Чтение онлайн

В 1740 г. королем Пруссии стал Фридрих II Великий. Основа военных успехов Фридриха была заложена административными и социальными мероприятиями двух его предшественников – великим курфюрстом Фридрихом Вильгельмом (1640 – 1688) и королем Фридрихом Вильгельмом I (1713 – 1740). Первоначально разбросанные земли Бранденбург и Померания были бедны экономически и не имели естественных преград, и, если Гогенцоллернам нужно было сохранить сильные политические позиции, доставшиеся им после упадка Габсбургов в результате Тридцатилетней войны, они должны были создать сильное государство и сильную армию. Что и было сделано. Великий курфюрст сделался полным хозяином единого административного механизма, центром которого была организация хозяйственного снабжения армии – Кригскомиссариат. Это стало возможным благодаря сделке между правителем и дворянами, иначе юнкерами. В 1653 г. юнкера наделили курфюрста абсолютной властью и средствами на содержание постоянной армии, при условии что офицерский корпус будет их исключительной областью и что крестьяне в их угодьях будут сведены до положения крепостных. Средние слои к востоку от Эльбы были слишком слабы, чтобы оказать сопротивление. Так возник прусский абсолютизм и милитаризм.

Новая прусская армия приобрела европейский статус после победы над шведами у Фербеллина в 1675 г. Сила Прусского королевства невероятно возросла в царствование Фридриха Вильгельма I, который удвоил бюджет и увеличил численность армии с 38 тысяч до 80 тысяч человек. До своего восхождения на трон Фридрих II в 1740 г. больше интересовался французской литературой и игрой на флейте, нежели военной муштрой, но, став королем, быстро превратился в сурового реалиста.

Козырными картами Пруссии были армия и король. По численности населения среди государств Европы она занимала двенадцатое место, и, хотя ядро полков составляли рекруты из прусских провинций, большинство солдат набиралось за границей, если требовалось, обманным путем. Главной функцией прусской буржуазии и крестьянства было хозяйственное производство. Офицерами в армии в большинстве были пруссаки благородного происхождения, и Фридрих полагался на них больше, чем на своих солдат. Каждая дворянская семья посылала в военное училище по крайней мере одного сына. Офицерам давались практические военные навыки, при этом прививался патриотизм, насаждались сословный дух и строгая дисциплина. Фридрих считал, что самое лучшее для солдата – это муштра, пока каждый из них не станет в высшей степени исполнительным автоматом, «сильнее страшащимся своих офицеров, чем угрожающей ему опасности». Эта жестокая военная подготовка имела две веские цели. Во-первых, в армии, состоявшей в большинстве из иностранцев, которым не хватало рвения и боевого духа, лишь принуждением можно было добиться дисциплины, боевой готовности и сплоченности. Во-вторых, Фридрих понимал, что в существовавших тогда условиях ключом к победе была маневренность, а этого можно было добиться только путем интенсивной боевой подготовки. Перестроения и развертывания на плацу позднее повторялись на поле боя. Основным оружием прусской армии был мушкет со штыком времен Мальборо.

В 1740 г. Фридрих вторгся в соседнюю австрийскую территорию Силезии. Единственное объяснение сводилось к тому, что Силезия стала бы ценнейшим экономическим и стратегическим приобретением. Эта агрессия послужила началом Войны за австрийское наследство в Европе. Политические последствия быстро расширялись, однако Фридрих не упускал из виду главную цель. Благодаря победам при Моллвице (1741 г.) и Гогенфридберге (1745 г.) Пруссия прочно удерживала Силезию. В 1748 г. наступил мир. Но он оказался не более чем перемирием, и в 1756 г. Пруссия вновь оказалась в состоянии войны. Пруссию субсидировала Англия, а противостояли ей Австрия, Франция, Россия и Саксония. Это была Семилетняя война (1756-1763).

В этой войне Фридрих снова сам был главнокомандующим. При разработке и проведении в жизнь своей стратегии он пользовался огромным преимуществом абсолютной власти над высокоэффективным ориентированным на войну правительством. В отличие от своих противников он считал, что целью стратегии является уничтожение неприятельских сил, а не просто оккупация или оборона части территории. Решительное наступление на вражескую территорию отдавало инициативу Пруссии и вынуждало командующего войсками противника подчинять свои передвижения маневрам Фридриха. Кроме того, у Фридриха в этой войне было так много врагов, что, если бы он ждал, когда они совместно нападут на него, он наверняка был бы разгромлен. Используя преимущество внутренних коммуникаций, он быстро перемещался и атаковал одного противника, а затем быстро двигался навстречу следующему. Таким образом он сам начал боевые действия, вторгшись в Саксонию без объявления войны, а затем, в 1757 г., разбил австрийцев у Праги. Но позднее в этом году сам был разбит превосходящими силами австрийцев у Колина, а затем потерпел поражение от русских при Гросс-Егерсдорфе. Поздней осенью 1757 г. пруссаки, казалось, были обречены. Но благодаря качествам правительства и армии и мужеству короля они продолжали держаться. В ноябре Фридрих, все еще продолжая наступать, одержал значительную победу над объединенной австро-французской армией у Росбаха в Саксонии, а в декабре он двинулся на другое австрийское войско под командованием фельдмаршала Дауна и герцога Лотарингского Карла и разбил их у Лейтена в Силезии.

Как и стратегия, тактика Фридриха всегда была наступательной, ибо он был убежден, что его войска, хорошо подготовленные к маневрированию и применению оружия на поле боя, если им дать инициативу, могут побить любые неповоротливые войска противников. Исходя из результатов боевой подготовки, он мог писать: «Прусский батальон – это движущаяся батарея... быстрота заряжания такова, что в три раза превосходит огонь других армий. Это дает пруссакам тройное превосходство». Фридрих много применял развороты в бою на 45 градусов, напоминавшие перестроения Эпаминонда. Их успех зависел от мобильности. Сам он объяснял свою тактику следующим образом: «Вы уступаете один фланг противнику и усиливаете тот, на котором предстоит атаковать. Этими силами вы предпринимаете максимально возможное против одного фланга противника, который вы обходите. Обойденная с фланга армия в 100 тысяч человек может быть за очень короткое время разбита силами в 30 тысяч человек... Преимущества такого рода маневра следующие: 1) небольшое войско может вступить в бой с противником много сильнее его; 2) оно атакует противника в решающей точке; 3) если тебе нанесли поражение, ты теряешь только часть армии, а оставшиеся три четверти остаются свежими, прикрывая ваш отход».

Практически во всех сражениях Фридрих встречался с численно преобладавшим противником, и при Лейтене соотношение сил было далеко не в пользу армии Фридриха. Австрийская армия Дауна и Карла Лотарингского состояла из 84 батальонов пехоты, 144 эскадронов конницы и 210 орудий, в целом насчитывая 60 – 80 тысяч человек. У Фридриха было лишь 36 тысяч человек: 24 тысячи пехотинцев в 48 батальонах, 12 тысяч кавалерии в 128 эскадронах и 167 орудий. Но когда он в начале декабря появился вблизи противника в Силезии, стране, которую он хорошо знал, Фридрих был полон решимости добиваться сражения. 4 декабря австрийцы встали двумя эшелонами перед речкой Швейдниц на пять с половиной миль по фронту, от болот Нипперна на севере, через деревню Лейтен, а далее на юг до Загшюца. Это была сильная оборонительная позиция, хотя несколько растянутая.

Сражение при Лейтене

В 5 часов утра 5 декабря 1757 г. Фридрих двинулся с запада прямо по бреславльскому тракту. Его план заключался в том, чтобы нанести отвлекающий удар по правому флангу австрийцев, а фактически оставить свой левый фланг, а затем двинуться параллельно длинному фронту противника и ударить крупными силами по левому флангу. В предрассветном тумане прусский авангард из 10 батальонов и 60 эскадронов под его командованием вступил в соприкосновение с противником у деревни Борн. Пруссаки атаковали с ходу, точно не зная, кто перед ними – выдвинутые вперед войска противника или его правый фланг. Оказалось, что это было передовое соединение из пяти полков, которое было быстро рассеяно. Деревня была занята, и с рассветом Фридрих оттуда увидел все расположение войск противника. Спускавшаяся от деревни местность скрывала от австрийцев продвижение четырех главных прусских колонн.

Когда стали подходить главные силы, Фридрих послал авангард преследовать первых австрийских беглецов и нанести отвлекающий удар по правому флангу противника. Командовавший там австрийцами Луччесси, думая, что на него будет направлен полномасштабный удар, срочно запросил помощи слева. Даун направил ему резервную конницу и часть кавалерии с левого фланга. Предварительные действия оказались настолько успешными, что Фридрих приступил к осуществлению основной части своего плана. Перестроив все еще скрытые в складках местности четыре колонны в две, он повернул их к югу, во фланг. Один из очевидцев следующим образом описывает этот маневр прусской армии: «Нельзя представить себе более красивого зрелища, все головные части колонн двигались параллельно на идеально равных расстояниях друг от друга и на одной линии, дивизии маршировали словно на параде».

Австрийские командующие ожидали лобовой атаки, и, когда этого не произошло, они пришли к выводу, что прусская армия решила не атаковать. Внезапно их надежды рухнули – в поле зрения появились прусские колонны, двигавшиеся в обход, между Лобетинцем и Загшюцем, к их левому флангу. Когда вскоре после полудня прусский головной отряд под командованием Веделя, поддержанный батареей из 6 орудий и двигавшимся следом отрядом из 6 батальонов пехоты во главе с принцем Морицем Дессауским, штурмовал укрепления Загшюца, командовавший левым флангом австрийцев Надасти отчаянно запросил помощи. Он атаковал первый отряд прусской кавалерии, 43 эскадрона во главе с Цитеном, но после шедших с переменным успехом схваток левый фланг австрийцев был разбит наголову. Поле между Загшюцем и Лейтеном было забито бегущими, которых преследовали прусские гусары. Следом двигались пехота и артиллерия.

Находившийся в центре Карл Лотарингский в смятении отозвал посланные на правый фланг силы и стал посылать батальон за батальоном на защиту Лейтена. Деревня была переполнена защитниками, в боевых порядках царил хаос, однако они с храбростью обреченных сдерживали прусское наступление. Фридриху пришлось послать больше войск, чем он рассчитывал, но блестящим ударом гвардейцы Меллендорфа наконец овладели деревней.

Дальнейшее продвижение пруссаков на север стало еще тяжелее, поскольку, пока шел бой за Лейтен, у австрийского правого фланга было время установить батарею на холме над деревней и под прикрытием ее огня перестроить боевые порядки пехоты под нужным углом к первоначальному фронту. Фридрих двинул вперед левую колонну из пехоты во главе с Ретцовом и кавалерии во главе с Дризеном, но их задержал огонь артиллерии. В ответ Фридрих с высоты Буттерберг, несколько к западу от Лейтена, наладил огонь собственной артиллерии, включавшей десять сверхтяжелых орудий. Этот артиллерийский огонь вкупе с атакой прусских войск оттеснил австрийский правый фланг назад.

К 4 часам пополудни австрийцы стали отступать, и Луччесси предпринял последнюю попытку атаковать. Пехота Ретцова на некоторое время была остановлена, и Луччесси приготовился бросить свою кавалерию на ее правый фланг. Но за деревней Радаксдорф укрывалось 40 кавалерийских эскадронов Дризена. В этот момент они появились из-за высоты Буттерберг, и оставшиеся у Луччесси войска, атакованные одновременно с трех сторон, были разгромлены. Одновременно со всех сторон была атакована остальная австрийская пехота. К наступлению темноты австрийская армия пустилась в паническое бегство. 6 декабря Фридрих дал армии отдохнуть, а затем стал очищать ближайшие окрестности от остатков войск противника. 19 декабря капитулировал Бреслау и Пруссия окончательно закрепила обладание Силезией.