощурилась. — Что ты тут делаешь?

«Предатель» пришлось проглотить, не время и не место разбрасываться подобными хоть и правдивыми, но оскорбительными словами-обвинениями.

— Вас спасаю, моя Госпожа.

Исса почувствовала очередную волну раздражения. Почтительный тон, преданность, ни капли сарказма или яда в словах, но желание указать Инальру его место, проучить, наказать накрыло с головой.