Чтение онлайн

Черри с благодарностью кивнула Лили.

– Очень вам признательна, я боюсь заблудиться, но вот только багаж…

– О багаже не переживайте, - заверила Черри миссис Льюк. – Скоро подъедет мой старик с Кроуфордом и …

– Ваш старик с Кроуфордом? – взвизгнула Лили и захлопала наклеенными ресницами. – С Кроуфордом?!

Миссис Льюк заметно смутилась и покачала головой.

– Вот не хотела ведь говорить, вечно ты Лили все выпытаешь, вся в дядю. Да, мой старик с Кроуфордом. Мужчины в пабе договорились перемещаться по городку и округе попарно, ну в общем, если опять какую-нибудь девушку… ну, вы понимаете…

– Но разве вашему старику не могли подобрать более подходящую пару, - удивленно спросила Мадина.

Черри поняла, что у мистера Льюка с неким Кроуфордом были не простые отношения.

– Кто как не Кроуфорд самый подходящий напарник моему старику? – ликующе возразила миссис Льюк и ослепительно улыбнулась, засияв ямочками на щеках.

Лили решительно зачехлила зонтик, вернулась к своему столику и провозгласила.

– Я шагу не сделаю отсюда, миссис Льюк, пока вы не расскажете все, проговори вы хоть до утра.

Мадина улыбнулась и незаметно подмигнула Черри. Хозяйка уютного чайного павильона, похожего на старинную коробочку для сластей интригующе улыбнулась Лили и заявила.

– Но, чур, не перебивать! А то это и впрямь может растянуться до утра! Слушайте.

Два часа назад мой старик отправился объезжать на нашем рыдване поставщиков и вдруг через сорок минут позвонил мне из паба. Неслыханное дело! Дело в том, что в пабе он побывал в последний раз лет двадцать пять назад. Тогда мой старик был далеко не старик, а парень хоть куда – на щеках розы и лилии, ноги – лучшего бегуна округи, ну и остальное ничуть не хуже. Тогда за мной ухаживал не только он, но еще и помощник ветеринара, остался холостяком, бедняжка. А еще после того случая с Льюком, коллеги выперли его из ветеринарии и теперь он занят исключительно пчеловодством.

Его ульи вы можете видеть по всей округе, лорд покровительствует ему и, разумеется, не возражает против сбора взятка с медоносов на его угодьях.

Ох, а медоносы у лорда! И клевер, и боярышник, и дикие яблони, и дрок, и липы, и вереск, вереск, вереск! Кроуфорд нажил целое состояние на медоносах Крейстонхилла. Лорд-то, бедняга, знай платит налоги на свои земельные владения, а пользуются другие. Да, о чем это я? – спохватилась миссис Льюк, а Черри с изумлением увидела, как вздрагивают плечи, отвернувшейся в угол Мадины.

– Вы хотели рассказать нам, как мистер Льюк позвонил вам из паба, - ангельским голосочком пролепетала невозмутимая Лили и с невинным видом потупилась.

Черри досадливо нахмурилась, девушки насмешками могли сбить хозяйку, а разговор как раз принял очень интересный для нее оборот. Медоносы, да еще в таком изобилии! Вот в чем преимущества неудобий! Мед и пасеки – это существенная статья дохода. Она полезла в сумочку и сделала коротенькую заметку в своем блокнотике.

– Да, да, миссис Льюк, а ведь перечисленные вами медоносы цветут в разное время, можно собрать целую коллекцию медов.

– Кроуфорд так и делает, его сборы – победители на самых разных выставках вот уже дюжину лет. А еще лорд позволяет ему пользоваться символикой из геральдических запасов, накопленных его семьей за семьсот лет, причем безвозмездно. По большому счету он прав, мед-то тоже собран в его владениях. Бедный лорд платит и платит, не приведи господь разорится, а имение отдадут под дурдом. Чует мое сердце, так оно и будет. Назовут это, конечно, лечебницей Крейстона… Что с вами, Мадина, опять приступ сенной лихорадки? Жасминный чай у меня очень хорошо упакован, находится в герметичной кладовой, после того случая, позапрошлым летом. Старик собственноручно подгонял все детали, теперь наша кладовка для чаев напоминает отсек на Шаттле.

Лили уронила свой зонтик под стол, нырнула за ним и не очень торопилась выныривать. Черри совсем не понимала, что же смешного находят девушки в словах миссис Льюк. Она решила помочь ей с рассказом и спросила.

– Значит, мистер Кроуфорд стал пчеловодом, вероятно, это выгоднее ветеринарии?

– Ах, нет, милочка, может быть где-то это и так, но не у нас. Видите ли, в наших оврагах, распадках и зыбучих песках – кто угодно ноги сломит, не только коровы. Поэтому именно у нас ежегодно собирается конгресс ветеринаров, а проблема травм у животных неизбежно является основной тематикой докладов. У наших ветеринаров здесь самая богатая практика. Они самые состоятельные женихи в этих краях. Вы, милочка, могли бы сделать здесь блестящую партию, стоит вам только раз другой попасться на глаза кому-нибудь из них. Вы же наверняка умеете стенографировать, приезжайте осенью к конгрессу, я устрою вам местечко в президиуме. Конечно, нужно еще и знание латыни, но я не думаю, что среди них найдется зануда, у которого повернется язык спросить его с вас.

– Я владею латынью.

– Ах, боже мой! Какая удача, мисс, я сейчас же звоню Кроуфорду, у него должны были остаться связи в этой среде…

– Минутку, миссис Льюк, Кроуфорд, как вы нам сообщили три четверти часа назад, должен сам прибыть сюда в сопровождении вашего супруга, стоит ли тратиться на оплату телефонных переговоров? – вкрадчиво проворковала Лили, а миссис Льюк помигав с недоумевающим видом с полминуты, вдруг обворожительно расхохоталась, и девушки тоже, наконец, дали себе волю. Черри перевела дух, кажется, миссис Льюк была склонна принять ее признание в знании латыни за согласие стать ветеринаршей. Только этого ей недоставало! Вообразив на месте Гарольда Грея, в каждом письме напоминавшего ей, что она безжалостна, легион ветеринаров-травматологов, она тоже расхохоталась, что сразу же привело в чувство миссис Льюк.

– О, господи, ночь на дворе! Марш отсюда, негодницы! Мне давно нужно было запереть все двери и заставить окна ставнями.

– И шагу не сделаем, - хором отозвались Мадина и Лили. Потом они переглянулись, и слова взяла более решительная Лили.

– Шагу не сделаем, да и юную мисс одну не отпустим, запирайте вместе с нами.

– Чтоб вас, просто пчелы Кроуфорда, нет спасенья – ты их в дверь, они в окно. Ладно, коротко и ясно. Мой старик еще в юности бросил пить из-за шутки, которую сыграл с ним Кроуфорд, тогдашний его соперник пред моими ясными очами.

Кроуфорд пригласил Льюка на прием и «обнаружил» у него язву, дал ему полгода на приведение в порядок всех дел. Льюк слег и принялся прощаться с белым светом, ну а я, понятное дело, больше не колебалась в выборе. Заявила Кроуфорду, что собиралась за него, но теперь мой долг и честь, стать подругой бедняги Льюка. Мы поженились, и он постепенно в себя пришел. Умирать ему, извините, было не с чего. Я забеременела и затащила мужа к доктору Снайдерсу, а тот, естественно, никакой язвы у моего мужа не нашел, сколько не искал. Льюку, между тем, пришелся по душе трезвый образ жизни, а Кроуфорд с горя запил и до белой горячки.

Тогда-то он и признался коллегам и рассказал о своей шутке с Льюком и его якобы язвой. Коллеги охотно выперли Кроуфорда с поприща за нарушение врачебной этики. Ясное дело, у Кроуфорда руки золотые, вся округа тащила пострадавших животных только к нему. О господи, что же это за наказание, этому рассказу конца не видно!

Ну, в общем, муж мой и Кроуфорд поохладели друг к другу. Но окончательный разрыв произошел после того как у нас родился первенец.

Льюк только отвлекся на минуточку, ан глядь мы оба, я и бэби, оказались в авто Кроуфорда, сама не понимаю как ему это удалось! Я кричу, бэби плачет, Кроуфорд за рулем и клянется в вечной любви и сулит все звезды с неба, а бедняжечка Льюк на своем мопеде глотает пыль позади. Где ж ему угнаться!