Чтение онлайн

карающим мечём правосудия, по головам этих безбожников отрицающих величие их

бога, и называющих всю их веру бесполезным битьём головы о землю. Подобное не прощалось никому.

И хотя события вызванные началом войны помогли Али занять свой пост: он сверг шаха Абу-Хамора на волне протестов после взрыва мечети в Иерусалиме, он не испытывал к "Течению" благодарных чувств. Даже мысль об этом не посещала, светлую голову повелителя.

Главнокомандующий излагал план операции. Али слушал внимательно, сложив руки на груди и впившись взглядом в далёкую пальму на соседнем холме. Знойный пейзаж утомлял, его клонило в сон и совершенно не хотелось ни о чём думать. Но он, подавив зевоту, прервал командующего.

– Я бы хотел, что бы наши солдаты как можно внимательнее отнеслись к размещению и возможным изменениям в проверке самолёта на севере. Нашей державе не нужен международный скандал.

Али пронзил главнокомандующего своим орлиным взором и удовлетворённо отметил, что тот побледнел и затрясся. Генерал понимал, что за этими словами стоит острая сабля Али. Он собрал всё своё мужество, и, стараясь, что бы голос его не дрожал, произнёс.

– Мы исполним всё, даже если это будет стоить нам жизни.

Али медленно двинулся по террасе.

– Можешь идти, и помни, если что-то изменится в планах неверных, доложить немедленно, даже если самолёт будет уже в воздухе, даже если уже сядет. Внезапный порыв гнева, вдруг ни с того ни с сего охватил Али и он заорал.

– Ясно?

Генерал стал ещё бледнее и так вытянулся в стойке " смирно", что хрустнули позвонки и натянулись все швы на мундире.

Жестом Али отпустил генерала, и опять задумался над предстоящим деле. Он понемногу успокоился, и ход мыслей вновь стал размеренным. Новости о том, что храм созданный "Течением" и называемый врагами самым великим в мире скоро исчезнет без следа вызывало радостные чувства. Оно усиливалось ещё и оттого, что это должно было произойти завтра, в день праздничной церемонии по случаю открытия. На празднике должен был быть самый ненавистный безбожник Эйн, и его главари. О тысячах его приверженцев и речи нет, они должны были умереть непременно. С тех пор как закончилась война "Течение" заметно расслабилось. Али доносили, да и самому ему казалось, что многие в этой банде позабыли, как держать в руках оружие. Они целиком были заняты строительством своих центров.

– О господь. Али вдруг подумал, что не далёк тот час, когда на него начнут давить союзники и он окажется перед смертельным выбором. Либо позволить "Течению" открывать свои центры в его стране, либо противопоставить себя всему миру и потерять всё кроме кучки ослов в халатах, довольно потирающих руки каждый раз, когда он внемлет их советам. При первом же удобном случае они же свергнут его, после чего в стране начнётся кровавый хаос, который продлится, как обычно в этих местах, лет десять- двадцать и откинет общество в каменный век.

Али содрогнулся при мысли об этом.

Единственным верным решением было то, что он уже сделал. Это ослабит "Течение", обезглавит его и сведёт не нет. Мысль об этом согрела душу Али, и он во всех

подробностях стал представлять себе как всё случится. Он уже видел, как в аэропорт прибывает большёй самолёт северной авиакомпании, как он неспешно подкатывается к корпусам аэропорта, над которыми гигантской горой возвышается белоснежный храм "Течения". Храм таких размеров, что кажется, что он расположен рядом с этими корпусами. На самом же деле он находится на расстоянии десяти километров от аэропорта. Толпы людей со всех сторон стекаются к храму. Вот все собрались, загудело всё вокруг в ожидании праздника. И вдруг разрывая землю и вспыхивая сотней Солнц со стороны аэропорта поднимается, сметая всё на своём пути, зловеще прекрасный тёмно алый цветок. Ещё мгновение и его рёв разносит по всей округе весть о победе над неверными врагами и утверждает новый порядок и ход событий.

Али не решался прибегнуть к ядерному оружию во времена войны, во-первых, потому что союзники давно запретили его применение в военных целях, а во-вторых, он, так как и его предшественник тщательно скрывал наличие такого оружия у себя в стране. В этом были едины все кто руководил страной. Даже междоусобицы и заговоры не влияли на разглашение тайны этого оружия хранящегося на чёрный день. Али уже давно понял, что этот день наступил. Он стоял на грани гибели и единственное что могло его спасти это молниеносный удар и бездна лжи вслед за этим.

Команду исполнителей легко будет уничтожить, нескольких патриархов надо ликвидировать уже сегодня ночью. После этой чистки не останется ни единого человека знающего об операции. Остальные бомбы спрятаны так надежно, что никакая комиссия сообщества и следа их никогда не найдёт. Случившееся он преподнесёт своему окружению как сюрприз, это навеки возвысит его над соперниками. В конце концов, многие тайно его поддержат, и дело закончится без скандала. Али представил себе эту идиллию и радостно вздохнул, предвкушая потоки новейшей техники и денег которые направят ему в благодарность многие руководители союзников. Ведь Али знал, что все они боятся сказать слово против "Течения" не рискуя своими постами. И это притом что совсем недавно в этих странах "Течение" запрещали, а за участие в нём наказывали. Али протянул руки к небу.

– О великий, дай сил свершить начатое.

Гул двигателей то нарастал, то отдалялся. Сразу несколько лайнеров совершали манёвры перед взлётно-посадочной полосой. Самолёт северной авиакомпании принимал на борт пассажиров и багаж. Мужчина в зелёной рубашке сидевший в кресле вестибюля развернулся в пол оборота и внимательно наблюдал за происходящим сквозь стеклянную стенку аэровокзала. Глаза его напряжённо сощурились, когда к багажному отделению самолёта по транспортёру вслед за остальным багажём проследовал чёрный чемодан внушительного размера. Как только служащие стали закрывать грузовой отсек мужчина встал облегчённо провёл рукой по лицу и направился в помещение туалета на другом конце зала. По дороге он подмигнул двум стоявшим невдалеке, с виду туристам, которые едва он скрылся за дверями туалета быстро двинулись к выходу.

Закрыв за собой двери, мужчина достал чёрную коробку с кнопками и экраном посмотрел на неё и на мгновение задумался.

В это время вышедших из здания быстро скрутили и, втолкнув в подъехавший автомобиль, увезли несколько человек в штатском. В багажном отделении аэропорта двух сотрудников закончивших погрузку также быстро скрутили и увезли очень похожие люди.

В дверь туалета постучали. Мужчина настороженно оглянулся и стал торопливо нажимать на кнопки. Дверь содрогнулась от ударов, её явно собирались выломать. Мужчина негромко выругался и скрылся в крайней кабине левого ряда. Он продолжал лихорадочно что-то высчитывать. Входная дверь с треском вылетела, и в туалет ворвались четверо в серых костюмах. В руке одного из них был пистолет. Они стали проверять кабины и через минуту вышибли двери последней. Упавшие двери привалили находившегося там человека. Двое подняли его и обыскали. Ничего, не обнаружив, они вопросительно смотрели на человека с пистолетом. Тот прошёл в кабину и внимательно осмотрел бочёк и коробку для салфеток. Ничего там не найдя он с ненавистью посмотрел на задержанного и нагнувшись запустил руку в сток унитаза. Пошарив там человек, хмыкнул и извлёк чёрную коробку. В тот же миг гримаса ярости исказила его лицо, коробка была разбита вдребезги, экран осыпался, а кнопки провалились внутрь.

Сжатый как в тисках между двух пар крепких рук, задержанный неслышно, одними губами читал молитву. В голове было только одно.

– Я успел, я выполнил миссию, теперь можно и умереть. Через четыре часа неверные получат привет от повелителя Али.

Внезапно он вздрогнул и невидящими глазами уставился в пустоту. Он понял что ошибся, и его охватил ужас. На свете не было и не могло быть ничего страшнее этой ошибки. Эти люди, ворвавшись сюда сбили его с правильной мысли. Он даже не мог вспомнить, на сколько обсчитался так сильно стучало в висках.

Скуластое лицо человека с пистолетом приблизилось, и он хотел что-то сказать, но мужчина, узнав соплеменника с отвращением плюнул прямо в эти наглые глаза. Он не мог пережить, что его собрат предатель, работающий на неверных. В ответ мужчина услышал знакомую специфическую ругань. Его ударили в живот и в этот момент он вдруг понял кто эти люди. Это были не агенты "Течения", это были свои. Произошла, какая то ошибка и они приняли его за кого-то другого. Он обрадовался, что успеет исправить ошибку, стоило лишь сказать об этом. Он преодолел боль и выпрямился, протянув высвободившеюся руку к оплеванному. Первый звук вырвался из его рта, когда хлопок выстрела завершил дело. Скуластый сердито пнул ногой застывшее в немой позе тело, и оно упало назад в кабину. Подобрав гильзу он проследовал за уже уходящими коллегами, на ходу вытирая то место, в которое плюнул ненавистный предатель. Информация о его группе поступила внезапно и командиру показалось немного странным, что всё так происходит, однако это было не его ума дело и он постарался выполнить операцию как можно быстрее. Посмотрев на часы скуластый с удовлетворением отметил, что опередил время, данное на ликвидацию начав немного раньше назначенного часа. Но, в конце концов, враг он и на пол часа раньше враг, главное результат. Он сел в машину, и кортеж отправился из аэропорта.