Чтение онлайн

– Объект, - хмыкает Боярка.
– Ну и сухарь же ты, Волчарин! В кои-то веки у тебя под носом завелась злоумышленница, а тебе даже не любопытно проверить теорию заговора лично.

– У разумных людей страсти к теориям заговора заканчиваются в подростковом возрасте.

– Да ладно! Похоже, у тебя этот возраст никогда даже и не начинался. Ты родился сразу серьезным, умным и всезнающим... Ладно, давай взглянем на эти твои камеры. А то и правда вдруг спугнем злодейку.

Волчарин кивает ему - правда, уже без первоначального холода, а нормально, - и завершает общий сбор сотрудников своей излюбленно-короткой и почти что армейской фразой:

– Планерка завершена. Все свободны.

В полнейшей тишине мы покидаем помещение вчетвером - вместе с отлепившимся от стенки Яром. Он немного притормаживает на пару с Бояркой на шаг позади нас с Волчариным, и я слышу, как они тихо обсуждают какое-то совместное дело. То ли косвенно, то ли прямо связанное с компроматом на неоднократно упомянутого мутного Германа.

Комнатка видеонаблюдения находится в неприметном коридорчике с выходом на складские подсобки. Скорее всего это помещение тоже раньше было подсобкой, потому что окон здесь никаких тоже нет. А места так мало, что пара его обитателей умещается за единственным столом с кучей мониторов. Совсем молодой парень, смахивающий на киношно-джинсового хакера в «умных» очках, и пожилой лысый мужик в мешковатом костюме.

По знаку Волчарина оба моментально освобождают свои места, и Боярка с Яром жадно прилипают к мониторам, высматривая примечательно массивную фигуру прачки.

Я тоже подхожу поближе и вытягиваю шею.

На мониторах видно, как Ульяна тяжеловесно топает по служебному коридору прачечной и вызывает лифт. Из кабины выходит наш сантехник с чемоданчиком инструментов. Она быстро заводит руки за свою объемную спину, и камеры фиксируют в ней маленькую сумочку.

– В день кражи она ее, видимо, в корзине с бельем скрывала, - комментирует Волчарин.
– Потом спрятала в техпомещении, а оригинальную флешку передала людям Мрачко.

– Решила сумочку себе оставить, - понимающе ухмыляется Боярка.
– Эх, женщины такие женщины. Непреодолимая тяга к модным аксессуарам, ничего не поделать!

Тем временем ничего не подозревающая Ульяна выходит из лифта в коридоре рядом с фойе и зачем-то выглядывает туда из-за угла. Хотя по логике она должна спешно свернуть к черному входу.

– На что она уставилась? Ну-ка увеличь картинку, - вдруг приказывает своему хакерообразному охраннику Волчарин.

Тот исполнительно щелкает беспроводной «мышкой», и на одном из экранов крупным планом возникает парадный вход в гостиницу «Альфа-Централ».

На идеально чистых сверкающих ступенях перед прозрачными дверьми стоит пожилая женщина с увесистым седым пучком на макушке и в огромных очках с роговой оправой. Она тычет пальцем в тощую грудь очень недовольного швейцара, который высокомерно преграждает ей путь. Наверняка счел ее деревенскую одежду слишком нереспектабельной для гостиницы элитного уровня.

Волчарин резко придвигается к экрану, изучая ее, а я, наоборот, прикрываю глаза с безмолвным стоном.

У парадных дверей «Альфа-централа» - моя бабушка Рева!

Глава 24. Старые знакомые

Мчусь в фойе на всех парах, пока напыщенный швейцар Геннадий не разозлил бабулю по-настоящему. Она ведь и зонтиком любимым его стукнуть может! А потом из-за этого мы обе огребем кучу проблем.

Отпроситься у босса удалось буквально парой фраз, он нисколько не возражал. Конечно, к бабе Реве Волчарин относится на удивление лояльно, но всe-таки мне очень тревожно. Ведь одно дело, когда она распекает его в глухом лесу или в полупустом полицейском участке. И совсем другое - если расшатывает авторитет на его собственной территории, в разгар рабочего дня и на глазах множества подчиненных.

Мимо Ульяны, с жадным интересом наблюдающей за препираниями швейцара с бабулей, я проскакиваю стремительным транзитом.

Плевать на прачку, пусть с ее шпионскими играми мужчины разбираются! А вот если я не успею предотвратить скандал, то место моей работы превратится во второй универ, где уже и так идиотские сплетни обо мне множатся за спиной день ото дня в геометрической прогрессии...

Новая неприятность возникает на горизонте в следующие пару секунд.

Валерия!

Она идет наперерез мне, явно собираясь вмешаться в конфликт, и к парадному входу мы умудряемся приблизиться одновременно. Только бывшая помощница моего босса делает это уверенной модельной походкой от бедра, а я - суматошной трусцой.

– В чем дело, Геннадий?
– слышится ее приглушенный вопрос.

– Валерия Игнатовна, эта женщина заявляет, что здесь работает ее внучка, и хочет повидать еe...
– вполголоса шипит швейцар.

Я наконец подхожу и останавливаюсь позади всех, переводя дыхание, но в пылу общения меня попросту не замечают.

– У нас здесь не форум родственных встреч, - прохладно отзывается Валерия.
– Но даже если подобное и практиковалось бы для сотрудников, то парадный вход предназначен исключительно для наших клиентов. И, разумеется, для нашего руководства. Так что попрошу вас... м-м... женщина...
– пренебрежительно смотрит она на бабулю, - ....назначать встречи с вашей внучкой где-нибудь в другом месте.

Баба Рева скептически изучает ее поверх своих огромных очков.

– А вы, простите, кто такая тут будете?

– Я...
– брюнетка запинается, вспомнив о своем вынужденном увольнении, но быстро напускает на себя самоуверенный вид.
– Я помощница генерального директора.

– Бывшая, - поправляю я и аккуратно обхожу ее справа, чтобы меня наконец заметили.
– Она мне обязанности сегодня передать должна, кстати... Привет, бабуль.

Швейцар Геннадий делает большие глаза. И почему-то его высокомерие махом сдувается чуть ли не наполовину.

– Это твоя... ваша ба..?

– Ну всe понятно с тобой, девонька!
– зычно перебивает его баба Рева, переводя взгляд с меня обратно на Валерию.
– Считай, никто и звать никак. Уволили-то небось за неуважение к пожилым людям..?
– демонстративно потеряв интерес к растерявшейся Валерии, она величественно поворачивается ко мне.
– Давай, Мариша, покажи место, где ты работаешь. Охломон-то наш, чай, возражать не станет? Уж он-то понимание имеет, как надо со старшими разговаривать!

Я беспомощно замираю, не зная, что предпринять... и именно в этот момент миниатюрное переговорное устройство на груди швейцара оживает. Звучно шуршит динамик громкоговорителя и заявляет голосом Волчарина:

– Геннадий, это Рева Виссарионовна. Не задерживай ее, она... включена в список вип-гостей.

Мы все трое - я, Валерия и опешивший швейцар, - пару секунд молча таращимся на лацкан с устройством. По идее это волчаринское распоряжение должно было поступить Геннадию конфиденциально через специальную «каплю» беспроводного мини-наушника на его ухе... но, видимо, когда баба Рева спорила с ним до моего прихода и тыкала пальцем в грудь, она случайно включила на переговорнике громкоговоритель. И теперь приказ босса услышало всe парадное фойе.