Чтение онлайн

С одной стороны, точка зрения «плюралистов» достаточно уязвима: ведь ее сторонники разделяют узкое куриальное представление о крестовом походе, они отождествляют его с папской политикой, которую на самом деле по-разному воспринимали в разных регионах и в разное время. С другой стороны, такой взгляд имеет право на существование: ведь нельзя не учитывать, что участники экспедиций, направленных не на мусульманский Восток, но в другие регионы, могли отождествлять эти походы со священными войнами и, осенившись крестом, считать себя такими же крестоносцами, как и те, кто отправился в Святую Землю 1095 г. И мы не можем отказать им в праве называться crucesignati только потому, что их цели не совпадали с целями первых крестоносцев.

В рамки теории «плюралистов» и «традиционалистов» невозможно вписать ряд спонтанных движений, датируемых XIII в. и раньше, которым был присущ целый ряд специфических черт. Речь идет о т. н. народных крестовых походах, где папа не руководил участниками и не раздавал индульгенции, но где в полной мере проявились некоторые присущие крестоносному движению психологические черты. И об этих экспедициях стоит упомянуть, заключая этот раздел. Как мы видели, уже в Первом крестовом походе «бедняки» с особым религиозным воодушевлением откликнулись на призыв папы — они не так сильно зависели от земных вещей и, похоже, вплоть до XIV в. сохраняли тот изначальный идеал крестоносного движения, от которого, как мы видели, постепенно отошли «сильные мира сего». По мере того как превращение крестового похода в институт вытесняло бедноту из рядов крестоносцев, формировался некий новый ее идеал, практикуемый отрядами, состоявшими из безоружных паломников, называвших себя «избранниками Бога». Для таких крестоносцев чудеса и знамения божьи значили больше, чем официальные проповеди священников. Веру этих мирян поддерживали самые разные пророчества, будь то миф об «императоре последних дней» или легенда о «пресвитере Иоанне». Возможно, их верования также оказывали существенное влияние на большую часть крестоносной армии — ведь они не противоречили тем идеалам бедности и чистоты, о которых говорили в своих проповедях прелаты.

Но еще после поражения крестового похода 1147–1149 гг. в народе возникают представления о том, что причиной неудач крестоносного движения являются грехи сильных мира сего: они предаются сладострастию и чревоугодию, склонны к гордыне, все время ссорятся и пр. Мы уже успели убедиться в том, что чем больше проповедники прославляют бедность, тем большую роль в организации военно-религиозных экспедиций играют деньги, особенно в XIII в. И постепенно крестовый поход бедняков, исповедующих идеалы чистоты и бедности, отделяется от официального. Возникает типичное для этого времени представление: если богатые и гордые представители власти потерпели поражение в крестовом походе, то освободить Святую Землю смогут смиренные бедняки и, быть может, даже самые слабые и отверженные от мира — дети.

И вот в начале 1212 г. тысячи простолюдинов (среди которых действительно могли быть дети и подростки) из Германии и Франции собрались в войско для завоевания Гроба Господня в Иерусалиме. Поход был поддержан орденом францисканцев. Участники экспедиции искренне верили в то, что море расступится перед ними и они перейдут через него подобно тому, как ветхозаветные евреи преодолели Чермное море. Немецкие крестоносцы, претерпев серьезные лишения, с огромными трудностями пересекли Альпы по пути в Италию, а затем их войско рассеялось. Французские участники экспедиции отправились в Марсель с целью переправиться через Средиземное море на кораблях и, согласно средневековым преданиям, стали жертвами судовладельцев, продавших их в рабство сарацинам.

В середине XIII в. началась следующая волна народных движений — т. н. крестовый поход пастушков, нередко сопровождавшиеся явлениями Иисуса, Девы Марии и святых, которые призывали бедный люд помочь собратьям по вере в Палестине. Так, во время пленения Людовика Святого в 1251 г. некие пастушки, называвшие себя «пастырями божьими», под руководством бывшего монаха отправляются в Святую Землю вызволять своего короля из плена. Их продвижение по северной Франции было отмечено беспорядками и еврейскими погромами и закончилось столкновением с властями и массовыми арестами.

Другой «крестовый поход пастушков» относится к несколько более позднему времени. В 1320 г. в том же регионе после очередных неурожаев и голодовок возникает новое движение: французские крестьяне отправляются в Иерусалим воевать с неверными. По пути к ним примыкают все новые и новые «бедняки», желающие искупить грехи мира сего. И хотя их поход позже вылился в грабежи и погромы и расправой с ними королевского войска, изначальное движение вызывало симпатии народа, что свидетельствует о живучести в народной среде тех крестоносных идеалов, от которых большая часть общества к этому времени отвернулась. Примечательно, что «народные крестовые походы» возникают в середине XIII в., когда на исторической сцене появляется францисканский орден, проповедующий апостольскую бедность и любовь к ближнему. Идеи и настроения крестовых походов пастушков в общем достаточно близки францисканским идеалам бедности, представлениям о бедняках как «избранниках Бога» и «народе Бога», и это своеобразное крестоносное движение может быть более понятным в подобном контексте.

Все приведенные здесь примеры из истории крестоносного движения XIII в. свидетельствуют о том, что действительность крестового похода была чрезвычайно разнообразной. Широкое применение института «священной войны», связанного с духовными и материальными привилегиями, изначально относившимися к вооруженному паломничеству в Святую Землю, привело к тому, что в сферу крестоносной деятельности оказались вовлечены очень многие регионы и группы людей. В XIII в. «крестовое дело» (negotium crucis) распространилось на все части Европы, признававшие папскую власть. «Врагами креста» оказались мусульмане, альбигойцы, греки, итальянцы, славяне, прибалты, еретики, мятежники, политические противники пап и пр. За расширением крестоносного движения на самом деле просматриваются важные изменения, происходившие в средневековом обществе в XIII в.: такие, как, например, внешняя экспансия западного христианства, его выход за свои границы (например, колонизация Прибалтики), а также внутреннее развитие структур власти и институтов порядка, благодаря которым и состоялась институциализация крестового похода; борьба папства и императора и пр. Можно полагать, что в действительности крестовые походы в XIII в. поддерживались христианским Западом в той мере, в какой они отвечали запросам общества. В этом контексте часто задаваемый вопрос о том, сколько же было крестовых походов, представляется не столь уж значимым. Крестоносное движение существовало лишь в связи с теми средневековыми социальными и политическими процессами, для которых священные войны были целесообразны. Как мы видели, речь шла о самых разных явлениях — таких, как борьба «священства» и «царства», экономическая экспансия средневековой Европы, рождение «репрессивного общества», Реконкиста и пр. Крестовые походы, о которых здесь говорилось применительно к XIII в., были скорее порождением этих процессов, чем самостоятельным явлением.

После победы ислама над христианством в 1291 г. крестовые походы отнюдь не кончились, как это принято считать, — напротив, наступает новый этап крестоносного движения, который итальянский историк Франко Кардини образно назвал «осенью крестового похода» (Vautunno della crociata). Крестоносная эпопея и не могла так быстро завершиться, — ведь крестовый поход породил множество различных институтов и государственных образований, которые не исчезли с окончательной утратой Иерусалима и служили напоминанием об ушедшей эпохе. Почти до середины XV в. существовало Ахейское княжество — государство франкской Греции, возникшее после крестового похода 1202–1204 гг., до конца XV в. доживало Кипрское королевство с династией заморского рода Лузиньянов. Оставались еще рыцарские ордены, вызванные к жизни крестовым походом — госпитальеры, тамплиеры (участь последних станет весьма печальной), северные ордены тевтонцев и присоединившихся к ним меченосцев, продолжавшие воевать на берегах Балтийского моря. В это время прежние традиции крестоносного движения продолжают существовать, но возникают и новые явления, которые становятся отличительной чертой «поздних крестовых походов», как их иногда называют, продолжавшихся до конца XVI в. К ним мы сейчас и обратимся.

Когда в 1291 г. пала Акра, христиане еще не знали, что Палестина была утрачена навсегда. Крестоносное движение при этом не только сохранилось, но и продемонстрировало свою способность к выживанию и приспособлению к совершенно новым условиям. Победы мамлюков не смогли похоронить надежды на отвоевание Иерусалима и идея возвращения Святой Земли долго будет витать в сознании западных христиан. Более того, неудачи и поражения заставили их радикально переосмыслить опыт крестового похода, и, дабы больше не совершать ошибок прошлого, они стремились пересмотреть способы его организации и финансирования. Новые идеи и методы предлагались уже на Лионском соборе 1274 г., участники которого горячо обсуждали дела Святой Земли. В связи с этими дискуссиями созвавший церковный собор римский папа Григорий X просил присылать ему предложения по организации нового «перехода за море» (passagium ultramarinum), как с середины XIII в. стали называть походы на Восток. Так появились сочинения «О возвращении Святой Земли» (De recuperatione Terrae Sanctae) — по существу это был новый литературный жанр, основу которого составили трактаты, повествующие о том, как отвоевать у неверных Иерусалим и христианские святыни. В этих сочинения (их насчитывают более двух десятков), писавшихся в течение первой половины XIV в. разными авторами — монахами (Гайтон), купцами (Марино Сануто из Торчелло) и даже средневековыми государями (среди них — кипрский король Анри II и неаполитанский король Карл II Анжуйский), есть немало общего. Многие все так же считали возможным заключить альянс с монголами — победы, одержанные в 1299 г. в Сирии над мамлюками ильханом Газаном ибн Аргуном, симпатизировавшим крестоносцам, вселяли надежду в сердца западных христиан. Другие призывали создать общехристианскую коалицию во главе с папой или христианским государем или же объединить все военные ордены. Но почти все авторы сходились на том, что ключ к Иерусалиму находится в Каире, а значит, чтобы вернуть священный город, нужно сперва путем экономической блокады мамлюкских территорий поразить главную цель — Египет. Военные действия предполагалось вести в два этапа: сначала захватить плацдарм, высадившись в Армении или на Кипре, а затем оттуда атаковать Египет и вести наступление в направлении Сирии и Палестины с целью завоевания Иерусалима.

Одно из первых таких сочинений, которое так и называлось «Как может быть возвращена Святая Земля» (Quomodo Terra Sancta recuperari potest), было написано известным проповедником-миноритом Фиденцием Падуанским еще до завоевания Акры мамлюками. Францисканский монах предлагал папе организовать торговую блокаду Египта, использовав для этого корабли всех христианских государств, и одновременно отправить крестоносную армию в Сирию, где бы она соединилась с монголами, поставив Египту условием снятия блокады возвращение Иерусалима. Примерно в то же время одноименный трактат на эту тему вручил папе Григорию X знаменитый каталонский теолог, философ и поэт Рамон Льюль: в практической части своего труда он советовал будущим стратегам использовать в качестве плацдарма Киликийскую Армению, чтобы блокировать порты Северной Африки, прежде всего Египта. А в 1307 г. по заказу другого папы — Климента V — Гайтон (Хетум из Корикоса), армянский принц в изгнании, известный историк, написал еще один текст — «Соцветие восточных историй» (La Flor des Estoires d Orient). В этом трактате, который был выдержан в триумфальных тонах, принявший монашеский постриг государь призывал западных христиан воспользоваться царящим в Европе миром и слабостью мусульман, чтобы организовать новый passagium, создав стратегическую базу на Кипре.

Но, наверное, самое известное сочинение этого жанра принадлежит перу венецианского купца, географа и путешественника Марино Сануто из Торчелло (ум. в 1338 г.). В своей «Книге тайн верных Христа» (Liber Secretorum Fidelium Crucis), автор, как и его предшественники, предлагал изолировать Египет, а затем начать наступление на страну с моря, продолжив военные действия в Сирии и Палестине. Эти идеи Марино Сануто на протяжении десятилетий пропагандировал при дворах пап и королей, благодаря чему его трактат приобрел широкую известность.