Чтение онлайн

Не люблю я эти дела бесплатные, но почему-то очень захотелось что-то стоить для этих людей.

Женщины в этой семье все были не в форме. Располневшие.

Не всегда лишний вес женщины — признак того, что она замучена рутиной или находится в постоянном стрессе, что собственно одно и то же. Бывают случаи, когда женщину так любит мужчина, что ей, собственно, и незачем худеть, стройнеть и красиветь.

И этот вариант, скорей всего, подходил Хренгоровым. Мужчины этой семьи один краше другого. Любящие мужья, заботливые отцы.

— Яра, а вы любовники?

Девочки уже накатили беленькой, их понесло.

— Ира!

— А что такого? Мы же взрослые люди.

— Вот потому что взрослые, они любовники, — смеялась полная взрослая дама, разливая втихаря водку.

— Яра, а ты была замужем?

— Да, — натянуто улыбнулась, соображая, как к Володе сбежать.

— И твой бывший знает, что ты теперь у Вовки? — полюбопытствовали они и замерли в ожидания ответа.

— Да.

— Ты только скажи бывшему, чтобы близко к тебе не подходил, — у Иры были круглые страшные глаза при этих словах. — Вова у нас… Так сказать.

— Бандит бывший, — закончила другая. — Бизнес, бабы, все дела.

Вот вам и добрая семья.

Ну что я могу сказать по поводу Вовы. Понятно, с кем связалась, мужчина крут и жёсток. Про бандитизм мне совершенно не понравилось, можно сказать, я даже расстроилась.

— Да мы его сами побаиваемся с его характером.

— Лишний раз слово боимся сказать, вспыльчивый.

— Да нет, девочки! Что вы нашу невестку пугаете! Нормальный он. После смерти дочери совсем изменился.

— Действительно, кто прошлое помянет, тому глаз вон!

— Предупреждён, значит вооружён! Яра, Вовка — собственник, не давай повода, он может повести себя неадекватно.

— Но влюблённый.

Они дружно рассмеялись.

— Ой, глаз не сводит! Влюбился.

— Вообще, такое бывает? Ему же сорок семь лет.

— Любви все возрасты покорны.

Вовка нарисовался на кухне. Женщины, хихикая, отошли от стола.

— Соскучился, Владимир Амосович?

— Мы не съели!

Радость мой подвыпивший, зыркнул злыми глазищами на женщин и прошёл к столу.

— Пригласите вас позволить сдэнсить, — сказал он, протягивая ко мне руку, и тут же из гостиной послышались звуки музыки.

— Позволяю себя сдэнсить, — улыбнулась я.

Он быстро поймал меня за руку и пришпилил рывком к себе. Со смехом мы вернулись в зал.

Играло что-то даже не из моего детства, а из юности моих родителей. «Deep-purple» композиция «Soldier-of-fortune». Да и вся музыка была такой, что покачиваться в танце с улыбающимся Володей было одно удовольствие. Ловить его восхищённый взгляд и льнуть к нему всем телом.

Я сняла пиджак, он свою безрукавку. И ушли мы в свой маленький мирок, танцуя и тихо перешёптываясь.

— Требуют свадьбы, — зашептал Володя мне в ухо и поцеловал мочку. — Я хочу тебя, женщина. Сейчас гости начнут рассасываться, утащу в дальнюю комнату. Там я жил до восемнадцати.

— Поехали домой, — предложила я.

— Не-е, радость моя. Дома завтра, сегодня на всю ночь моя. Родителей предупредил.

— Меня забыл предупредить, — недовольно шикнула я. — У меня завтра в двенадцать консультации.

— Обожаю, когда ты злишься, — щурил хитрый взгляд Володя и улыбался белоснежной улыбкой.

— Хватит командовать. Есть вещи, которые мне необходимо делать.

— Ещё, ещё, радость моя. Злись, я тебя, плохую девочку, выпорю.

— Извращенец, — стукнула по крепкому плечу кулаком. — Что ещё любишь во мне? — подкатила я и, чтобы точно не увильнул, чуть поёрзала об него бёдрами.

— Когда ты кричишь и требуешь ещё. Когда ты такая умная сидишь за компом и всем тёткам мозги вправляешь. Обожаю, когда ты заглатываешь по яйца и смотришь на меня своими невероятными глазищами. Очень люблю, когда тебя пробивает дрожь от моих поцелуев.

— Мы надолго с тобой? — я пьянела от него, я погибала в его горячих сильных объятиях. И эта дружелюбная атмосфера вокруг расслабляла.

— Пока смерть не разлучит нас, — заявил пьяный Володя, но очень трезвым голосом.

— Володя, а ты почему мне не рассказал, что бандит?

— Я? Да ни в жизнь, — коварно так улыбался он. — Успокойся, бизнес легальный, я тренер в школе. И влюбился в глазастого психолога. Ярочка, ты от меня не вздумай уходить. И больше не надевай коротких платьев. Поняла?

Так признавался мне в любви, как кнутом стегал.

И поняла я, что бежать слишком поздно.

— Всю жизнь меня терпеть будешь? — спросила я.

— Разве это терпеть? Ты ангел во плоти.

— Хренсгоров, прекрати, — я оторвала его жадный рот, который присосался через блузку к моей груди.

Мы танцевали, даже когда стол убирали. Но потом не уединились. Володя прощался с братьями, а Настасья Николаевна приготовила десяток фотоальбомов.

— Яра! Спасибо, что приютила нашего кота! — кричали мне на прощанье браться Володи. — А то все больше дичал и царапался!

Я смеялась. Это было великолепное чаепитие.

А потом не могла взять себя в руки, когда смотрела на зайчика у ёлки. Смеялась от черно-белых и цветных нечётких фото, где мой курчавый Володька в чём мать родила на пляже.

В этот момент грудь наливалась, внутри всё женское нутро переворачивалось, хотелось стать матерью как никогда. И улыбка почти сквозь слёзы. Ещё и певец из музыкального центра что-то жалобно стенал на английском.

Боже! Я хочу семью.

Я хочу ребёнка подарить этому мужчине!

Вот такого с завитками на головушке, смешного кареглазого и чтобы щёчки розовые.

Душ я приняла первой. Ждала Володю в пушистом белом халате, который выдала мне будущая свекровь.

Кровать полуторка терялась в масштабной спальне. И казался невысоким двухметровый старинный шкаф. А на стенах у письменного стола советского образца висели плакаты азиатских бойцов и грудастых девушек на мотоциклах по моде 80-х годов, все похожие на пуделей.

Были фотографии со школы и училища. Только семейных не было. Первая жена канула в Лету. Володя свою Юлю не очень любил, был с ней, как положено, по приказу отца. Зато мотоциклы всех мастей обожал. Ими были облеплены все стены. И молоденький Володя на фото. Улыбчивый и действительно с излишним весом.