Чтение онлайн

Валерия закатывает глаза, не понимая моей иронии, и наконец уходит, бросив через плечо:

– Ты просто феерическая идиотка..!

Я на мгновение задумываюсь над всем, что она мне наговорила... и только басистый голос бабы Ревы возвращает меня в реальность советом, обращенным к Геннадию:

– Вьюноша, вы бы отключили эту вашу переговорную штуку на груди. А то разрядится ведь.

Глава 25. Конюшня

Вопреки моим опасениям, вникнуть в текущие дела предшественницы не составило большого труда. Всего за пару дней я разобралась в большинстве важных направлений и сделала для себя удобные заметки в новеньком электронном планшете. Его мне неожиданно выдали вместо бумажного блокнотика.

Волчарин почти ничем не напрягал меня пока и как будто бы особо и не замечал... но каким-то шестым чувством я улавливала его пристальное внимание на себе. И гадала, чем оно вызвано - какими-то сомнениями в моей профпригодности или всe-таки личным интересом?

Увы, Боярка - зараза такая говорливая, - сделал меня настоящим параноиком, посеяв в подсознании зерна нежелательных мыслей. И они проросли прямо в сердце слишком волнующими и совершенно неуправляемыми чувствами к моему боссу. Очень уж почва оказалась для этого плодородная и щедро удобренная множеством значимых поступков, которыми Волчарин успел повлиять на мою жизнь. А уж то, что при недавнем появлении бабы Ревы он не только разрешил экскурсию по гостинице, но и составил нам компанию, окончательно покорило меня. Босс, конечно, мотивировал решение тем, что помогает мне быстрее освоиться с новой должностью... но ведь ради этого не обязательно было так резко бросать более важные дела. Можно было поручить сопровождение кому-то другому, вроде начальника по персоналу...

Так что сегодня уже третий день, как я не могу перестать ежечасно думать о нeм.

Словно почуяв, что я снова его вспомнила, Волчарин лениво входит в приемную. На ходу он продолжает разговаривать с кем-то по мобильнику, но его стальной взгляд сразу дает понять, что держит меня на прицеле. И никуда ускользнуть не даст.

– ...точно в квартире флешки нет? Пусть Яр обыщет еще раз, зря что ли ты его держишь рядом, - безразлично говорит он.
– Каждую трещину и подозрительную плитку на полу проверьте. В старых пятиэтажках потайных мест полно.

Волчарин останавливается прямо возле меня, и я выжидательно смотрю на него. Планшет, в котором редактировала список намеченных дел, откладываю в сторону и успеваю услышать непривычно серьезный голос Боярки, приглушенно сообщивший из трубки:

– Макс, поверь на слово - мы тут всe обшарили, даже потолок и балкон. Флешки нет. И хочешь новость? Сегодня утром, когда мы ненавязчиво наблюдали, как дамы на работу утопали, новый решала Германа умыкнул твою прачку прямо с автобусной остановки.

– Бейбарыс?
– хмурится Волчарин.
– Это плохо.

– И не говори. Уж этот точно вытрясет из прачки, куда копия делась. А ей самой не позавидуешь.

– Всe равно надо еще раз квартиру прочесать. А я переговорю с Батей. Кстати, если будешь общаться с Короленко, не ляпни лишнего... и вообще держи язык за зубами, пока с его дядей не разберемся. А то родственные связи - штука такая, обоюдоострая. Мало ли что.

– Понял, принял...

Спрятав мобильник, Волчарин приказывает с лаконичным кивком:

– Собирайся, поехали.

– Куда?
– подскакиваю я.

– На ипподром. Подберем несколько спокойных лошадей для моей туристической конюшни в «Горную сказку».

Место, в которое мы прибыли примерно через час, оказалось совсем недалеко от моего родного поселка.

Правда, лично я там никогда не бывала, потому что четвероногие копытные всегда вызывали у меня больше настороженности, чем восторга. Не везло мне с ними, и всe тут. Конечно, лошадей родители никогда в хозяйстве не держали, но вот пара коров и козы хорошо запомнились своей редкостной бодливостью и вздорным характером.

Зато Волчарину лошади определенно нравятся. В его вдумчивом изучении конюшни прям чувствуется настоящий интерес и поглощенность процессом.

– Вы любите верховую езду?
– любопытствую я, наблюдая за его неоропливым променадом между стойлами.

Он останавливается возле породистой иссиня-черной морды фыркающего жеребца и с небрежным удовольствием треплет его по гриве.

– Я считаю это полезным занятием, - отвечает как-то уклончиво, а потом вдруг добавляет задумчиво: - Верховую езду любила моя мать.

– Любила..?
– мне приходит в голову, что я задела его больное место и запоздало прикусываю язык. Блин, не хватало только напомнить о прошлой потере близкого человека!

– Да. Она некоторое время возила меня на занятия перед тем, как оставить с отцом и уйти к своему инструктору. Мне было уже пять лет, поэтому я хорошо запомнил.

От этого нежданно-негаданного откровения у меня тихо отвисает челюсть.

– Мать бросила вас в пять лет?
– повторяю я непонимающе.
– И вы больше ее не видели?

– Ну почему же... видел. Когда мне было пятнадцать, я как-то встретил ее на Мальдивах с новой семьей. Она отдыхала на шезлонге возле бассейна.

– И... что она сказала?

– Ничего особенного, - равнодушно пожимает плечами Волчарин.
– Попросила отойти в сторону и не загораживать ей красивый вид на закат.

– Господи...
– невольно вырывается у меня потрясенное.
– Извините.

К моему великому облегчению, этот щекотливый неловкий момент прерывает появление спортивного смуглого конюха с шальными жгучими глазами заядлого бабника. Он почтительно здоровается с Волчариным, а мне отправляет беспечно-широкую улыбку.

– Итак, уже присмотрели себе кого-нибудь?
– спрашивает он и кивает на черного жеребца: - Этот красавец хорош, но нуждается в умелой твердой руке.

– Нам нужны лошади поспокойнее. Чтобы даже абсолютные дилетанты чувствовали себя верхом на них в полной безопасности, - говорит Волчарин, изучая конюха каким-то недобро оценивающим взглядом.

– Не вопрос!

Парень направляется резвой, юношески подпрыгивающей походкой к дальнему концу конюшни и указывает на стойла по левую сторону.

– Здесь у нас живут породистые, но не очень молодые девочки. Очень покладистые, воспитанные...

– Надеюсь, это не дряхлые клячи на последнем издыхании?

– Обижаете! Они у нас красотки хоть куда!

Я тоже подхожу посмотреть. Однако предложенные кобылы на фоне более миниатюрного жеребца кажутся просто гигантскими и устрашающими. Да еще и фыркают громко, как слоны. Жуть.

– Они точно добрые?
– подозрительно спрашиваю у конюха.
– Что-то больно шумные и дерганые. Черный конь ведет себя гораздо спокойнее.