Чтение онлайн

Когда журнал «Тайм» решил опубликовать список людей, которые представляли собой, по выражению журналистов, «лицо XX столетия», то наряду с изобретателями самолетов, компьютеров, телевизоров, автомобилей и интернета, рядом с Генри Фордом и Биллом Гейтсом в нем фигурировало имя легендарного человека, по сути создателя организованной преступности — Лаки Лучиано.

Cтатуя Свободы.

Его настоящее имя было Сальваторе Лучиано, и он, как и большинство переселенцев XX века, прибыл с родителями и многочисленной родней в Америку в 1906 году. Тогда ему было всего 9 лет, и он смотрел на мир широко раскрытыми, полными восторга глазами. «Боже мой! — воскликнул парнишка, спустившись по трапу парохода, — Сколько же здесь фонарей, сколько витрин! И все сверкает! Сколько электрических фонарей! У нас на Сицилии такого никогда не было».

Семья Сальваторе обосновалась в пригороде Нью-Йорка, в районе, где селились главным образом итальянские эмигранты и по-английски почти никто не говорил. Смотря на страшную нищету, окружавшую его, Сальваторе почему-то вспоминал, как он с семьей садился на корабль в Палермо. Его поразило, что там почти ничего не было: только маленький заводик, неизвестно что производящий, кажется серу. Здесь же все было совершенно по-другому. Другая страна, другой мир, другие правила игры…

Сальваторе сразу понял: чтобы преуспеть в этой жизни, нужно прежде всего как следует выучить английский язык. Он часто ссорился с братьями, которые пренебрегали занятиями английским. «Неужели вам непонятно, — говорил Сальваторе, — если вы хотите что-то купить в тех сверкающих огромных магазинах, вам потребуется очень много денег. Но у вас никогда не будет денег, если вы не будете знать английского».

Сам Сальваторе быстро научился говорить по-английски, бегло и без акцента. Благодаря этому, когда подростку исполнилось 16 лет, отец отдал его в ученики к шляпнику, который платил за работу несколько центов в час. Конечно, это почти ничего, но все же Сальваторе считал эти деньги своим первоначальным капиталом.

Кроме него, в мастерской работали четверо толстых ленивых парней, которым лишний раз со стула подняться было лень. Нет, это общество Сальваторе не подходило, и он быстро понял это. Однако у шляпника был еще один ученик — Лепке, высокий, черноволосый, юркий, с вечно горящими, словно возбужденными глазами. Он часто рассказывал итальянскому парню о жизни ночного Нью-Йорка и о том, сколько он таит соблазнов, о том, как порой легко стать богачом, хозяином вечно хохочущих девочек и здороваться за руку с шикарными джентльменами, привыкшими выигрывать каждую ночь по несколько сотен долларов.

Сальваторе понял: вот то, что ему нужно. Иначе из этой вечной проклятой нищеты не выбиться никогда. Нужно всего лишь немного накопить денег, а потом сделать из них капитал, который, он верит, появится непременно, как в фокусах, из воздуха, из ниоткуда.

Говорят, когда играешь в первый раз, всегда везет. Повезло и Сальваторе. Правда, в тот раз он был немного смущен. Своей одежды у него не было, а потому пиджак, притом откровенно грубый, ему пришлось взять на время у старшего брата. Юноша чувствовал себя не в своей тарелке: ведь он выбрал самый престижный игорный дом, и теперь ему приходилось ловить на себе насмешливые взгляды завсегдатаев и слышать изощренные колкости белокурых красавиц, словно сошедших с рекламных плакатов.

Собрав свою волю в кулак, он не ретировался, решил идти до конца. В тот вечер Сальваторе не взял в рот ни капли спиртного, выиграл 224 доллара и ушел, весьма довольный собой.

В этом клубе он появился ровно через неделю, и с ним впервые уважительно поздоровались. Он снова сорвал отличный куш и немедленно отправился в модный магазин, как он мечтал три года назад. Теперь у Сальваторе был отличный костюм, фетровая шляпа и шикарные коричневые полуботинки. Посмотрев на себя в зеркало, Сальваторе понял, что в шляпной мастерской ему больше делать нечего, и буквально на следующий день уволился. Теперь у него будет совсем другая жизнь, другие связи, он узнает новых людей, что бы там ни говорили в праведном негодовании отец и братья, что-то толкуя о католической вере и неправедно нажитом богатстве. Сальваторе уже понял: не сделаешь что-то сам, никто тебе не поможет, и нечего уповать на помощь свыше, сидя в старой развалюхе и с трудом связывая английские слова. Он выбрал свою дорогу, а если родственникам нравится такая трущобная жизнь, он им не мешает.

Правда, фортуна — дама переменчивая, и однажды Лучано проиграл по-крупному. Нужно было срочно исправлять положение. И тут снова на помощь пришел Лепке. Он познакомил Сальваторе с одним из своих друзей, торговцем наркотиками. Тот убедил 18-летнего парня, что дело это выигрышное и достойное настоящего мужчины. Сальваторе, все еще не до конца вышедший из детского возраста, упивался ощущением опасности; ему нравилось чувствовать, как дрожат нервы, когда приходится ждать очередной встречи в условленном месте, когда полиция может схватить тебя в любой момент. Ему понравился риск, тем более что эти маленькие пакетики с кокаином приносили действительно бешеные деньги.

Однако Сальваторе был еще слишком молод, чтобы не проколоться. У молодых парней дело было поставлено откровенно плохо, и ему пришлось пройти и через пьяные разборки, и понять, что такое грубый рэкет и насилие. И все же он был еще юн, а потому абсолютно пренебрегал таким понятием, как безопасность.

Лаки Лучано.

Попался Сальваторе совершенно случайно, оказавшись поблизости от таких же, как он, молодых наркодельцов, гоняющихся за легкой наживой. В результате он заработал 3 года исправительных лагерей, хотя распространение им наркотиков доказано не было. Ему состряпали дело об ограблении ювелирного магазина, о котором Сальваторе даже понятия не имел. Просто у полицейских «зависло» дело, и срочно требовалось на кого-то его спихнуть. Тут-то и подвернулся Сальваторе Лучано, показавшийся стражам порядка подходящим козлом отпущения.

В исправительных лагерях Сальваторе узнал совершенно иных людей, с которыми встречаться раньше ему не приходилось. Ему дали понять, что такое круговая порука; он познакомился с теми, кто имел дело с крупнейшими боссами американской теневой экономики. Он учился распознавать их нравы и методы ведения криминальных дел. С этими людьми — с Торрио, Массерио и Костелло — он позже создал могущественную мафиозную корпорацию.

Сальваторе Лучано всегда отличался живым умом. Едва выйдя из тюрьмы, он предложил своим новым знакомым выгодное, по его мнению, дело. Лучано решил создать целую компанию, которая занималась бы вербовкой безработных симпатичных девушек, певиц и танцовщиц, ищущих работу и мало кому известных. Лучано сам продемонстрировал, как именно следует проводить подобную вербовку.

Собственно, тактика его была проста, как все гениальное. На руку играла и привлекательная внешность молодого человека, стройного, подтянутого, изысканного, щедрого. Девушки были в восторге от него и его действительно мужских представлений о жизни.

Но бизнес есть бизнес, и романтика не имеет к нему ни малейшего отношения, а девушки в данном случае и являлись тем товаром, на который делал ставку Лучано. Он красиво ухаживал за безработными девушками, угощал их ужинами в дорогих ресторанах, а заодно говорил, что в нынешнем обществе можно выжить только при том условии, если ты обладаешь достаточной гибкостью нравственных позиций («Еще лучше, если бы их вообще не было», — думал он). Обычно ужин в ресторане заканчивался снотворным в бокале прекрасной дамы. Как истинный джентльмен, Лучано не оставлял ее в трудном положении и переносил в спальню, где жертву ожидали наркотики и молодые люди, не менее обаятельные, чем Лучано. Наркотики уносили в мир прекрасных грез, а молодые люди казались идеальными рыцарями, которых несчастная девушка ожидала всю жизнь. Правда, задаваться вопросом, почему столько молодых прекрасных рыцарей сразу и для одной нее приготовила судьба, ей было некогда, да к тому же безумно хотелось спать.

Наутро прелестная дама просыпалась, чувствуя себя совершенно разбитой, с больной головой и приступами тошноты. Но рядом находился обаятельный Лучано, всегда готовый помочь в устранении неприятных симптомов вчерашнего ужина, а в качестве развлечения предложить набор изумительных фотографий — одна другой лучше. Бедная девушка и не представляла, оказывается, на что она может быть способна, проявляя по максимуму гибкость нравственных установок. По сути, она уже была готова работать на Лучано, и ничего другого ей не оставалось.