Чтение онлайн

Эх, а я-то думал, что омар приглашен на пир в качестве главного блюда. А он обычный житель этого царства. Тьфу, с голодухи совсем забыл, где нахожусь. Вот так куснул бы местного жителя, а этот пескарик потом объявил бы меня страшным преступником – поедателем рыб.

К счастью, на столе оказалось много других вкусностей. Мясо, закуски, овощи, фрукты и великое множество красивых десертов. Я от души набивал всем этим брюхо, запивая хорошим вином.

Морской царь не отставал, уплетая за обе зеленые щеки. И постоянно подтрунивал над тем, какую по счету бутылку я сейчас пью. Остальные гости – рыбы и подводные жители – тоже веселились и поздравляли меня с такой блестящей победой. Особенно все оживились, когда подъехало гигантское блюдо из ветчины и листьев салата в форме русалки, забывшей надеть лифчик из ракушек.

В дальнем конце залы шумел подводный оркестр. Да уж, это вам не «А под водой»… Какофония какая-то! Одна рыба гудела в большую морскую раковину, другая – барабанила палочками по кораллам, третья – просто разбивала стеклянные бутылки. Короче, шум стоял невообразимый. Но сами обитатели дворца вполне неплохо тусили под этот ужас. Хотя в московских ночных клубах я мог и похуже услышать…

Под конец пира все морские царевны обернулись русалками. И принялись изящно танцевать и кружить прямо в воздухе. Все мужские взгляды тут же оказались прикованы к ним. Признаться, я сам не мог устоять от такого зрелища. Особенно прекрасно смотрелись во время танца их подпрыгивающие декольте. Еще бы хвосты снова заменить на стройные ножки – и вообще красота.

Василиса сперва не хотела танцевать, но по приказанию морского царя тоже пошла в пляс. У нее оказался сверкающий серебристый хвостик. И она показалась мне бесподобной, даже в таком русалочьем обличии. Я как загипнотизированный следил за ее танцем.

Было уже далеко за полночь, когда меня наконец-то отпустили спать. Я устало поплелся в свои покои, пошатываясь на каждом шагу. Похоже, последний кубок все-таки был лишним. А таблеточку с утра я тут вряд ли смогу раздобыть. Да уж, Ваня, пора признать тот печальный факт, что тебе уже не пятнадцать. Когда можно было хоть голый спирт опрокинуть. Сейчас уже голова трещит даже от хорошего вина.

Я зашел в темную опочивальню, и меня чуть не ослепил резко вспыхнувший свет. Это множество заранее приготовленных свечей разом зажглись.

Когда я опустил руку от глаз, застыл с открытым ртом.

На моей огромной кровати лежали дочери морского царя. У них снова были ноги вместо хвостов. Но одеты они были только в нижние юбки и лифчики из морских ракушек. А пышные волосы были распущены. Девушки звонко смеялись, глядя на мое растерянное лицо.

– Царевны, - пролепетал я, - Что вы тут делаете?

Теперь я еще сильнее пожалел о том, что столько выпил. Меня же не хватит на такую толпу!

Старшая изящно поднялась с кровати и, подойдя ко мне, дразняще провела кончиком пальчика по моей груди.

– Нас прислал батюшка. Он желает все же выдать одну из нас замуж за тебя, Иван. Выбирай любую! Каждая из нас сможет ублажить тебя так, как не сумеет ни одна сушистка.

При этих словах я не выдержал и хмыкнул. Слишком уж смешное слово. Я так увлекся рассматриванием большой, красивой груди, едва скрытой тесным лифчиком из ракушек, что не подумал о том – почему среди них нет самой младшей дочери.

– Не старайтесь, сестрицы!

Мы все обернулись и увидели Василису. Она стояла на пороге, сложив руки на груди и прислонившись плечом к дверному косяку. В отличие от сестер она была в обычном платье.

– Это почему же? – нахмурилась старшая.

Василиса бросила на меня хитрый взгляд и выдала:

– Он подовинник.

Это слово я уже успел выучить. Ну, коза!

Я только открыл рот, чтобы опровергнуть это подлое обвинение, но старшая сестра уже успела вздохнуть.

– Какая жалость! Такой молодой, а уже немощный. А еще хвалился, будто нас всех разом ублажит. Пойдемте, сестрицы!

– Подождите, я все могу! Правда!

Ну что мне, прямо сейчас снять штаны и показать полную боевую готовность? Правда, показывать уже было некому. Девочки разом исчезли, оставив после себя только лопнувшие пузыри. И я разочарованно поник.

Осталась одна Василиса. Судя по хихиканью за моей спиной.

– Ну что, ты довольна? – буркнул я, повернувшись.

– И ты должен быть доволен. Ведь я в очередной раз тебя спасла.

– Это как?

– Думаешь, батюшка правда так хочет с тобой породниться? Он всего лишь не желает расставаться со своим любимым конем. Морские царевны, как и всякие русалки, умеют завлекать в свои сети. Они должны были околдовать тебя и заставить навсегда остаться в подводном царстве. И тогда златогривый конь тоже останется в царской конюшне.

Я скептически поджал губы. А кто сказал, что я не хотел быть околдованным толпой красоток? Василиса будто прочитала мои мысли, потому что закатила глаза.

– Ты когда-нибудь думаешь о чем-нибудь другом? Они бы околдовали тебя и потом убили. Ты бы сначала потерял все скудные остатки своего разума, а потом и саму жизнь. Я спасла тебя от страшной участи, а ты чернее тучи.

Я почувствовал легкую вину. Ведь Василиса и вправду постоянно меня спасала. За это можно простить некоторые ее насмешки.

– Ладно. Если все это правда, тогда спасибо.

– Что значит «если правда»? Ты что, сомневаешься?

Я сделал шаг к ней, и Василиса насторожилась.

– А может ты просто ревнуешь?

Она выпучила свои большие, голубые глазки.

– Что?

– Просто не хотела допустить, чтобы жених провел ночь с твоими сестрами.

Василиса густо покраснела и нахмурила бровки.

– Глупости какие! Я уже говорила, что ты мой жених, потому что так велят сказочные законы. И не более того!

Я незаметно подступал к ней все ближе.

– Что же, мне даже прикоснуться нельзя к своей невесте?

– Нет, нельзя! – заявила девушка.

Она попятилась назад и споткнулась об порог, запутавшись в длинной юбке. Но я тут же подхватил ее и крепко сжал тонкую талию. Василиса застыла в моих объятиях. И впервые выглядела растерянной и беззащитной. Только притворяется такой дерзкой и уверенной в себе. А сама – еще совсем девочка. Какая же она милашка! Меня разрывало от желания впиться в эти пухлые, невинные губки.

Я уже наклонился к ней, чтобы поцеловать, но меня вдруг отбросило такой сильной ударной волной, что я перелетел через всю комнату и рухнул прямо на вазу. Ваза с грохотом разлетелась на куски. А я остался лежать на полу в окружении осколков.

К счастью, внизу продолжал громко гудеть оркестр, так что никто ничего не услышал.

Василиса снова твердо стояла на ногах, и от милого, наивного выражения на ее лице не осталось и следа. Она пылала от гнева. Маленькие кулачки были сжаты.

– Не смей больше ко мне прикасаться! – вскричала она, - И верни мое кольцо!