Чтение онлайн

– Вот что Зольд, я благодарен вам за то, что вы проявили себя при премьере, с прогрессивной, с его точки зрения стороны, и даже перехватили знамя мирного процесса, дух которого уже давно вьётся над этой войной. Я думаю, что где-то к концу недели нам необходимо заручившись договором от "Течения", выступить с заявлением о прекращении боевых действий. Взаимно расформировать вооружённые силы в районе конфликтов и перейти к мирному процессу.

Зольд отметил про себя, что президент оценил его трюк с мирными предложениями, но, как и он, сам, сдаваться не собирался. Прекращение боевых действий ещё не о чём не говорило. С каждым днём войны он просто терял свой авторитет и рисковал вскоре быть досрочно переизбранным.

Президент поднял вверх указательный палец.

– Но это ещё не всё. Я думаю, Зольд, пора менять тактику. То, что нельзя разрезать можно расколоть, раздавить, или сжечь. Будем действовать с уклоном в вашу сферу, тайно.

Директор с удовлетворением молча констатировал свой успех.

– Позвольте узнать, начал он.
– Целесообразно ли вообще продолжать борьбу против "Течения". Может лучше оставить их в покое. Я не вполне уверен, что прав, но все те годы, которые мы им противодействуем, они лишь крепнут. Возможно, если мы забудем о них, они ослабнут.

Президент с сожалением посмотрел на Зольда.

– Я даже не допускаю мысли, что вы сказали это серьёзно. Я ценю ваш юмор и ценю вас. И я больше чем уверен, что вы ни на секунду не сомневаетесь в том насколько опасна деятельность "Течения". Этот Эйн завладел самым серьёзным и ценным: Он завладел умами. Ему удалось заразить их своей верой в это его новое видение божественного. Он блестящий оратор, политик и стратег. Всё это ясно свидетельствует о его опасности. Он рушит устои церквей на западе и востоке, его сила и успех множит

ряды его последователей. Но самое страшное состоит в том, что он выводит людей из

повиновения, в котором они находились до сего момента. Они прекращают подчиняться, ими невозможно управлять. Распадаются устои обществ, нарушается иерархия. Социальная структура всей цивилизации, складывающаяся тысячелетиями оказывается под угрозой. Вы представляете, чем это может кончится. Он ведь не предлагает ничего взамен. "Течение" уничтожает ориентиры, старые стереотипы и привычную шкалу ценностей. А что они дарят человечеству? Пустоту как эталон мироздания?! Абстрактную бесконечность, просто на просто, ничто, как символ веры. Веры, которая должна вдохновлять и придавать силы, заставлять действовать и двигаться вперёд. Именно в этом их вред и опасность. Сейчас они как вирус в здоровом теле, питаются средой обитания и прекрасно чувствуют себя в ней. Но стоит организму умереть, и вирус умрёт вместе с ним. Они не соображают что делают, и я нисколько не преувеличиваю угрозу. Для них нет ничего кроме "Течения", их вера- для них Бог, точка отсчёта. Христианство, Ислам, Буддизм, Иудаизм, и прочие религии Эйн объявил устаревшими атавизмами, вредными и тормозящими развитие духа. Вот что стоит на пороге следующего витка развития человека разумного. Идея способная уничтожить мир путём разложения разума и духа. Это ли не цель для приложения наших усилий. И в этой борьбе наши прежние методы, безусловно, устарели, уж это, "Течение" нас понять заставило. Что ж, я люблю достойных противников, это бодрит и не даёт расслабится. Мы ещё посмотрим кто сильнее, старый мир или новая вера.

Зольд слушал внимательно. Президента немного заносило, что давало директору возможность делать заметки на будущее. Предстояла огромная и опасная работа. Зольд знал характер президента, и хотя порой не переставал удивляться поворотам его мысли и тактики, всё же понимал, что за глобальный провал грозит совсем не пенсия или отставка.

Остров, отразивший недавнюю атаку был наполнен весельем и суетой. Борни и Ланц прибыли к вечеру и попали как раз в разгар празднования. Полученное от Ланца сообщение о мире привело всех в ещё большее ликование. Праздновали не военную победу, а наступивший мир и то, что сообщество хоть и негласно, но всё же признало за ними силу, с которой не в состоянии совладать. На встречу с Эйном Ланц ходил один. Борни прекрасно понимал, что попасть к верховному жрецу этого культа не просто и за компанию туда никого не зовут. Но ему ужасно хотелось попасть туда. Сколько раз он вот так, стоя перед дверью, пытался, но так и не смог увидеть Эйна. Он знал, что не увидит ничего особенного и сверхъестественного, всё то же что и в прессе, и на телевидении. Однако увидеть лидера, так сказать, живьём, в натуре, было совершенно другим делом.

В размышлениях Борни не заметил, как Ланц вернулся в приёмную.

– Пойдём, предстоит выполнить множество дел. Он направился к выходу. Борни очнувшись, последовал за ним.

– Ну что, какова политика "Течения" в первые часы мира, поинтересовался он, уже догнав Ланца на лестнице.

Тот, думая о чём-то своём ответил.

– Премьер-министр союзников поспешно отвёл войска, и первый уже официально объявил о мире. Наш президент опять попал впросак и чтобы окончательно не ударить лицом в грязь не стал дожидаться, кто из союзников будет следующим. Наверняка здесь замешены, какие то политические интриги между союзниками.

Они вышли из бункера, и свежий морской ветер окатил их запахом водорослей и рыбы.

– Вопрос о мирном урегулировании стоял особо остро в последние время, продолжил Ланц.

– Видимо премьер избранный недавно решил нажить себе политический капитал, став лидером этого процесса и поставив себя тем самым выше нашего президента. Но и президент не промах. Уже через час выступил с заявлением, что давно договорился о мире с премьером и что самое главное с "Течением". Достойно выкрутился, пусть директора благодарит.

– А что Эйн? снова поинтересовался Борни.

– Эйн принял все условия мира, на той неделе отдаёт остров. "Течение" отныне не запрещено. Вскоре он решит, в какой стране будет базироваться организация. Стоимость острова правительство возмести, продолжал Ланц.

– Но это не главное. Предстоят большие дела. Поскольку "Течение" сейчас религиозная легальная организация Эйн решил, что пора сильней теснить отжившее.

Борни вопросительно посмотрел на Ланца.

– А что союзники, тоже согласны принять "Течение" у себя в странах?

Ланц замедлил шаг и глубоко вдохнул свежий воздух.

– Начнём с центральных областей, а пока разберёмся там союзники тоже дадут зелёный свет. Они не идиоты. Сейчас стоять в стороне от мирного процесса значит самоизолироваться, оказать всем, что они жаждут крови, консервативны в политике. Они на это не пойдут, слишком велики потери, экономические и политические. Бороться они, конечно, будут, но уже тайно. Эйн прекрасно понимает смену тактики, но считает, что лавры победы первое время надёжно защитят организацию от интриг. Кстати говоря, он решил начать строительство храмов.

Борни застыл в изумлении глядя на него. Ланц улыбнулся.

– Это совсем не противоречит политике "Течения". Он никогда не выступал против воплощения идеи в чём-либо. Не нужно путать это с его высказыванием по поводу того, что люди заменяют себе постройками бога. У "Течения" храм не культ, а воплощенное в архитектурных формах новое видение мироздания. Кроме того, сеть храмов закрепит за "Течением" его право на место под солнцем и право показать людям истину. Им не надо будет теперь посещать тайные центры организации, преследуемые властями. Теперь они смогут, открыто прийти в храм, и приобщится или просто увидеть истинную веру и её новые формы.

Борни шёл немного позади и внимательно слушал.

– А что если члены "Течения" усмотрят в этом некий поворот в вере, возврат к стереотипам всех предыдущих религий. К их методам и ошибкам.

Ланц опять улыбнулся, но теперь гораздо добрее.

– Не усмотрят. Принципы Эйн всегда соблюдал чётко. Современные религии, так или иначе, но признают единое божество, нечто верховное. А потом они делят людей на тех

кто может быть с этим верховным и тех, кто не достоен. Эйн всегда говорил, что любая старая религия когда-то была близка к истине, остатки этой близости есть во всех