Ковчег Фабиана
Шрифт:
Черты ее лица с трудом проглядывались, то и дело, при движении головы смазывая картинку, видимо потому, что темная сущность, крепко засевшая в молодом теле, всякий раз старалась повторить движения хозяйки, немного запаздывая.
Отчего создавался восхитительный эффект.
Но не стоит забывать, что это создание было всего лишь наполовину человеком. Другая — противоположная ее часть — за время существования в этом лесу полностью подчинилась беспроглядной Тьме.
Одета молодая ведьма была в черную длинную мантию.
Золтар носил такую же.
То, что произошло в следующий момент, Сальват не сразу сообразил.
Ведьма ловко выхватила меч из ножен, и приставила его острием к самому горлу не прошеного гостя:
— Ты лжешь! Мой отец умер много лет назад!
Страх крепкими путами окутал сознание юноши и забрался в самые потайные уголки, сковывая движения и речь.
На этом все могло и закончиться, но по какой-то неизвестной причине, а может быть просто из-за здорового любопытства, ведьма еще не забрала его никчемную жизнь.
Сын Джарета мельком опустил глаза на зеленую траву, усеянную белыми человеческими костями. Может быть, точно в такой нелепой позе, что сейчас находился он, погибли искатели приключений при встрече с черной пантерой, превратившейся впоследствии в очаровательную девушку.
Времени на пустые ненужные мысли у него не осталось. Надо было спасать свою жизнь, а тем более существование всего Тальгарда. Поэтому Сальват предпринял все попытки преодолеть страх.
Сознание вновь вернулось в исходную точку, и голос подчинился своему хозяину:
— У меня нет оружия. — Напомнил молодой парень, надеясь на то, что дочь Марилики не станет убивать безоружного человека. — И если ты меня убьешь, то никогда не узнаешь правды. Тебе придется с этим жить дальше. Но если уберешь меч и назовешь свое имя — я расскажу тебе то, что все эти годы скрывала от тебя мать.
Меч ведьмы неприятно упирался в беззащитное горло и мешал говорить. Точно так же себя чувствовал Платий в «Песчаной Буре», когда Тит приставил к нему огромный кинжал.
«Надеюсь, меня не постигнет участь верного «пса» герцога?».
Пауза была недолгой:
— Меня зовут Лея. Я единственная дочь Марилики.
Сальват это знал.
Но, по законам леса девушка должна обязательно представиться сама.
И она это сделала. Хотя и не убрала своего меча от горла молодого несовершеннолетнего парня.
— Моя мать дала мне прозвище Несущая Смерть. А знаешь почему?
— Понятия не имею. — Честно признался парень.
— Потому, что я это делаю лучше всех в округе. Взгляни на кости под твоими ногами. Внимательно посмотри и скажи мне правду — кто ты?
Страх — не подходящее слово, прокравшееся в сердце юноши. Скорее всего, оно было похоже на ужас.
— Меня зовут Сальват. — напомнил ей юноша. — Сын Джарета. Я пришел, что взять тебя в жены. Твой отец посылает нам свое благословение…
— Назови его имя! — ведьма была непреклонна.
И можно понять, почему.
— Урфул.
Сальват заметил, как задрожала рука Леи, что удерживала стальное оружие. Несущая Смерть знала имя своего отца, хотя ни разу его воочию не видела. Естественно, Марилика упоминала о нем, хоть и не отказалась от случая поведать о его смерти.
Вот только зачем?
Что между ними произошло такого, чтобы использовать такую хладнокровную ложь?
Острие стального меча плавно вернулось в ножны, отчего стало немного спокойнее. Ведьма пристально посмотрела на незнакомого юношу. Ее взгляд уже не источал ужас. Это было нечто другое. Видимо, сама себе ведьма призналась, что этот молодой смелый парень ей понравился.
Но, несмотря на это, основные тайны еще были покрыты мраком, которого вдоволь хватало в этом смертельном лесу.
— Мой отец жив? Это правда? — Несущая Смерть заискрилась надеждами.
— Конечно! И мало того, он находится в этом лесу, ожидая нас в лагере Ивара и Ёрмунда.
Глаза Леи заблестели от радости.
Она никогда не видела своего отца, ошибочно предполагая, что тот умер. А может мать, по каким-то своим причинам, пыталась ввести ее в заблуждение?
Она не могла припомнить, кто из ныне живущих в этом лесу ведьм, покидали свою обитель. Единственным условием для этого был муж, которого должен привести настоящий отец и только после этого, она сможет покинуть лес, вырвавшись можно сказать, из зеленого плена в прекрасный Тальгард.
Это была ее несбыточная мечта.
И вот теперь надежду принес обычный парень. Симпатичный парень — призналась себе ведьма. Сколько долгих ночей она грезила настоящим миром. Сколько раз представляла себе бегство с избранником в далекий Тальгард. По ту сторону Нарванского леса.
Вот теперь она находилась в шаге от исполнения желания.
— Ты думала, что Урфул мертв? — удивился Сальват.
— Об этом мне сказала мать.
«Так вот в чем дело! Эта ложь была во благо. И благо принадлежало только Марилике».
— Мне нужно кое-что тебе рассказать. Прямо сейчас. — Юноша вновь обратился к молодой ведьме.
— Я хочу сейчас же видеть своего отца — Лея дольше не могла быть в неведении.
Радость неистовой силой ворвалась в сердце молодой ведьмы, отчего ей хотелось наброситься на Сальвата и крепко обнять. Она хотела схватить его крепкую руку и никогда больше не отпускать. Ей надоело быть одной. Проводить вечера в компании шумных деревьев и глади озера. Она навсегда хотела покинуть это место.
— Лея. — Вывел ее из эйфории сын Джарета. — Я должен тебе это сказать!
— Что сказать?
— Почему Марилика сказала тебе неправду.
— Это уже неважно. — Радости на лице Несущей Смерти не было предела. — Мы отправимся к ней на Холм Черепов и попросим благословения. Мы станем мужем и женой! Тальгард ждет нас!
— Нет, Лея! — Сальват буквально крикнул на нее, успокаивая неистовую прыть. — Это невозможно!
— Почему? — молодая ведьма удивленно уставилась на юношу.
Сын Джарета не знал, как объяснить.