Чтение онлайн

Его пальцы снова сжались.

— Знаю, тебе сказали.

— То, что мне сказали, не имеет значения, — процедил он сквозь зубы. — Я знаю, что я почувствовал. Первородный пал.

— Пал, и не один. Включая твоего драгоценного Колиса.

Он холодно усмехнулся, глядя в сторону.

— Ты еще более безумен, чем я думал.

— А ты еще больший имбецил, чем я думал, так что, полагаю, мы квиты.

Он снова гневно уставился на меня.

Я подмигнул ему.

— Подозреваю, ты точно знаешь, куда Колис направится дальше.

Он вскинул брови.

— Возможно, ты не хотел говорить этого остальным, — продолжал я, — но со мной тебе стоит быть откровеннее.

— С чего бы это?

— Потому что они не хотят или не могут тебя убить. А я — могу.

Он вздохнул.

— Мы снова вернулись к твоим жалким угрозам. Мне за тебя неловко.

Я улыбнулся ему. А затем призвал сущность.

Тени сгустились и вздулись вокруг меня, просачиваясь сквозь решетку. И вот я уже внутри камеры.

Каллум дернулся назад, впечатавшись в стену.

Я мог бы на этом остановиться. Самой способности перемещаться через тени было бы достаточно, но я хотел, чтобы он понял, кто именно заставляет его «чувствовать неловкость».

Я направил сущность вперед. Моя плоть истончилась, пока не обнажились серебряные кости. Тяжесть короны легла на голову, кожа между лопатками натянулась. Я почувствовал медленное, уверенное движение вдоль позвоночника — это сокращались глубинные мышцы. Тонкие разрезы на коже закололо, когда они раскрылись, подобно векам, выпуская крылья наружу.

— Что за…?! — Каллум вжался в стену, его глаза округлились, он подтянул ноги к груди.

Моя улыбка не дрогнула. Я сделал шаг вперед, приподнимая крылья так, чтобы их тень упала на его лицо.

— Так что ты там говорил про неловкость?

Его остекленевший взгляд скользил по серебряным перьям, рот беззвучно открылся.

— Не припоминаю, — добавил я. — Но могу сказать, что то, как ты смотришь на меня сейчас, вызывает у меня то же самое чувство.

Каллум резко отпрянул, вскочил на ноги, гремя цепями.

— Что ты за тварь, черт возьми?!

Я сделал еще шаг к нему.

— Нечто такое, что может заставить Колиса не только истекать кровью. Нечто такое, что может убить тебя.

Его кадык дернулся.

— Так что я снова советую тебе быть откровеннее со мной, — произнес я почти ласково, пока в факелах плясало пламя. — Где мне найти Колиса?

Он застыл, глядя на меня.

Я склонил голову. Температура в камере упала, пламя погасло, погружая пространство в глубокий сумрак, который едва прорезали факелы снаружи.

— Черт, — выплюнул он.

Я метнулся вперед, смыкая руку на горле этого дерьма. Он вцепился в меня, его пальцы соскальзывали с костей, пока я поднимал его над полом.

— Каллум? — я наклонился к самому его уху. — Где Колис?

Он зарычал, выплевывая проклятие.

Дымный, призрачный смех сорвался с моих губ, когда из пальцев, сжимавших его горло, просочился багровый туман.

Спина Каллума выгнулась, тело одеревенело — туман начал жечь его кожу.

— Где? — повторил я, вдыхая запах паленой плоти. — Где Колис?

— Я никогда… не предам его. — Его тело дрожало от боли. — Так что… можешь убивать, — прохрипел он.

— Не искушай меня, — ответил я, отстраняясь, чтобы заглянуть ему в лицо. — Потому что ты даже не представляешь, как сильно мне этого хочется.

Он оскалился, стиснув челюсти.

— А мой самоконтроль? — я прикусил нижнюю губу, чувствуя, как кожа под моими пальцами проседает, превращаясь в месиво. Я наблюдал, как волны боли искажают его черты. — В эти дни он почти на нуле.

— Тогда сделай это, — прохрипел Каллум. — Убей меня.

Я опустил подбородок, обнажая клыки. Рык, вырвавшийся из моей груди, был глубоким и рокочущим — звуком, в котором не осталось ничего смертного. Этер жег вены, хватка усилилась, перекрывая ему воздух.

Я мог убить его.

Легко.

И без малейших угрызений совести.

Я был уверен, что этот ублюдок виновен в бесчисленных преступлениях, самое гнусное из которых — то, что он позволил сделать со своей сестрой.

Его сестра.

Её образ вспыхнул в моем сознании: волосы цвета красного вина, лицо, полное яростной красоты. Это было так ярко, так реально, словно удар в грудь. Я пытался убедить себя, что она не на самом деле его сестра. Что даже если её душа когда-то делила кровь с тем, кто стоял передо мной, это не означало истинного родства. Что нет той связи, которую я делил с Маликом или которую она делила с Ианом.

Иан.

Улыбка исчезла с моих губ. Я увидел его. Увидел, как у неё отнимают его жизнь. Услышал её крики скорби и ярости.

Сердце запнулось. Желудок подкатил к горлу.

Я отпустил его.

Я не мог этого сделать.

Не мог поступить так с ней.

Как бы это ни было извращено, они были одной крови, и я не имел права принимать это решение за неё. Это было не мое место.

Отступить назад значило пойти против каждого порыва и каждой потребности внутри меня, но я сделал это. Грудь тяжело вздымалась от усилий, пока я смотрел на Каллума. Он распластался на полу, постанывая; его руки и ноги запутались в цепях — тех самых, которым он так радовался, когда они были на мне.

Я переместился через тень обратно в Уэйфэйр, пока не совершил того, о чем буду жалеть. А я бы жалел. Не о его смерти, а о том, что украл эту жизнь у неё — неважно, хотела она иметь к ней отношение или нет.

Большой зал был пуст. Я расхаживал по нему, заставляя сущность и её проявления отступить. Это одиночество не продлится долго. Скоро появится Киран и будет квохтать надо мной, как наседка. Поел ли я? Поспал? Дышал ли я, черт возьми, свежим воздухом?

Вскочив на возвышение, я сел на трон и сосредоточился на том, чтобы просто сидеть смирно. Я медленно положил руки на подлокотники, чувствуя кости под ладонями, и закрыл глаза. Мне нужно было спокойствие.

И тут я почувствовал это.

Дрожь осознания.

Кто-то прибыл.

— Приносящий Погибель, — громом отозвался невыносимый голос.

И прощай, спокойствие.

— Дарующий Гнев, — прогремел раздражающе знакомый голос.

Приносящий Погибель.

Дарующий Гнев.

Хм. А мне нравится, как это звучит, подумал я, сжимая пальцами тонкую кость. Я открыл глаза.

Перед возвышением стоял тот самый ублюдок с пирсингом в сосках.

Айдун.

И он привел с собой друга — я полагал, еще одного Фатума.