Чтение онлайн

Заключив договор, Амори в конном паланкине возвратился в Иерусалим. Лечившим его греческим и сирийским врачам король дал указание пустить ему кровь и дать слабительное. Врачи отказались это делать ввиду слабости короля. Собственный врач короля — франк, не колеблясь, выполнил королевское указание, и через два дня, 11 июля 1174 г., Амори умер в возрасте 38 лет.

Это был энергичный и предприимчивый король. Он наделал ошибок, поспешив начать египетский поход 1168 г. и промедлив в походе 1169 г., он предпочитал войне получение денежных даров, что в конце концов нанесло ущерб его государству. Однако он был последним королем Иерусалима, правившим сильной рукой, и если бы он правил дольше, возможно, не случилось бы катастрофы 1187 г.

Смерть Амори спасла Египет от совместного вторжения франков и сицилийцев. Распри франкских баронов после смерти короля Амори не позволили им организовать поход на Египет. Высланный королем Вильгельмом II Сицилийским под командой его двоюродного брата графа Танкреда де Лечче флот из 284 кораблей с войсками и припасами 25 июля 1174 г. появился перед Александрией. Заранее извещенный о прибытии флота шпионами из королевства, Салах ад-Дин значительно укрепил гарнизон. Не сумев застать город врасплох, не найдя под Александрией франкской армии и узнав к тому же, что к городу приблизился Салах ад-Дин с армией, сицилийцы после нескольких дней ожесточенных боев вынуждены были вернуться на корабли, и 1 августа сицилийский флот отправился домой.

В письме к несовершеннолетнему сыну Амори Бодуэну IV, поздравляя его со вступлением на престол, Салах ад-Дин среди прочего пишет, что он «должен знать, чем являемся мы для него, чем мы были для его отца: чистая дружба, полная доверенность и расположение, сплетение которых крепко как в жизни, так и в смерти». Однако в письме к племяннику Фарукшаху, написанном аль-Кади аль-Фадилом, сообщая о смерти Амори, Салах ад-Дин призывает на умершего вечное проклятие. Подобное лицемерие, конечно, не к лицу Благочестию Веры, но вполне объяснимо: с одной стороны, нужно было попытаться сохранить франков как возможных союзников против Зенгидов, с другой — приходилось постоянно опасаться их вторжения в Египет. Можно сказать, что политика Салах ад-Дина в 1173–1174 гг. ничем не отличалась от политики визиря Шавара. Смерть Амори позволила Салах ад-Дину обратиться к сирийским делам.

В страхе перед нападением Салах ад-Дина Ибн аль-Мукаддам, регент и наместник Дамаска, обратился за помощью к франкам и к Саиф ад-Дину Мосульскому. И те и другой на призыв не откликнулись, и сын Hyp ад-Дина ас-Салих Исмаил вместе с матерью бежал из Дамаска в Алеппо под защиту наместника-евнуха Гюмюштекина.

Оставив своего брата аль-Адила наместником в Каире, Салах ад-Дин с семью сотнями конницы двинулся через Трансиорданию на Дамаск. Франки не пытались задержать его, и по дороге к нему присоединилось много эмиров. Население Дамаска открыло ему ворота, и 26 ноября он вступил в город. Ночь он провел в старом доме своего отца, на следующее утро Ибн аль-Мукаддам сдал ему цитадель. Салах ад-Дин немедленно отменил противоречившие исламскому праву налоги, введенные после смерти Hyp ад-Дина, раздал дамаскинцам щедрые подарки из городской казны и, получив подкрепление из Египта, двинулся на Алеппо, оставив наместником Дамаска от имени ас-Салиха своего брата Тогтекина.

Через четыре дня после смерти Амори патриарх короновал его 13-летнего прокаженного сына Бодуэна IV. Помимо сына, король Амори от первого брака оставил после себя 14-летнюю дочь Сибиллу и от второго брака — двухлетнюю дочь Изабеллу. Регент назначен не был. Делами королевства управлял любимец покойного короля сенешаль Мило де Планси, женатый на владелице большого королевского лена Трансиордании Стефании де Милли. Недавно прибывший в Палестину из южной Италии Мило был нелюбим местными дворянами. Ближайший мужской родственник короля Раймунд III Триполийский, женившийся в 1174 г. на Эшиве, княгине Галилеи, вдове Готье Фалькенберга, и ставший, таким образом, самым большим ленником короля Иерусалимского, потребовал регентства. (Раймунд III был внуком короля Бодуэна II, а следующий ближайший мужской родственник короля Боэмунд III Антиохийский был правнуком этого же короля.) Его поддержали местные бароны: старый коннетабль Онфруа II де Торон, Рено Гарнье Сидонский и семья Ибеленов, а также Гийом Тирский, ставший в 1174 г. канцлером королевства, а в 1175 г. — архиепископом Тира. В ноябре 1174 г. Раймунд III стал регентом до совершеннолетия Бодуэна IV, а тяжело воспринявший свое падение Мило де Планси в конце года был убит ночью на улице Акры. Молва приписала это убийство Раймунду III Триполийскому. Как мы помним, ранее злые языки обвиняли его отца, видимо, также безосновательно, в отравлении графа Альфонса Жордана Тулузского.

Тридцатичетырехлетний граф Раймунд III был человеком высокого роста, худощавым, смуглым и черноволосым, он был хорошо образован, в плену основательно выучил арабский язык и изучил образ жизни и историю мусульман. Человек сдержанный и холодный, он всеми силами старался сохранить франкские государства, проводил политику обороны и мирных соглашений с мусульманами.

Он возглавил при дворе партию баронов «старых семей», или «пуленов (жеребят)» — так их насмешливо называли европейцы, к которой примкнули госпитальеры. Другая партия состояла из вновь и недавно прибывших, стремившихся увеличить свои владения. Эту партию возглавили выпущенные из алеппской тюрьмы Жослен III де Куртне, титулярный граф Эдессы, и Рено де Шатийон, к ней примкнули тамплиеры. Эта партия была настроена агрессивно и не желала мира с мусульманами.

Первой задачей регента Раймунда было помешать Салах ад-Дину захватить Алеппо. Выдвинувшийся из Дамаска Салах ад-Дин 9 декабря 1174 г. захватил Хомс, однако городская цитадель устояла. Затем, оставив войска осаждать цитадель Хомса, Салах ад-Дин захватил Хаму, двинулся на Алеппо и 30 декабря начал его осаду. Юный ас-Салих обратился к горожанам с просьбой защитить его от узурпатора, желающего захватить его наследие. Гюмюштекин обратился за помощью к франкам и к ассасинам. Несколько ассасинов были обнаружены в шатре Салах ад-Дина и после отчаянного сопротивления перебиты. Раймунд с армией двинулся к Хомсу и вместе с гарнизоном цитадели 1 февраля освободил нижний город. Салах ад-дин снял осаду с Алеппо и пошел к Хомсу, Раймунд отступил, и городская цитадель Хомса пала после трехмесячной осады.

Однако Алеппо остался независимым, и Гюмюштекин в знак благодарности франкам освободил из плена всех христианских пленных, в том числе Рено де Шатийона и Жослена III де Куртне.

Встревоженный успехами Салах ад-Дина Саиф ад-Дин Мосульский, племянник Hyp ад-Дина, послал своего брата Изз ад-Дина с армией на помощь Гюмюштекину. Объединенная армия Алеппо и Мосула выступила против Салах ад-Дина, и он предложил закончить дело миром и возвратить Хаму и Хомс Гюмюштекину. Предложение было отклонено. 13 апреля 1175 г. армия Салах ад-Дина напала врасплох на алеппско-мосульскую армию в горах севернее Хамы и разгромила ее. Чувствуя себя, однако, недостаточно сильным, Салах ад-Дин не стал развивать успех и заключил перемирие.

Теперь Салах ад-Дин сбросил маску подчиненности ас-Салиху: он сделал все, чтобы верно служить сыну Hyp ад-Дина, но тот отверг его услуги и предпочел других советников. Алеппо остался под властью ас-Салиха, но тот должен был дать обязательство не вступать больше в союз с франками и вместе с Салах ад-Дином бороться против них. Теперь в Каире и Дамаске в пятничных молитвах начали произносить имя не ас-Салиха, а Салах ад-Дина, и на египетских монетах чеканить имя последнего. Багдадский халиф аль-Мустади подтвердил его верховную власть над Египтом и Сирией, за исключением Алеппо, прислал ему в Хаму почетное одеяние и признал султаном. Халиф призвал Салах ад-Дина защищать Египет от европейских франков и отвоевать Иерусалим, однако отказал ему в просьбе передать ему во владение все государство Hyp ад-Дина.

После освобождения из плена Рено де Шатийон возглавил партию вновь прибывших, получившую в исторической литературе на более позднем этапе название «партии придворных». Он не мог возвратиться в Антиохию, где правил Боэмунд III, однако ловко женился через несколько месяцев после освобождения на Стефании, вдове Мило де Планси, владелице Трансиордании, считавшей Раймунда III Триполийского убийцей мужа. Рено удалось добиться у короля выделения ему из королевских владений в лен города Сент-Авраам, это, во-первых, нарушило существовавшее правило, по которому сеньор Трансиордании не мог владеть никакими другими ленами, а во-вторых, оскорбило Онфруа II де Торона, который был 18 лет кастеляном (королевским управляющим) Сент-Авраама и поэтому именно ему должен был отойти город, если бы стал леном.

Жены короля Амори, Агнеса де Куртне и Мария Комнина, терпеть не могли друг друга. Брак Агнесы с Амори был признан недействительным. Ее второй муж Гюг д'Ибелен умер, и она в 1171 г. в четвертый раз вышла замуж, за Рено Гарнье Сидонского, но тот быстро ее возненавидел и добился аннулирования брака по причине близкого родства. Она, конечно, примкнула к «партии придворных», куда входил ее брат Жослен. Хронист говорит о ней: «Она была жадна к деньгам и чересчур любила власть», прославилась она также своим любвеобилием. Она была отстранена от воспитания детей, Бодуэна IV воспитывал Гийом Тирский, а Сибиллу — ее двоюродная бабушка, принцесса-аббатиса Ивета. Влияние Агнесы на больного короля и дочь-принцессу усилилось, когда в 1177 г. вдова короля Амори Мария Комнина вышла замуж за Балиана, младшего из братьев Ибеленов, и потеряла титул королевы. Мария принесла Балиану свой вдовий надел — Наблус. Вместе с мужем она вошла в партию «старых семей».