Чтение онлайн

«А что простой? А ты бы что решил?» — подумал спросить Ингвар.

Выбор очевиден. Тем более что у Нинсона всё же оставался шанс добраться до города и без помощи колдовства. Но ему, в кои-то веки, повезло с людьми. Очевидность выбора, не сделала его простым для них. Хорошие люди. Нинсон решил помочь им:

— Со мной всё будет в порядке. Если что, подхватите меня на обратном пути.

— Нет, Желтушник. Мы не сможем тебя подхватить. Мы должны встретить летуна. А потом пойдём в другую сторону. Вглубь острова.

— Летуна? Я думал вы идёте за Волчьей Пастью...

— Нет. Заодно может быть получится и Волчью Пасть догнать. Мы постараемся. Желтушник, если ты врёшь... Это твой компас?

— Мой.

— А откуда ты его взял? — спросила Гвиневра, снова прикоснувшись ко лбу.

Холодные щупальца охватили голову и он ответил:

— Забрал у того, кто пытался меня убить.

Нинсон видел, что Гвиневра внимательно всматривается в его дыхание, стараясь различить следы жёлтой лжи, но ничего не находит. Всё это была правда.

«Сопротивляйся же ты, дуболом!

Если они признают тебя виновным, то решат сразу две своих проблемы!

Во-первых, если ты не виновен, то они бросят в беде человека, которому абсолютно точно могли помочь. Это я про наше плечо. А вот если ты виновен — то поделом тебе. Они не замарают своих чистых белых ручонок.

А, во-вторых, если ты не виновен, то непонятно, как у тебя отжать компас Ноя. Ты видишь, что Бэр по нему слюной исходит. Но он же не грабитель. И против воли честного человека, ничего не отнимет. Он благородный, ты же видишь. А вот забрать компас в качестве виры — тут уже другой разговор. Он тебя сейчас приговорит...»

Вопреки предостережению, Ингвар не чувствовал угрозы от Путешественника.

— Бэр и Гвиневра. Идите, догоняйте Хольмудра. Я насобираю дров. И похороню Целлию в огне, как полагается. А потом доберусь до города. Тут ведь Бэгшот совсем недалеко. Продам компас. Будут деньги на самого лучшего лекаря. Не переживайте за меня. Хотите меч на дерево повешу. Или в костёр кину. Или в землю воткну. Как скажете, так и сделаю. Могу отнести меч и значок в Бэгшот, например.

Бэр ещё раз что-то прикидывал, скребя щетину. Он уже принял решение, но оно не нравилось ему. Он сбросил рюкзак, и стал что-то искать в нём.

— Да, годный план, — подытожила Гвиневра. — Только вот чего. Руку мне свою дай на всякий случай. Так, а ты дай мне чернильницу и бумагу. Нет, гербовую.

Гвиневра поочерёдно макала пальцы Великана в чернильницу и ставила отпечатки на тонкой голубой бумаге. Водяной знак в центре листа изображал герб Путешественника — уходящую сквозь холмы дорогу, озарённую солнцем и лазурными небесами. На ленте значилось: «Жизнь — это или авантюра или ничто».

— Хороший девиз.

Гвиневра только хмыкнула, трижды сняв отпечатки. Отдала листочки Путешественнику.

— Короче, мальчики, я пошла. Мне ещё след надо взять. Догоняй меня. А ты, Желтушник, не трогай тиунский жетон и мечи. Если тебя с этим задержат, то хлопот не оберёшься. Потом разберутся, конечно, что к чему и отпустят. Но у тебя за это время уже рука отвалится. Дуй завтра по первому к лекарю сразу же.

— Но ведь в городах-на-карте...

«Заткнись! Заткнись! Заткнись! Завали пахтало! Скажи спасибо, что не убили!»

— Да-да?

— Но ведь в городах на карте вряд ли будет лекарь такого умения. Да?

— Да, — спокойно сказала Гвиневра. — Вряд ли. Но, может быть, там притормозят процесс. И у тебя будет время добраться до горда побольше. С лекарем чуть лучше. Ну, или нет. Но в лесу шансов нет совсем. Я знаю, что ты рутгер и привык легко относиться к ранам. Но эта не такая рана. Она не пройдёт сама. А вообще, делай, как знаешь...

Гвиневра повернулась, едва заметно шевельнула рукой с костяным колечком.

Белоснежная лиса последний раз фыркнула на Уголька и потрусила за хозяйкой.

<- 82 Внутренний Волк 84 Дороже Денег ->

 84 Дороже Денег 84

Дороже Денег

Ингвар проводил взглядом компас Ноя.

Путешественник Бэр убрал его в рюкзак. Это не было похоже на обмен.

— Вот. Держи. Это для пальцев.

Путешественник дал Нинсону тончайшей работы платок. Ингвару предстояло испортить иллумийские кружева, замарав их чернилами. Кроме того было совершенно ясно, что без мыла и воды такие едкие чернила не оттереть.

Таро Тайрэн требовал внимания:

«Сделай всё, что зависит от тебя, а в остальном положись... ну ты понял... дахусим! Главное не смей ничего сказать про компас Ноя! Всё! Забудь! Это просто чудо, что они торопятся, что сейчас ночь и ни янь не видно, что нам так повезло. Просто со всем соглашайся, пока он не ушёл!»

Ингвар вытер ладони. Пальцы остались такими же чёрно-синими, но платок был испорчен сиреневыми полосами.

— Оставь себе.

Руки Нинсона постоянно были на виду. Он мысленно вознёс хвалу Матери Драконов, всем Лоа, каждому Лоа, и вообще всем, кого знал поимённо, за то, что Бэр не осматривал тиунский кинжал. На лезвие наверняка остались следы чёрной эмали.

Ингвар подумал об этом только сейчас, когда смотрел на наручи, серебрящиеся свежими царапинами. Тщательно протёр следы чернильным платком, и запихал его за край наруча.

Бэр передал Нинсону глиняную бутылочку, с залитой воском пробкой:

— Тут вот лугела настоящая. Выпей. Ну, или на рану полей. Не знаю, как лучше.

Потом он выдал Ингвару деревянную фляжку с трещиной вдоль бока и вырезанным гербом Путешественника. Судя по всему, он сам и вырезал.

— Осторожно, она хлипкая. Там масло. Польёшь на дрова. Костёр должен быть большим, понятно?

— Понятно. Чего ж непонятного.

Бэр передал Нинсону запаянный стеклянный шарик, наподобие люмфайра, только размером с маленькое яблоко. Внутри толстого пузырчатого стекла плескалась бирюзовая жидкость и плавала чёрная икринка.

Ингвар осторожно покрутил шарик:

— Это что-то вроде оружия?

— Что-то вроде. Разобьёшь о люмфайр, когда уже в огонь его сунешь. А то у него стекло может и не сгореть. Оставлять его тут нельзя. Иначе имущество тиуна к кому другому попадёт. Нехорошо. Серьёзное преступление. Тащить красный тиунский люмфайр с собой я бы тебе тоже не советовал. Понятно?