Чтение онлайн

В доме оказалось довольно чисто. Мебель и обстанова не тянули на винтаж, но возраст их ощущался. Ремонт тут делали, наверное, лет тридцать назад... Марьян уже видел такие дома: так живут привыкшие к труду старики - бедно, но пристойно. Крашеный в кирпичный цвет деревянный пол скрипел под его ногами, когда он прошел следом за хозяйкой на кухню.

– Садись, - она уже ставила на огонь чайник из нержавейки.
– Чай, значит, есть... фрутоквый, черный, зеленый, мятный, с корицей, облепиховый... чашку побольше или поменьше?

– Побольше, - ляпнул Марьян, усаживаясь на шаткую лавку кухонного уголка.
– Чай фруктовый, если можно.

Пока хозяйка хозяйничала, он пригляделся к ней внимательнее. Светлые, пшеничные волосы казались спутанными, но это у них просто структура такая. Девушка была одета по-домашнему, в серую пайту несколькии размерами больше нужного и в короткие мятые шорты. Она была невысокой и, кажется, довольно плоской. В ее движениях с трудом усматривалась хоть какая-то женственность. Интересно, напоминает ли она Эксу сестру?.. Издалека, когда Экс давал Марьяну взглянуть на нее через бинокль, она виделась какой-то более... сказочной, что ли. Все эти волосы... светясь в котражюре, они делали из нее принцессу. Вблизи принцесса была какой-то слишком сухой и будто бы выстиранной, блеклой.

Она поставила перед Марьяном чашку из темно-коричневого стекла, наполненную кипятком, быстро окрашивющимся в бордовый. Себе сделала какао. Кухонная лампочка под оранжевым широким плафоном висела низко, и от этого на лице хозяйки залегли тревожные тени, делающие ее старше разом на десять лет.

– Ну, так что у тебя?
– спросила она, садясь напротив Марьяна.

Он заново удивился ее низкому голосу. И призадумался, не торопясь отвечать. А что, если она не просто так его пустила без всяких расспросов? Что, если она его ждала? Не его даже - кого-то, кто мог прийти, но быть при этом незнакомым. Не значит ли это, что скоро появится истинный гость? И что делать тогда? Может, стоит поторопиться?

Хозяйка так и не отвела тяжелого взгляда, и потому ему пришлось говорить.

– Ну...
– протянул Марьян.
– Я... хм. Вот, пришел.

– Это хорошо. Первый шаг ты сделал, - кивнула девушка.

– Чай очень вкусный, - продолжил Марьян, пытаясь улыбаться как можно естественней. Годы тернировок должны были взять своё.

Девушка сложила руки перед собой:

– Ты не увиливай.

– Эм... ну правда же.

Марьян мельком взглянул на ее руки: обгрызенные ногти с заусенцами, запясться все исцарапаны... Ну да, она же любит котов. Но почему тогда котов нет в самом доме? Загадка.

– Ладно, я не стану тебя торопить, - хозяйка откинулась на спинку стула.
– Тем более, я никуда не спешу.

– Спасибо, - выдохнул Марьян. Отпил еще немного чая и осмелился, наконец, поинтересоваться: - А можно узнать ваше имя?

– Имя?
– светлые брови взлетели вверх.
– Я думала, ты по рекомендации... и хотела сперва узнать твое.

Марьян напрягся: по рекомендации? Она вроде сантехника или парикмахера? Или... Неужели Экс со своими подозрениями прав? Ладно, терять нечего. Врать, наверное, тоже незачем. И он выпалил, как на духу:

– Марьян. Марьян Пурпур.

– Довольно необычное имя, - ответила хозяйка с легкой и немного грустной улыбкой.
– Впрочем, не мне говорить. Зови меня Лим. И можно на "ты". Так откуда ты узнал адрес?

Марьян заерзал на кожаном диванчике, на всякий случай снова вцепился в чашку и опять изобразил глубокую заинтересованность вкусовыми качествами чая. Но время истекало. Надо было что-то отвечать.

– От друга, а он... от другого друга, - моргнув обоими глазами, почти соврал Марьян.

– А, сарафанное радио, - Лим понятливо кивнула.
– Похоже, только оно и работает.

– Да, я почти всегда нужных специалистов только так и нахожу, - согласился Марьян.
– Репутация - страшная штука.

– И что обо мне говорят?

– Хм, - Марьян запнулся.
– Ну... очевидно, хорошее только, иначе б зачем я сюда пришел?

– Ясненько...

Взгляд ее в следующий миг стал отчего-то жестче.

– Репутация, говоришь...
– протянула она, проворачивая по часовой стрелке кружку с какао перед собой.
– Смотри. Я все понимаю. Если ты... если ты просто так пришел, просто посмотреть что да как - это одно. Это... ладно. Ты вроде приятный парень, хочешь, в картишки перекинемся? На раздевание, - ее голос был лишен какого-либо намека на интонацию.
– Это я так шучу, если что.

Марьян чуть не поперхнулся чаем. Отфыркавшись, произнес:

– Серьезно, Лим. Я... слишком для такого трезв.

– Давай тогда на желание.

– Для этого - нем более.

– Хорошо, - она откинулась на спинку стула.
– Но вообще-то я серьезно. Мне тут довольно скучно последнее время. Если мы не будем о главном, то почему бы... ну, просто не... все вот это. Я все равно собиралась весь вечер смотреть кино и есть заказную еду.

Майрьян чувствовал дивно противоречивые вещи в этот момент. Одна часть его сознания пылала негодовнием: вечером? Смотреть кино? И ничего полезного не делать? Да неужели она не хочет жить лучше? С другой стороны, он совсем ничего не знает о жизненных обстоятельствах этой Лим. С третьей - иногда побездельничать тоже можно. А с четвертой...

Противно задребезжал звонок.

Лим повернула голову в сторону двери.

– Кого это снова принесло, - проворчала она, вставая.

Марьян тоже поднялся, подозревая, что это не иначе как добежавший до дома Экс.

– Да ты сиди, сиди, я сама открою, - помахала на него Лим.

– А вдруг там какой злодей, - Марьян все-таки поднялся и пошел за ней.
– Мало ли кто в такое время...

Лим снова закуталась в плед и вышла во двор. Марьян кое-как влез в осенние кроссовки и выбрался следом, на ходу засовывая незавязанные шнурки за язычки. К воротам он приблизился уже тогда, когда Лим открыла дверь, как и ему до этого, не спрашивая, кто там, и не глядя в глазок.

За дверью никого не оказалось. Прибрежный ветер свистел в металлических щитах, приспособленных вместо забора, монотонно раскачивал тусклый фонарь на столбе.

– Наверное, дети балуются, - Лим, выглянув за ворота, прикрыла дверь.

Марьян подозревал, что не дети.

Он поймал себя на мысли, что возвращаться внутрь дома не хочется. Точнее, не хочется долго оставаться наедине с этой Лим - странной девушкой, живущей в доме на обрыве, о которой узнают через сарафанное радио. Пожалуй, для одного вечера он и так достаточно узнал о ней. С другой стороны, достаточно для чего? Для того, чтобы услышавший все это Экс принялся следить за ней с удвоенной силой? Да, все эти недомолвки только подстегнут паранойю Экса. Разве такой была идея? Нет, идея была другой. В самом начале он просто хотел Экса позлить. И - возможно, если получится!
– познакомиться с этой девушкой и, в последствии, возможно, познакомить самого Экса... Чтобы одержимость того прошла. Марьян знал: одержимости питаются недосказанностью, ограниченностью информации. Как только все станет понятным...

– Пойдём, чего стоишь, - окликнула его Лим.
– Голодный?

Вот сейчас бы извиниться и раскланяться. Да осенний морозец уже кусает запястья - куртка-то осталась в прихожей...

Марьян, смолчав, ещё раз глянул поверх ворот, а потом вернулся в дом следом за Лим.

В этот второй визит он заметил то, чего не заметил сразу: вот стремянка, подставленная под закрытый люк в потолке. На старой тумбочке рядом кроме прочего лежит моток грубой толстой верёвки.

Мысли сразу же хлынули в сторону предположений, где каждое следующее было хуже предыдущего. Она решила самоубиться? Она держит кого-то связанным на чердаке? Может, такого же названного гостя? Мелкая девчонка-маньяк? А девчонка ли она? Груди-то не видать, голос низкий, запаха не различить - все забивают специи и сырость.