Чтение онлайн

Мысль показалась Борни интересной, но он не был уверен в правильности своих догадок и испытывал некоторые сомнения. Ланц явно и сильно сочувствовал Эйну, и никогда не пытался слишком сильно ему навредить. По началу его всё-таки считали двойным агентом, но потом сочли его деятельность пассивным сотрудничеством, что вполне удовлетворяло руководство. Вообще в последний год директора, да и самого президента стало устраивать многое из того, что раньше они никогда не приняли бы всерьёз. На лицо была надвигающаяся тень фиаско. Они хватались за любые

спасательные соломинки, но те одна за другой обламывались у них в руках. Поражение следовало за поражением.

Самолёт пошёл на снижение, всё сильнее ощущалась перегрузка. Ланц посмотрел на часы.

– Ну вот, через десять минут сядем, а там час, другой и будем на месте.

Он взглянул на Борни в упор, пристально, как будто прошил насквозь.

– Держись по задорнее, нет у тебя в глазах искорки какой-то, у всех людей Эйна есть, а у тебя нет, имей в виду. Хоть и мелочь, а может оказаться важной. Недоверие рождается из ничего, а в этом случае шансов вызвать подозрение вдвое больше.

Он пристигнул ремень безопасности и продолжил задумчиво.

– Чёртовы глаза, как ему это удаётся хоть убей, не понимаю.

Борни показалось, что Ланц говоря это, имел в виду нечто большее, чего не произнёс в слух.

Самолёт продолжал снижение, за иллюминатором замелькали хлопья облаков. В салоне защёлкали застёгиваемые ремни, все готовились к посадке.

Большая, украшенная резьбой дверь раскрылась, и Зольд вошёл в президентский зал. Зрение у него в последние годы ослабело, и он не сазу смог разглядеть главу государства среди множества предметов находящихся перед ним на расстоянии двадцати метров.

Президент поднялся из-за стола, и явно раздражённо, заложив руки за спину, проследовал к директору.

– Ну что дорогой Зольд, опять осрамились перед всем миром.

Зольд сам, испугавшись своей дерзости парировал.

– В прошлый раз осрамились не мы, а наши азиатские коллеги, мы им только помогали.

Президент, не ожидавший такой бойкости от провинившегося зловеще посмотрел на директора.

– Лучшая армия мира, элитный корпус. А какая техника пропала! Где были службы оповещения, почему спутник ничего не показал на предварительных снимках? Эти дилетанты разделали вас под орех. Расстреляли в упор, как мишени на стрельбище. Наш десантный корабль даже к берегу подойти не смог. А где была авиация, я вас спрашиваю Зольд, где она была.

Директор переложил папку в правую руку и как школьник, глядя в пол ответствовал.

– Вы же знаете, господин президент, что остров имеет идеальную противовоздушную оборону, чему доказательством служит ослепление ими нашего спутника.

президент снял очки, его глаза полезли из орбит.

– Вот я вас за это в отставку, на пенсию, к чёртовой матери из разведки. Как вы смели пойти на штурм без снимков со спутника. Это вам не в солдатиков за картой играться в штабах. Знаете, во что это нам обошлось?

Он махнул рукой и повернулся к директору спиной.

После слов об отставке Зольд понял, что терять уже нечего и почти спокойно развернул принесенную папку. Неожиданно он увидел в дальнем углу незнакомого человека, которого прежде не замечал. Директор надел очки и сразу приветливо закивал головой: Это был премьер-министр западных союзников объединённые бригады, которых принимали участие в утреннем штурме наравне с его корпусом.

– Он не прост, ой как не прост, продолжал президент.

– Я помню, когда пять лет назад этот Эйн впервые объявился, он, конечно, не был беден, но и содержать целую армию денег не имел. А сегодня у него целый остров в океане напичканный оружием самых последних модификаций, кое-что даже собственного производства. Завтра, глядишь, он возомнит себя новым Александром Македонским.

Премьер-министр подошёл к президенту.

– Я думаю, вы напрасно тревожитесь на этот счёт. Он никогда не вёл наступательных операций, о чём заявляет публично. И кроме этого, пол часа назад он заявил, что возвращает всех солдат взятых в плен и часть уцелевшей техники с просьбой впредь на остров не нападать, и с заверениями отсутствия каких бы то ни было агрессивных планов. Я в связи с этим и приехал, но не успел доложить, так как прибыл господин Зольд.

Директор, почувствовав шанс спасти положение, тут же обратился к президенту.

– После провала операции захвата, я ввёл в действие вариант с агентами. Утром они отбыли и уже через пару дней я ожидаю результатов. Я взял на себя смелость выяснить у Эйна его планы относительно конфронтации с нами и хотел бы предложить господину президенту прекратить всякие военные действия против "Течения" на условиях взаимного компромиса, взяв с Эйна письменное обещание. Так же я предложил Эйну сдать остров в виде компенсации за наш разгром в обмен на договор о мирном сосуществовании. Всё это я передал через Ланца, но лишь в виде проекта, окончательное решение за вами господин президент.

Президент хотел, было что-то возразить, но его перебил премьер-министр.

– Удивительно быстро действует ваш руководитель разведки, я как раз привёз вам нечто подобное в качестве возможного выхода из сложившейся ситуации. Нам надоело воевать неизвестно за что. Те, кто начал эту войну уже давно в отставках, смеются над нами. Их глупость мы подхватили как знамя. Этот Эйн не создаёт угрозу госбезопостности, и не делает ничего такого, что даёт нам право тратить национальные богатства на борьбу с его сумасшедшими. Он так же не угрожает экономическим интересам. Его касса состоит из пожертвований. Да гигантских, но всё же пожертвований. Короче говоря, он нам ничем не мешает, и я намерен прекратить эту бесполезную войну, чего и вам желаю. Азиатские блоки, несомненно, сразу на это не пойдут, но я думаю, со временем образумятся и они. Мы не должны скатываться на уровень религиозных войн средневековья. Ведь что не говори, а "Течение" столкнулось, прежде всего, с религиями, а не с государствами и политическими строями.

Вот пусть эти разногласия и ограничиваются полемикой. Ну а где спор перерастёт в потасовку пусть разнимают полиции, но не армии.

Директор вновь перехватил инициативу и добавил, что делал все, исходя из национальных интересов, не превышая полномочий, и учитывая неоспоримое право президента принять окончательное решение. Президент, похоже, не ожидал от премьер-министра столь категоричных заявлений и на Зольда внимания больше не обращал. Он зашагал по залу напряжённо что-то обдумывая.

Директор знал, что президент и сам давно хочет закончить эти военные операции, но не решается начать. К тому же его бесили поражения, и упрямство его от этого усиливалось. Сейчас он получил прекрасную возможность остаться в тени повернув дело при этом так, что получал одну лишь пользу.

– Я подумаю над этим, наконец, сказал он.
– Дня через два я сообщу своё решение, и мы определим, как нам поступить со всем остальным.

Президент попрощался и Зольд с премьер-министром удалились.

Директор знал, что президент уже всё решил, но в подобных случаях он всегда набивал себе цену, затягивая ответ на день, два.

Неожиданно для Зольда его вызвали с пол пути обратно. Недоумевая, он вновь стоял посреди зала и наблюдал за вышагивающим по помещению президентом. Наконец тот остановился.