Чтение онлайн

Вспомнив родной мир, я даже всплакнула, совсем чуть-чуть. Франц поморщился и осторожно похлопал по моей руке своей сухой ладошкой.

— Если и прорывы получились, и попадание совершилось, то это либо путешественники по мирам, либо маги, — терпеливо говорит Франц. — Потому что твой мир точно не магический. И мне туда надо!

— Объясни, что фамильяру нужно в моем неволшебном мире? — удивляюсь я искренне. — Хочешь стать единственным волшебником?

Черненькие глазки Франца суетливо бегают по комнате, потом остановливаются на моем лице.

— А ты не понимаешь? — злобно пыхтит он. — Я твой фамильяр. Ты меня призвала. Если ты исчезнешь из этого мира, то наша привязка уничтожит меня!

— Прости, Франсик! — краснею от стыда и обращаюсь к книге, нарочито бодро говорю. — Начнем с Нинон! Проверим, не обманул ли ты меня тогда, когда я тебя спрашивала! Так! Нинон — «Польза». Действительно. Прекрасно! Бошар — «Человек-воин». Не соврал. Круто! Император Раймунд — «Мудрый Защитник». Всё верно и логично! Король Базиль — реально просто «Король». Креативно!

Я с удовольствием погружаюсь в мир имен Империи Ламмерт, «Яркие Земли», как и говорил ранее Франц.

— Кто на новенького? Ага! Лефевр — «Кузец»! Не простое ли имя для Второго Хранителя Империи? — злорадно смеюсь я.

— Ему подходит! — поддерживает мой смех Франц. — А Ребекка тебя не веселит?

— Ребекка — «Скандал, Протест»! — читаю я. — Как точно сказано! А вот сейчас…

Я быстро нахожу нужные имена: Фиакр — «Ворон» (ха-ха!), Леонард — «Лев, Сильный» (да ладно!), Мэтью — «Подарок Бога» (скромно!).

Теперь его пассии: Сюзет — «Лилия» (до сих пор помню тот тошнотворный запах и свою головную боль!), Ирен — «Мир» (никогда бы не подумала, наверное, как символ эгоцентризма!), Флор — «Цветок» (еще один!), Селестина — «Небесная» (а вот это неплохо!).

Увлекшись, пытаюсь вспомнить еще кого-нибудь. А! Арман — «Мечта, Стремление, Желание» (ага! всех сухопарых и строгих, как утюг, старушек!). Про Амели мне Франц уже рассказывал. Амели — «Работа». А во дворце была мадам Кувёз. Так, Кувёз — «Клуша».

И… Как я могла забыть личного врага, метавшего в меня кинжал! Бердард — «Медведь» (не обижайте милых мишек!).

— Замечательная книга! — хвалю я подарок неизвестного мне Готье Перье. — Так… Перье — «Каменная облицовка». Ничего себе имечко! Франц! Расскажи-ка мне про второе свидание с Решающим после встречи рассвета!

— Обмен энергией, — отвечает фамильяр. — К этому надо подготовиться! Если он почувствует всю твою энергию, то сразу поймет, что ты Sorciere. И уже никогда не отпустит! А у нас с тобой планы…

— Никакой особой энергии я в себе не чувствую! — возражаю я. — Опасаться нечего!

— Да? — едко спрашивает Франц. — Нечего? Ты знаешь о том, что сегодня должна была сразу после свидания на рассвете попасть на лечение к лучшим лекарям Империи? Кстати, чтобы выжить после ожогов!

— Они подвергают невинных девушек такому жестокому, бесчеловечному испытанию?! — у меня сбивается дыхание. — Фиакр сказал, что его выдерживает одна-две из сотни!

— Он преувеличил, — ухмыляется Франц. — Ты первая из пяти сотен. Но твой Решающий встречал рассвет только с несколькими девушками. Их потом выхаживал личный лекарь Императора.

— Всё равно это преступно! — возмущаюсь я, представив себя с обуглившейся рукой. — Зверство какое!

— Это борьба, — вздыхает Франц. — Империя в опасности! Ее будут спасать любыми способами!

— Я не хочу быть таким способом! Я живая! Я настоящая! Я не гражданин этого мира! Я не хочу отдавать себя для его спасения! — выкрикиваю я революционные лозунги.

— И это похвально! — гладит меня по плечу фамильяр. — У нас с тобой другой путь — путь на твою родину, как ты ее называешь.

— Не называю. Она и есть моя родина! — сержусь я и отбрасываю его руку.

— Не скажи… — Франц расстроенно трясет головой. — Я тебе в третий раз говорю честно и прямо: ты из этого мира, иначе ты не прошла бы испытание!

— Бред! — ругаюсь я. — Как же я попала в мой мир? Тот, который считаю своим? А?

— Не знаю. Но как-то попала, — Франц смотрится в зеркальные носки туфель.

— Получается, мои родители и брат меня столько лет обманывали? — не верю я.

— Они сами могли не знать. И, скорее всего, не знали, — рассуждает Франц. — Других идей у меня нет.

— А у меня есть! — решительно говорю я, слезая с кровати. — Я там родилась и жила девятнадцать лет. Там хочу жить дальше и умереть, когда придет время!

— Всё, кроме желания умереть, мне понятно, — примирительно отвечает Франц и напоминает. — Надо готовиться к обмену энергией.

— Зачем? — возражаю я. — Пусть ничего не получится!

— Как говорят в твоем мире? Дурочка? — усмехается фамильяр. — Если я тебя не подготовлю, Решающий сразу потащит тебя к алтарю. Даже без свадебного платья и гостей! И потом, ты можешь его невольно покалечить!

— Да? Прекрасная перспектива! — радуюсь я. — Давай я его просто покалечу!

— Пятьсот тысяч. Три миллиона. Миллион сто тысяч, — произносит серьезно Франц.

— Ты деньги считаешь? — смеюсь я.

— Нет. Жителей Империи. Пятьсот тысяч магов. Три миллиона человек. Миллион сто тысяч детей. Ты покалечишь не его. Их, — и Франц осуждающе смотрит на меня.

— Твой внезапный милосердный порыв меня несколько пугает, — насмешливо говорю я. — До сего момента ты беспокоился только о себе. Что тоже странно для фамильяра! А вообще… Ты сущность Тьмы или Магмы?

Франц испуганно смотрит на меня и, заикаясь, переспрашивает:

— Тьмы или Магмы?

— Вот только не надо меня обманывать! — грозно хмурю брови. — Решающий обмолвился об этом, а ты даже и не думал!

— Мне тебе всю классификацию сущностей этого мира представить? — недовольно ворчит Франц. — Я сам в ней не очень-то разбираюсь…

— Но про себя ты же всё знаешь? Или нет? — иронизирую я.

— Конечно, Магмы! — гордо фыркает фамильяр. — Дом Хранителя защищен словом Решающего, как и все дома магических семей, и это не зависит от благородства или простолюдинства. Магию этого мира защищает Решающий. Будь я сущностью Тьмы, я бы не смог добраться до тебя, несмотря на силу твоего призыва. Да еще так близко! Да еще так надолго!