Чтение онлайн

Он знает конкретно, чего хочет, поэтому обмануть его сложно. Я лично не пыталась, но есть маленькие «охотницы», которые обычно спотыкаются вот на таких людях, не подверженных легкомыслию. Такого мужчину не проведёшь, он точно знает, кто лукавит и строит из себя не себя, чтобы угодить.

Что же выпало мне, лучше промолчать. Скорее, я решила смириться с тем, какой человек рядом со мной. Он не делал ошибок, но я точно знаю, что волевые и властные мужчины решают вопросы круто не только с женщинами, но и с мужчинами.

Я опасалась за Камышева. Да! Надо до такого дожить, даже грустно. В целом, Рома может идти лесом. А вот мои голубые тарелки, которые рано или поздно будут заменены на белые, пострадают точно. И хотя Володя слова мне не сказал, я знаю, он ненавидит голубую посуду.

Что я зря на психолога училась?

Володя действительно мой первый друг-мужчина. Павлика не считаем, психиатр другом быть не может.

Нам с Вовой очень быстро надоели разного толка игры. Секс, естественно, стал пропадать из каждодневного рациона ночных десертов. Но когда появлялся, это не было ритуалом, а как зажигание звёзд на небе.

Нас никуда в толпу не несёт, мы лучше дома посидим, чем пойдём смотреть салют на день рождение посёлка. Поход в гости заменим пешей прогулкой. Шахматы, совместная готовка и часовые воспоминания о детстве.

У нас обоюдное желание держать тела в узде, мы занимаемся спортом, каждый своим. И тут нужно отметить, что в меньшей степени нас интересует внешность. Ни я, ни Вова не помешаны на красоте и молодости. Сбросив свои лишние килограммы, а для Владимира это десятки килограммов, мы заботимся о здоровье в первую очередь. Особенно сейчас, когда выпал ещё шанс пожить в паре с глубоким чувством.

Мы почти в одно время родились: есть что вспомнить и послушать музыку нашей молодости. Прожили много времени в совершенно разной обстановке. И Хренсгоров — ещё один шанс узнать что-то новое, далёкое от моей деятельности.

Я не искала мужчину, он меня сам нашёл и сам взял. Для женщины моего возраста это очень приятно, и я умею получать удовольствие, расслабляясь.

Мы умеем стильно выглядеть на свой возраст. Вот я веду машину, на мне красивый брючный костюм, укладка, очки. Володя тоже в очках, на нём брюки, жилет и белая рубашка. Рукава спущены, чтобы не были видны наколки, ведь он едет к папе с мамой. И волнуется, как будто ему двадцать. Даже я так не волнуюсь. Потому что точно знаю: я для родителей Володи в любом случае лучше их сынка-охламона. У Володи борода седая, а не получится перед папой понтануться.

У меня приподнятое настроение. Я еду за рулём, поэтому пить не буду никакие чудодейственные настойки на чистом спирте, что готовит моя будущая свекровь Настасья Николаевна. А Володя мать уважит. Я мысленно потираю ладошки: хочу увидеть поддатого Володьку, тут-то я его и сцапаю! Что ещё не раскрыто, раскроется мгновенно.

— Ох, что-то я волнуюсь, — потирает колени ладонями Владимир, когда я въезжаю на территорию старинного дома в историческом центре города.

Здесь, наверняка, квартиры, какая была у моей бабушки. Там две комнаты почти девяносто квадратных метров, здесь пять комнат! Страшно представить, как народ живёт.

— Я тоже. Поддержи меня, — я потянулась за поцелуем. И Володя от волнения засосал меня, заколов бородищей. Поцелуй был долгим, сладким и томящим. Я с трудом оторвалась. — Мы ведь ненадолго?

В глаза ему заглянула и вздохнула томно.

— Нет, надолго, — состряпал замученную физиономию Володя. — Сейчас зайдём, поймёшь почему.

Мы вышли из машины. Приехали на чаепитие к четырём часам. С собой ничего не взяли, потому что родители запретили. Но я узнала, что Настасья Николаевна любит домашние цветы. Прикупила Суккулент Литопс. Микс, куча молоты в одной коробке. Очень надеялась, что понравится.

Мы позвонили в монументальные двери, и я узнала, почему мы надолго.

Лёгкий шок от того, что кроме папы и мамы в квартире были тёти и дяди с женами и мужьями. Два старших брата Володи с супругами и всего один подросток. Мальчик четырнадцати лет проштрафился, был лишён гаджетов и отправлен на чаепитие к дедушке с бабушкой.

Нас обступила толпа седовласых жизнерадостных стариков, и я сразу не разобралась, кто из них кто.

Амос Евгеньевич — худощавый дедушка с глазами, как у моего Володи, его супруга — зеленоглазая полная старушка. На остальных меня не хватило, потому что шумная толпа всё время шутила. В основном, над Володей.

Его, как ребёнка, обнимали и трепали волосы, скидывали очки и нажимали на нос. Многочисленные родственницы украсили его щёки яркими помадами. Меня же закололи седые бороды, и от разнообразия мужского парфюма повело голову.

Мы с Володей сбились в кучу, переплели наши пальцы и улыбались, толком не понимая, что происходит.

Нас вели к столу. Большому такому, на всю гостиную, где расположилась взрослая часть семейства.

— Свадьба должна быть с размахом, — командовала самая боевая из тёток. — Может, в последний раз так соберёмся!

— Мы скромно, — очень скромно отвечал ухмыляющийся Володя, отодвинул стопку от моей тарелки. — Ярочка не пьёт, она за рулём.

— Какая хорошая у нас девочка, — пустила слезу моя будущая свекровь. — С цветами пришла. Наконец-то повезло моему Волечке.

— Повезло! — поддержали братья Володи.

Похожи! Все друг на друга похожи. Почти все кареглазые. Очень счастливые. Не было ни одного вредного типа, нездорового лица. Только подросток унылый, который был лишён телефона, втихаря строил из вилок баррикаду.

А что я знаю о счастье? Оно заразно! Невольно в такой компании становишься капельку счастливее.

Я стеснялась, не могла убрать улыбку с лица. Под столом гладила руку Володи и смотрела на Хренсгоровых.

Не ожидала, что так нас примут.

Конечно, со своими родителями Володю я знакомить не буду. И не поеду. Мать не звонит сама, я и не собираюсь напрашиваться. Так бывает, не стоит искать то, что уходит от тебя. Нужна человеку только любовь, а мои родители, кроме пустоты, ничего не могут дать. У меня своя жизнь, у них своя.

Чаёк медленно перетёк в настоящее гулянье с вином. Володю спаивали наглым образом, но мы договорились, что он за нашу пару отдувается один. Ко мне же, как к психологу, подсели жёны деверей. Я раньше не интересовалась, кто мы друг другу, придётся изучить, семья меня приняла и засосала почти мгновенно.

От мужчин женская половина отделилась и пошла на кухню.

Кухня просто гигантская. Там я внимательно выслушала двух женщин, сказала что-то поверхностное и дала свой адрес. Попросила записаться на консультацию, чтобы не сбивать мой график и чтобы у меня гарантированно было место.