Крест
Шрифт:
Она была та ещё штучка.
— Ты узнаешь о Кинге для меня?
— Я не собираюсь тратить время на бессмысленную погоню за гусями.
Затем я сказал:
— Я пойду на похороны Марии Уиллис.
Ридж ужаснулась.
— Боже, насколько же ты извращён? Зачем тебе туда?
— Назовём это чутьём.
Она выглядела так, будто могла назвать это как угодно, но чутьём — нет. Она вылетела мимо меня, вон из квартиры.
Я подождал, пока она не оказалась в коридоре и не направилась к лестнице, затем сказал:
— Ты не права.
Она даже не обернулась:
— Насчёт чего?
— Насчёт гусей. Это погоня за собаками. Следи за терминами.
И я хлопнул дверью.
По-детски?
Но очень удовлетворительно.
В те дни, когда я работал с тинкерами, я встретил английского полицейского по имени Киган. Я знаю безумие, сам был безумным, но он был настолько далеко, что для него нужно было бы изобретать совершенно новый порядок безумия. Он оказал мне большую помощь, а затем, проигнорировав его совет, я совершил трагическую ошибку. Но мы были друзьями, и я позвонил ему.
Потребовалось время, чтобы до него дозвониться, и его вступительная фраза была:
— Тейлор, ты безумный ублюдок.
Всё та же старая приветственная перепалка.
Мы прошлись по обязательным вопросам о здоровье и всё такое, затем он перешёл к делу:
— Так чего ты хочешь?
Без лишних слов. Я даже не стал притворяться, что обижен, будто он думает, что я звоню только за помощью, и изложил ему детали распятия и попросил проверить семью Норы Митчелл, всё, что он сможет мне достать.
Он помолчал, затем:
— Тебе нужны фотографии, судимости, если есть, и всё такое?
— Именно.
— У тебя есть факс?
Я подготовился к этому, договорился с местной типографией о получении и дал ему номер.
— Что мне за это будет, парень?
— Моя глубокая благодарность?
— Хуй там, пришли мне ящик Джеймсона.
Его прощальные слова были:
— Теперь ты их распинаешь?
Что я мог сделать, кроме как согласиться. Он отключился с:
— Вы, католики, когда находите занятие, которое работает, вы держитесь за него.
Удержавшись от того, чтобы сказать у нас это приколочено, я пожелал ему удачи. Он сказал:
— Носи Sig Sauer, удача не поможет.
Я расхаживал по своей маленькой комнате, всевозможные возможности были в игре. Мне хотелось сварить кофе, но я был слишком занят, чтобы найти время даже вскипятить чайник.
Ридж позвонила и сказала, что мистер Кинг — уважаемый бизнесмен, экспортирующий консервированные деликатесы. У него никогда не было проблем, и он во всех смыслах был почтенным гражданином.
— Он любит собак? — спросил я.
Она замолчала.
— Что за глупый вопрос?
— Именно это я и намерен выяснить.
Я повесил трубку на её возражения.
Телефон измотал меня. Когда твой слух барахлит, это настоящее напряжение, и я чувствовал себя вымотанным. Посмотрел в календарь, и, чего бы вы не знали, сегодня был день, когда мне должны были подобрать слуховой аппарат.
Я, возможно, не мог видеть полную картину, но я точно скоро смогу слышать механизмы, стоящие за ней.
Я сказал себе, что у меня почти получилась дзен-цитата.
17
«В момент приверженности вселенная сговаривается, чтобы помочь тебе». Гёте
Девушка планировала пойти на похороны той девушки, которую сожгла.
Отец предостерегал её, говоря:
— За этим теперь будут следить в оба. Не может пройти много времени, прежде чем они во всём разберутся.
Девушка задавалась вопросом, не теряет ли он решимость. Он начинал выглядеть старым и постоянно жаловался на боли в груди. Какого хрена он ожидал? Они убивали людей, разве он ожидал, что это будет его воодушевлять? А её брат был неудачником, ныл так, будто родился с этим. Делал то, что у него получалось лучше всего — как и большинство мужчин, хандрил.
— Мы хотели заставить их страдать, — сказала она. — Какой, блядь, смысл, если мы не видим этого?
Господи, что с ними было не так?
Брат сказал:
— Думаю, нам следует быть потише.
Девушка вмешалась холодным и размеренным тоном:
— Рори, помнишь его? — Она замолчала, убедившись, что завладела их полным вниманием, затем сказала: — Тот, кто переехал маму, как животное, кто сбежал с места происшествия, оставил её умирать в агонии на обочине дороги. Мы собираемся позволить ему уйти от ответственности?
Они были должным образом пристыжены.
Затем её брат сказал:
— Он не вернётся, он был бы безумцем.
— Вся его семья уничтожена. Даже такая свинья, как он, будет вынуждена показаться.
Мне подобрали слуховой аппарат. Он был меньше, чем я ожидал, менее навязчивый, но всё равно заставлял меня чувствовать себя странно.
— Он заметен? — спросил я специалиста.
Он улыбнулся.
— Зависит от того, что ты ищешь.
Философ в придачу.
Я огрызнулся:
— Я не хочу выглядеть… ну, знаете, немощным.
Он рассмеялся.
— Я не думаю, что вы можете винить в этом слуховой аппарат.
Ирландия — все чувствуют себя вправе говорить свободно, просто выкладывать всё как есть. Ублюдки никогда не лгут в самые важные моменты. Приберегают это для того, когда тебе действительно понадобится правда.
Я уставился на него. У него была роскошная шевелюра, поэтому я спросил:
— Это накладка?
Он ужаснулся, попытался:
— Я не уверен, что вы имеете в виду.
— Конечно, уверены. Накладка… рифмуется с париком.
Он коснулся своих волос.
— Это мои собственные волосы.
Выходя, я сказал:
— Большинство людей вам поверят.
Когда я увидел счёт, я очень пожалел о своей легкомысленности.
Бинты с моих рук сняли, но на костяшках всё ещё виднелись рубцы, синяки, и они болели, но это было знакомое чувство. Ридж дала мне немного больше информации о Кинге, парне со складом, и я надел свой лучший костюм из благотворительного магазина, добавил белую рубашку и тёмный галстук — и я был готов идти.