Чтение онлайн

– Я высококлассный андроид с киборга, название которого пока должно остаться в тайне; а на планете я впервые. Видите ли, я недавно осиротел, – тут Ликаон изобразил скорбь, – моя хозяйка потерялась, напоследок приказав мне исполнить её долг. Мне необходимо выяснить, где я нахожусь, и где относительно меня находится Луана, чтобы выполнить свою миссию.

– Ух, ты! – Обрадовался Элле. – А меня зовут Элайр Вера, я мероканец Военной Касты, мой Дом знаменитее, чем Гем. Меня можно называть Элле. А это моя сестра, Миа, она у нас единственная, из шести братьев. Девочек Военной Касты всего пятнадцать, на все Дома. А у тебя номер, или имя?

– Приятно услышать интеллигентный вопрос. – Одобрительно заметил Ликаон, и Элле снова покраснел, на этот раз от радости. – У меня есть имя, которое поднимает меня на недоступную нумерованным андроидам высоту. Меня зовут Ликаон. Обслуга моего класса обладает собственной личностью, то есть, способна радоваться, скучать и даже страдать, испытывать удовольствие, как, например, сейчас, от общения с культурными и вежливыми людьми. Могу ли я надеяться, что вы не выдадите меня кипам и поможете определиться, где находится Луана и как мне туда попасть?

– Конечно. – Гордясь собой, ответил Элле. – Кипам мы тебя точно не выдадим. А что там была за авария?

– С помощью этой аварии я как раз и сбежал от одного из кипов. Это было не очень гуманно, но другого выхода не было. От быстроты моих действий зависит жизнь людей в глубоком космосе. Они ждут помощи. Но кипы пока об этом знать не должны.

– А эти люди – мероканцы?

– Да! Двое мероканцев, я хорошо их знаю. Симпатичные, культурные люди.

– Луана на юге, а точнее я не могу сказать. – Смутился Элле. – Я ещё не учил географию. Вообще-то, я сам из Луаны, и завтра утром мы туда возвращаемся. Я мог бы взять тебя с собой, если только папа… А может, мы просто тебя спрячем? Мы возвращаемся на катере, по морю. Там запросто можно тебя спрятать. Но ты на самом деле не хочешь никого убить или взорвать?

– Помилуйте! – Ликаон молитвенно сложил руки. – Я просто обслуга, оружия у меня нет и не было! Я могу только защищаться, но проявить агрессию просто не способен!

По дороге домой Элле и Миа договорились, что ни за что никому не скажут, особенно взрослым, но за ужином так переглядывались и перемигивались, что родители непременно заметили бы и быстро всё узнали, если бы не были заняты собственными проблемами. Улетая на Савалу, Ва сообщила своим, что нашла их родственника, и улетает с ним вместе. Её поступок казался родным каким-то безумием.

– Хоть бы объяснила что-то! – Злился Адрейн. – Живёт сама по себе, словно у неё нет Дома!

– Неужели Ивайр на самом деле убил столько людей на Въерре, как говорят? – Сокрушалась Оэ. – Теперь-то он не киборг?

– Ва не стала бы помогать ему, будь это правда. – Возразил Кейсар. – В сестре я уверен: она сумасбродка, но умница и молодчина. Я думаю, она узнала что-то, что расположило её в его пользу, а её трудно обмануть.

– Мир сошёл с ума. – Досадливо отмахнулся Адрейн. – Мероканец из Дома Вера – убийца, член команды мародёров! Что рожицы корчите?! – Набросился он на детей. – Нечего слушать взрослые разговоры! Доели? Спать!

Наутро он опять не обратил внимания на странное поведение детей, собирающихся в дорогу. От Ва больше не было никаких вестей; они знали, что Ва летит на Савалу, но зачем, могли только гадать. Даже Оэ не замечала никаких странностей, опечаленная недовольством мужа. Таким-то образом Ликаон очутился в Луане максимально быстро.

Утром того дня, когда катер Вера входил в залив Луан, Тибру Заэм вызвали из её собственной лаборатории в большом научном комплексе. Гигантские стеклянные оранжереи, заполненные мероканскими растениями и заселённые мероканскими животными, птицами и насекомыми, полные журчания воды и резких и мелодичных криков живых существ, скрывали в себе ещё и вполне удобные лаборатории, стерильные, оборудованные по последнему слову Союзной техники. Подобного комплекса не было даже на Кинтане, и мероканская Община заслуженно гордилась им. Здесь стремились работать учёные со всего Союза, со всех его планет, даже кипы. А Тибра Заэм очень гордилась тем, что в этом комплексе существовала уже три года лаборатория с её именем, что означало особый статус её владелицы. Работать с нею было честью для многих, имеющих вес и имя учёных. С той самой, знаменитой операции по спасению наркомана – кинтанианина, она прославилась, пожалуй, на всю Вселенную, и теперь напряжённо работала с двумя раббианами и одним кинтанианином над усовершенствованием своего метода. Как известно, тот её пациент больше не был рабом решерша, но и здоровым человеком считаться не мог; а она стремилась к безупречному результату. Последнее время её нервировали разговорами об офтах. Несколько раз её вот так же вызывали из лаборатории среди рабочего дня, чтобы сообщить какие-то «достоверные» сведения о каком-то офте мероканца, умершего тысячу лет назад, и она была раздражена и настроена весьма агрессивно.

Но в этот раз речь вряд ли могла идти об офтах. На выложенной розовым мероканским мрамором дорожке под широкими листьями диффенбахии стояла молоденькая мероканка Военной Касты, высокая, крупная, смуглая, синеволосая, одетая вызывающе и своеобразно во что-то пёстрое, обтягивающее, но сшитое словно из лоскутьев и шнурков, и прикрывающего минимум поверхности прекрасно сложенного и развитого тела. Девушка энергично жевала красную смолу, которую обожали кортиане севера П’инманы, и разглядывала окружающие деревья.

– Меня зовут Туе Асте. – Щёлкнув смолой так, что Тибра вздрогнула, сказала девушка. – Я только что приехала. У меня умер Предок, и я, в общем-то, одна.

– А! – Очнулась Тибра. – Конечно. Я знаю. Мы уже запрашивали Чару о тебе, но там сказали, что ты уже уехала.

– Вы не очень обидитесь, если я не захочу взять имя Заэм и войти в ваш Дом? У меня есть средства, и я хочу оставить имя Туи.

– А ты хорошо подумала?.. Впрочем, это проблема Тарвы, она у нас старшая. Чем ты хочешь заняться? – Она никак не могла понять, чего в таком случае эта странная девушка может захотеть лично от неё, Тибры? Устроиться на стажировку в комплекс?..

– Я разработала программу восстановления Мерака. – Заявила Асте. – И намерена предложить её Общине.

– О… – Тибра замешкалась. Нелепая девушка, пахнущая смолой, как кортианка, выглядела абсолютно уверенной в себе. На плече у неё была татуировка Затаившегося Волка – татуировка редкая и особенная, смысл которой по-русски можно было бы выразить в словах «всегда готов!». Тайный же её смысл заключался в том, что действия её обладателя не могут оцениваться однозначно, поскольку имеют далеко идущие последствия. – Но Мерак невозможно восстановить. Он заражён чумой.

– Я знаю. Но неразрешимых проблем нет; эта тоже решаема. Я – Кровь Руэлов, и имею право на часть их имущества. Эту часть я имею право пустить на развитие своего проекта.

– Твоё право. – Тибра решительно не знала, что ей делать со странной девушкой! – Это, конечно, будет решать Община.

– А я хотела поговорить как раз о чуме. С этим вирусом кто-то работает?

– Вообще-то нет. Но образцы у нас есть. Ты хотела бы…сама?

– Нет, в вирусологии я не сильна, к сожалению. А что нужно для того, чтобы эта работа возобновилась?

– Решение Совета. – Тибра начинала чувствовать себя глупо, повторяя одно и то же перед этим амбициозным подростком.

– Спасибо. – Асте оглушительно щёлкнула смолой, и Тибра опять вздрогнула. – Тогда я полечу к судье Таш.

– Это ещё похлеще Ва будет. – Пробормотала Тибра, возвращаясь к себе. Она решила, немного подумав, что о нелепой девчонке можно просто забыть – в самом деле, кто способен принять всерьёз её амбиции? – но, конечно, ошиблась. Асте была очень целеустремлённой и настойчивой девочкой, и уже вечером того же дня очутилась на вилле судьи Таш, перед нею самой и её неизменным спутником, Нита Эшеном.