Чтение онлайн

— Чего ты хочешь, Икс?

— Твоё маленькое расследование продвигается успешно.

— Человек умер, — говорю я категорично.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Тайна десятилетней давности, и малышка Бо Блэкмен собирается её раскрыть.

— Я не ближе к поимке Тобиаса Ренфрю, чем полиция.

— О, перестань, перестань, — тянет он. — Ты же знаешь, что это неправда, — он придвигается ко мне так близко, что я почти ощущаю тепло его тела. Он наклоняется к моему уху и шепчет: — Они не виноваты в своей некомпетентности. Они должны соблюдать закон. А ты нет.

— Если это ещё одно предложение о работе, мне это неинтересно.

— Неограниченные средства. Неограниченные ресурсы. Подумай, что ты могла бы сделать.

— Найди другую марионетку.

Он снова смеётся.

— Вот почему ты мне нравишься. Никто никогда не осмеливался так со мной разговаривать. Можешь продолжать строить из себя недотрогу, просто знай, что я всегда получаю то, что хочу. Рано или поздно.

— Что ж, тогда сегодня твой счастливый день. Ты можешь открыться новому опыту и узнать, каково это, когда тебе отказывают, — мои слова падают пустым звуком на улицу; Икс уже ушёл. Я вздыхаю и засовываю руки в карманы. Я крепко сжимаю свой маленький камешек и не забываю снова дышать. Затем достаю телефон и звоню Мэтту.

— Привет, детка!

Я приподнимаю брови.

— Детка?

— Конечно! Ты моя детка. Я твой парень.

— Я думаю, Мэтт, ты переосмысливаешь наши отношения и переносишь их в страну фантазий, — говорю я ему.

Он усмехается.

— Нет ничего плохого в хорошей фантазии. Ты избегаешь работы в офисе?

Я думаю об Арзо и Далии.

— Нет. Я занята. И мне нужна помощь. Позвони Коннору и О'Ши.

— Они уже здесь, — он мелодраматично понижает голос. — Я думаю, они нравятся друг другу.

На моём лице мелькает улыбка.

— Я думаю, да.

— Что тебе нужно?

— Браунслоу, — говорю я. — Попечитель «Чекерс». Вам троим нужно немедленно отправиться к нему домой. Найдите его семью и обеспечьте им безопасность. Не выпускайте их из виду.

Мэтт серьёзнеет.

— У них неприятности?

Я массирую шею, безуспешно пытаясь снять напряжение.

— Да. Я думаю, что им может грозить опасность.

— Ты тоже там будешь?

Мой взгляд падает на багажник под сиденьем моего мотоцикла.

— Нет. Сначала мне нужно ещё кое-что проверить.

***

Я почти ожидаю, что особняк Ренфрю будет огорожен лентой на месте преступления или, по крайней мере, что охрана будет усилена, но здесь, кажется, ещё более тихо, чем было, когда я приезжала сюда с О'Ши. Я оставляю мотоцикл, беру с собой коробку Rogu3 и иду в сувенирный магазин. Стекло уже заменено. Я присаживаюсь на корточки и осматриваю землю перед дверью. Здесь нет никаких следов того, что кто-то умер. Полагаю, коммерция никого не ждёт.

Я встаю и заглядываю внутрь. Фоксворти не сказал мне, нашли ли они какие-нибудь фрагменты пули или проклятое ухо, которое эти ублюдки отпилили, не говоря уже о теле. Полагаю, мне следовало бы огорчиться, что Эндрю Макинтош вот так потерял своего сына; я, конечно, сочувствую его сыну. Но Макинтош был на стороне Дойчера. Они убили много людей ради денег и хорошей репутации.

Я оглядываюсь по сторонам. Полагаю, мне следует сделать свой визит незаметным, но в свете откровений этого вечера я не могу заставить себя. Я смотрю налево, на дорожку, ведущую к задней части дома, затем пожимаю плечами. С входной дверью будет намного быстрее. Я подхожу к ней, осматриваю замок и, не переводя дыхания, вышибаю его. Раздаётся громкий треск ломающегося дерева. Охранник не появляется; я полагаю, что, поскольку все деньги Ренфрю недоступны, они не могли позволить себе нанять кого-то, кто не спал бы на работе.

Я толкаю дверь и вхожу. Через пять минут я снова в уборной. Я вижу царапины от Кимчи на эмали ванны; заметил ли их кто-нибудь ещё, неясно. Я вспоминаю, что Дойчер рассказал мне о той ужасной ночи, и меня бросает в дрожь.

После того, как Уиггинс рассказал Ренфрю о том, что они сделали, миллиардер замолчал либо от шока, либо от переполнявшего его горя, либо от сочетания того и другого. Однако, когда он выходил на сцену, произнося свою речь, он пришёл в себя достаточно, чтобы перестать повторять слова Элизабет Де Милль. Он что-то сделал, чтобы исчезнуть. Я мало что знаю о природе деймонов-миллиардеров, но я знаю людей и знаю себя. Если бы я собиралась исчезнуть из этого мира, я бы хотела в последний раз взглянуть на человека, который важен для меня. Лицо Майкла всплывает у меня в голове. Усилием воли я отгоняю его.

Держу пари, что Ренфрю пришёл сюда. У него было не так много времени, возможно, всего минута или две, прежде чем люди начали его искать. Если я всё сделаю правильно, то смогу настроить временной пузырь так, чтобы он появился через несколько секунд после того, как он исчез. Если меня выкинет, то только потому, что Ренфрю не успел уйти далеко. Он действительно пришёл сюда, чтобы в последний раз взглянуть на расчленённое тело бедняжки Хоуп. Однако, если сфера с временным пузырём сработает и меня не вышвырнет почти сразу, то, я думаю, что бы ни произошло, это было не под контролем Ренфрю.

Я делаю глубокий вдох, открываю коробку Rogu3 и осторожно достаю шар. Он тяжелее, чем я ожидала, и синие завитки создают жутковатый свет в тёмном коридоре. Возможно, это всего лишь моё воображение, но я уверена, что они реагируют на моё прикосновение и вращаются быстрее.

Я смотрю на него и говорю:

— Было бы очень удобно, если бы к тебе прилагалась инструкция, — неудивительно, что ничего не происходит. Я кручу его в руках, чтобы посмотреть, нет ли там подсказки о том, как его настроить. Его стеклянная поверхность гладкая, но от него исходит слабое жужжание, от которого у меня покалывает пальцы. Я беру его в руки и хмурюсь.

Из ниоткуда появляется голограмма, проецирующаяся вверх. Это что-то вроде сенсорного экрана, и он запрашивает у меня дату и время. У меня учащается сердцебиение. Когда я дотрагиваюсь до него, загорается индикатор даты. Я перебираю цифры, пока не получаю нужную: семнадцатое января 1963 года. Затем я перехожу ко времени, устанавливая его на две минуты после того, как было сообщено об исчезновении Ренфрю. На дисплее появляется одно слово: «Подтвердить?» С замиранием сердца я прикасаюсь к нему в знак согласия.

Моё тело дёргается. Это странное ощущение, как будто поезд или автобус останавливается. Я теряю равновесие и спотыкаюсь о собственные ноги. Когда я снова встаю и оглядываюсь, я понимаю, что всё изменилось. Я как будто смотрю на мир в приглушённых тонах.

Я несколько раз моргаю. Барьер, который удерживает туристов, исчез. К сожалению, на смену ему пришло поистине тошнотворное зрелище. Желчь подступает ко рту, и я вынуждена отвести взгляд. Может, я и вампир, но никогда не видела столько крови. Дойчер подтвердил, что это место не было местом совершения ни одного из убийств, так что обилие брызг свидетельствует о жестокости каждого из попечителей. Возможно, это даже к лучшему, что Ренфрю, похоже, сюда не вернулся.