Чтение онлайн

Баба Рева, впрочем, воспринимает услышанное в своем обычном духе - как должное.

– Слыхал?
– удовлетворенно кивает она Геннадию.
– А ну-ка посторонись, милок. И лицо попроще сделай, а то свою расфуфыренную клиентуру распугаешь!..
– Легким тычком в плечо она отодвигает онемевшего швейцара с дороги и берет меня за руку.
– Пожалуй, в самый раз сейчас бы хорошую экскурсию, если наш Максим Романыч соизволит одобрить. Давай-ка сходим к нему, поинтересуемся. Опять же, будет что родителям твоим рассказать... Цельная помощница большого начальника!.. Пусть тобой гордятся.

Я только вздыхаю на ее прямые бесхитростные слова.

Мне не нравится, что их слышат посторонние, но с другой стороны им сейчас не до насмешек над простодушной гордостью бабули. Валерия еле сдерживает злость от очередной порции унижения, а Геннадий просто-напросто пребывает в ступоре.

Оно и понятно. Босс ведь только что внес откровенно нереспектабельную посетительницу в вип-список, куда не каждый именитый гражданин может попасть... есть над чем поломать голову.

– Кстати, а где этот ваш служебный вход, куда так настырно меня отправлял невоспитанный вьюноша?
– басит рядом любопытная баба Рева, вертя головой.

– В обход здания надо идти, там дверь. А через парадный вход туда коридор ведет вон от того большого фикуса...
– я киваю на раскидистое растение в стильной кадке и сразу подмечаю суетливое движение за темно-зелеными листьями.

Неужели прачка до сих пор там топчется, время теряет? Сама себе враг, что ли?

– Через служебный вход сейчас не пройти, рабочие новую железную дверь поставили и на обед ушли, - недовольно бросает Валерия, справившись наконец с раздражением.
– Ключи со старыми перепутали, а новые еще не принесли.

– Человеческое разгильдяйство дело такое, - понимающе приговаривает бабуля и щурится на фикус.
– Оно неизлечимо, как и глупость.

То ли от взглядов в ту сторону у прачки сдают нервы, то ли она приходит к выводу, что ее засекли, но в следующую секунду массивная фигура вразвалку выплывает из служебного коридора в фойе.

И баба Рева удивленно хмыкает:

– Ульяна, ты, что ли?

Ничего себе! Даже и не представляла, что у бабули могут быть в этой гостинице знакомые.

Пухлощекая напряженная физиономия Ульяны растягивается в малонатуральной улыбке. Правда, без особого удивления. Наверное, женщина успела переварить неожиданность за фикусом, когда подслушивала бабулины препирания со швейцаром.

– Рева Виссарионовна, здрасте! Вы какими судьбами тут?

– К внучке пришла глянуть, где она работает. Ты тоже тут, что ли?

– Да... менеджером бельевым на полставки...

– Ишь, чудеса какие. Не зря говорят, что мир тесен!

В этот момент створки гостевого лифта в фойе раскрываются, и оттуда стремительно выходит наш начальник службы безопасности с озабоченным видом. Ульяна аж вся сжимается. Ее тройной подбородок инерционно и многократно, словно сочный студень, подрагивает.

– Вы меня простите, Рева Виссарионовна, но я очень спешу...
– немного заискивающе частит она, старательно избегая устремленных на нее взглядов.
– Соседи сверху квартиру залили... надо успеть разобраться, пока обеденное время.

– Ты ж в соседнем дачном поселке жила, - замечает бабуля.
– Протестовать с нами в Управу против торгашей-застройщиков, помню, ходила... Переехала, что ли?

– Да-да, к родственнице... Ну, я побежала! Рада была вас увидеть, Рева Виссарионовна!
– и Ульяна вдруг порывисто сгребает явно удивившуюся такому порыву бабу Реву в свои мощно-пухлые объятия.

– Ну удачи тебе с соседями, - кивает та в ответ и, озадаченно глядя в быстро удаляющуюся спину прачки, говорит мне: - Ишь, какая эмоциональная стала, обниматься приучилась. А раньше и руку-то пожать постороннему брезговала, надо же.

Тем временем начальник службы безопасности приближается к нам и спрашивает мимоходом то ли меня, то ли Валерию:

– У кого новые ключи от служебного? Максим Романович с нас всех стружку снимет, если к концу обеда проход не откроют!

Валерия безразлично отмахивается.

– А это вы у рабочих уточните. И у своих подчиненных, которые замену замка и установку дополнительной двери после инцидента с Сусаевым должным образом не проконтролировали. Пусть за свои косяки сами отвечают. Я тут вообще больше не работаю после передачи дел, - подчеркивает она и с холодком кивает мне: - Как закончите с этой вашей «экскурсией», поднимитесь в приемную, я проинструктирую по нашей рабочей текучке. Свой кабинет освобожу к концу дня.

– Хорошо.

Она делает движение, чтобы уйти, но с последний момент притормаживает чуть поодаль, глядя на меня со странно болезненным выражением лица.

– Марина? На пару слов.

Я настороженно подхожу к ней, оставив бабулю возле швейцара, на которого переключился с расспросами безопасник.

– Вот что я скажу тебе...
– с тихим ядом произносит Валерия.
– Не обольщайся особым отношением Волчарина. Он разжует тебя и выплюнет сразу, как только решит, что ты для него бесполезна. Потому что вся его жизнь - это работа, а женщины - всe равно что удобный функционал для релакса, вот и все. И если он вдруг обратит на тебя внимание... советую держаться от него подальше. Он не мужик, а какой-то... робот-социопат. И не способен на нормальные человеческие эмоции!

Ее слова меня тревожат и раздражают одновременно. И вообще... как-то обидно за босса становится. Я ведь прекрасно помню, как он проявлял обо мне вполне человеческую заботу после едва не случившегося насилия в универе. Своеобразно, конечно, но всe-таки это точно было сочувствие. Так что никакой он не социопат.

– Ерунда!
– решительно отвечаю я Валерии, повинуясь импульсивному внутреннему порыву и совершенно забыв, что бабуля может услышать нашу беседу.
– Максим Романович - самый классный из всех мужчин, которых я знаю. Если он обратит на меня внимание, то я буду только рада, ясно? Уверена, он способен сделать счастливой любую нормальную женщину, которую полюбит!

– Ага, мечтай-мечтай, - злобно шипит она.
– Дурочка, ты думаешь, что тебя с ним ждет уютное гнездышко? Думаешь, он станет носить тебя на руках? Готовишься печь ему домашние пирожки?

Наш разговор заходит совсем уж в странные фантастические дебри, и мне вдруг становится дико смешно от нелепых домыслов ревнивой волчаринской подружки. Откуда она вообще взяла, что между мной и боссом что-то есть?

– Нет, - я кусаю губы, чтобы скрыть рвущийся наружу смешок, и неожиданно для себя шучу: - Пожалуй, я для него лучше буду печь чебуреки. Они ему прям отлично заходят.