Чтение онлайн

– Нет, не мог. Для этого способа требуется задействовать большие производственные мощности и людские ресурсы, которыми он не располагал. Ещё одна причина, почему мы хотим сохранить своё присутствие - исследование планеты, соседями которой нам предстоит стать. Кроме того, мы надеемся на сотрудничество и обмен технологиями.

Технологии инхов? Да кому они здесь интересны? Иным Людям никакие технологии уже не нужны, жителям Ланелы давать в руки этакие игрушки ещё очень рано. А я, даже если бы и имел желание пораспоряжаться чужой интеллектуальной собственностью, поделиться ничем не могу. Я тут как бабушка с мобильником: разобрался, куда надо тыкать, а как работает - хрен его знает!

– По поводу технологий ответ отрицательный.

– Жаль. А по поводу присутствия на планете наших исследователей? Нам разрешено будет оставить здесь свою базу?

Эк ты! Разрешения спрашивают! Каким я важным дядей стал! Разрешить или не разрешить? Всё равно ведь припрутся, не сейчас, так через несколько лет.

– Разрешается в существующих пределах с условием полного невмешательства в жизнь аборигенов. Исключение составляет распыление антивируса. Конец связи.

Я отключил контакт. Изображение командора пропало. На экране вновь возникли внутренности бокса, в который поместили кледек. Снизу и сверху к моему разведчику коварно подбирались две полые полусферы с очень толстыми стенками. Неизвестно, с благословения руководства или без оного, но инхи-исследователи не пожелали расстаться со своей добычей и сейчас, похоже, пытаются упаковать её в контейнер. Для дальнейшего исследования. Ну нет, товарищи учёные, доценты с кандидатами, мы так не договаривались! Жучок, пора рвать когти!

Но сделать я ничего не успел. Манипулятор бросил шарик-кледек в нижнюю полусферу, вторая нахлобучилась сверху. Наступила темнота, щёлкнуло запорное устройство. Ну что ж, господа энтузиасты-исследователи, поиграем в догонялки! Я развернул кледек в рабочее положение, включил резак, направил его вниз и совершил разворот на месте. "Жук" вместе с сегментом сферы выпал на дно бокса.

– Ах вы, с-с-с..! Я вам покажу, как чебурашек обижать! Тапком нас не пришибёшь!
– сердито приговаривал я, ведя кледек с включённым резаком напрямую, прорезая насквозь и затем тараня всё, что попадалось на пути: приборы, стенки, коммуникации. И только тогда, когда была преодолена последняя преграда, отделяющая моего разведчика от внешнего мира, в голову пришла запоздалая мысль: а, может быть, и не было никакого посягательства на наследие Иных? Вполне возможно, что инхи просто не связали наш контакт с неизвестным шариком-артефактом? Но уж теперь-то, после моего разгромного бегства, точно свяжут. Ни одно насекомое не может с такой скоростью прогрызать сквозные отверстия, да ещё с такими идеально ровными краями! Да, как-то неудобно получилось... А в принципе, что переживать? Ничего непоправимо страшного не произошло, никто не умер. Приборы заменят, стенки зашпаклюют, коммуникации восстановят и впредь будут осторожнее обращаться с предметами неизвестного происхождения и неизвестного назначения. И уже со спокойной совестью я поднял "жука" в воздух и повёл обратно на станцию. И в то время, когда я увлечённо пилотировал его по тоннелю, крутыми виражами обходя каменные глыбы, сзади раздался возмущённый голос Ти:

– Ланс, куда ты спрятал мою одежду? Я нигде не могу её найти! Где она?

– Не беспокойся, милая, - ответил я, по своему опыту зная, что найти искомое уже не удастся.
– Твоё платье было уже далеко не новым. Тебе пора обновить гардероб.

В опциях кледека выбрал "Возвращение на базу, автопилот", довольно хлопнул ладонями и обернулся.

Вау! Эр-лэд Ланс, подвяжите свою челюсть, чтобы не отпадывала! Передо мною стояла богиня, обнажённая и чуть сердитая. Длинные волосы уложены крупными завитками в немыслимую причёску - мечта участника конкурса стилистов "Золотые ножницы". Неровный загар на руках и лице, результат долгого пребывания под открытым небом на Божьей столешнице, исчез, вся кожа приобрела золотистый оттенок и чуть ли не светилась. И даже веснушки исчезли, что, впрочем, немного жаль. Я не мог отвести от неё восхищённого взгляда, под которым она несколько смутилась и, опустив глаза, спросила:

– А в лавку, платье выбирать, мне прямо так идти?
– она провела ладонями по груди и бокам. И это было уже выше того предела, который нормальный мужчина может вынести.

Вы когда-нибудь занимались любовью в невесомости с прекраснейшей женщиной планеты? Нет? Вы многое потеряли. Это незабываемо. И неописуемо. Меня всегда смешат потуги тех, кто пытается выразить это с помощью знаков на бумаге. Невозможно! Да и не нужно, потому что это касается лишь двоих, и никому третьему знать об этом не надо.

А потом было нечто невообразимо мучительное, носящее страшное название "конструирование на компьютере модели женского платья под руководством женщины, которой это платье предстоит носить".

– Ну, как ты не понимаешь?! Воротничок должен быть вот такой! (Неопределённый жест руками.)

– Это разве рюшечки? Рюшечки - они вот такие! (Тот же жест.)

– Ну что же ты такое делаешь? Наверное, хочешь, чтобы на меня без страха никто не глянул!

А если учесть, что во время этого процесса Ти стояла за мной и то и дело наклонялась вперёд, чтобы указать пальцем на какую-нибудь из деталей платья так, что её грудь ложилась на моё плечо... В общем, если бы мы подошли к конструированию платья более ответственно, то могли бы закончить это дело намно-ого раньше!

На посещение города Амиса меня подвигла обычная человеческая лень. Как я убедился на опыте, для изготовления одной золотой монетки на "ксероксе" станции в качестве расходного материала требовалось здоровенное полено. Хотя по весу они разнились на порядки, выход продукции получался один в один: одно полено - один золотой тим. Куда при этом процессе пропадала вся остальная масса - загадка природы. Необъяснимая.

Денег на развитие государства обычно требуется много, десятком-другим монеток здесь не обойдёшься. Но вырубать для этой цели средних размеров лесок, а потом ещё и перетаскивать на своём горбу кубометры древесины мне очень уж не хотелось. Но раз я пообещал А-Ту финансовую помощь, то каким-то образом надо выходить из положения.

Решение пришло неожиданно. Алмазы! Как я мог о них забыть! Помнится, в своё время из такого же полена мне удалось получить пять копий Осколка Солнца, очень крупного бриллианта. Да ещё и вместе с коробочками. Значит, из одного полена вместо одного золотого тима я могу получить штук шесть-семь бриллиантовых, каждый из которых дороже в несколько раз. Арифметика явно в мою пользу. Остаётся только где-то приобрести вышеозначенный "тим априйский бриллиантовый" и начать поточное производство. И я отправился за покупкой в Амис, выбрав его почти наугад - только потому, что один из порталов находился от него не очень далеко.

– Тим априйский бриллиантовый стоит двадцать шесть золотых, - просветил меня скрюченный подагрой человек в первой меняльной лавке, куда я зашёл.

– Так дорого?
– удивился я.
– Мне помнится, он стоил от шести до десяти золотых.

– Э-э-э, когда это было, уважаемый?! Пожалуй что, в те далёкие годы, когда они только-только появились. С тех пор, не мне рассказывать, очень многое переменилось. Времена нынче неверные. А потому те счастливчики, у кого имеются лишние тимы, предпочитают видеть их бриллиантовыми. На худой конец - золотыми.

– Хорошо. Я куплю бриллиантовый тим за двадцать шесть золотых.

– А я разве сказал, что он у меня есть? Такого сокровища у меня нет. Впрочем, говоря откровенно, если бы даже и было, я бы сказал то же самое...

– А за тридцать пять золотых?
– я вынул свой кошель и заманивающе позвенел его содержимым.

– Ты очень интересный собеседник, лэд. Я бы с удовольствием продолжил с тобой общаться, но у меня нет темы для беседы. И, боюсь, этой темы нет ни у кого из нашей городской гильдии.

Он оказался прав. Из последней, третьей меняльной лавки я вышел несколько расстроенный: нигде априйский тим мне не продали даже за пятьдесят золотых, хотя и очень хотели - по глазам было видно. За десять лет эти монеты стали раритетом.

Пока я стоял и размышлял обо всём этом, ко мне подошли два городских стражника.

– Ты пойдёшь с нами, - приказал один из них.

– Куда?
– поинтересовался я.

– В караульню, к дюженнику.

– Я арестован? За что?

– То мне не ведомо. Приказано доставить. А арестован, не арестован - дюженник решает.