Чтение онлайн

Женщин выволокли из машины. Сначала они пытались сопротивляться, но потом, ясно увидев, что у похитителей нервы на пределе, решили, что лучше будет подчиниться, и пересели в такси, где им велели согнуться в три погибели, чтобы со стороны ничего не было видно. К тому времени «мерседес» уже уехал, а шофер такси постоянно вел переговоры с ним по радиотелефону. «Сидите спокойно, — сказал Марухе человек, охранявший ее. — С вами ничего не случится. Просто передадите куда следует одно послание, и вас отпустят. Конечно, при условии, что вы будете вести себя хорошо».

Тем временем такси попало в пробку, и водитель кричал по телефону, что ничего не сможет пока сделать. Он сильно нервничал и слегка задел соседнее такси. Пострадавший водитель на ругательства не скупился, что делало обстановку, из без того крайне напряженной, еще более нервозной. Из телефона донеслись слова главного так громко, что их расслышали даже похищенные: «Пробивайтесь любой ценой». Такси вырвалось на тротуар, взревев двигателями, и прорвалось из пробки через пустырь.

Маруха решилась спросить похитителей, кто они, на что последовал ответ: «Мы из М-19», чему журналистка не поверила. Эта партия давно была на легальном положении и участвовала в выборах в Национальную Ассамблею. Тогда она продолжила расспросы: «Вы занимаетесь наркоторговлей или вы — повстанцы?». — «Считайте, повстанцы», — спокойно ответили ей. В это время машина проезжала полицейский кордон, а потому в затылок журналистке уткнулось дуло пистолета. «Один звук — и убьем», — коротко сказал похититель.

Через полчаса машина, наконец, остановилась, и пленницам разрешили выйти. На головы им накинули куртки и велели смотреть только под ноги, хотя вокруг все равно ничего не было видно: ни один огонек не освещал местность, поэтому определить, куда заложников привезли, казалось совершенно невозможным. Женщин провели в крохотную комнатку, под потолком которой тускло маячила желтая лампочка, а на полу валялся красный матрац. Немедленно в дверях встали двое людей в спортивных костюмах, лица которых скрывали маски с прорезями для глаз. Эти двое явно не относились к тем, кто похитил журналисток. Они были коренастые, в грязной и старой одежде.

Пока Маруха с ужасом думала о том, сколько времени придется ей провести в этой убогой вонючей комнатенке, в комнату вошел высокий, элегантно одетый мужчина с длинными черными волосами. Подчиненные называли его Доктором и относились как к большому начальнику.

«Скажите, кто вы, кто захватил нас?» — спросила его Маруха Пачон. — «Это обычная военная операция, раз уж против нас развязали войну, — спокойно ответил Доктор, или Пабло Эскобар. — Мы хотели, чтобы вы передали от нас послание правительству. Нас оно слушать не желает. Больше вам знать ничего не надо». Он поднял с пола автомат с глушителем и небрежно вскинул его на плечо. «Вот вам еще одно предупреждение, — сказал Доктор. — Сделаете глупость, сами на себя пеняйте. Место здесь глухое. Никому не известно, где вы находитесь. Так что не исключена возможность, что вас даже не найдут». Потом Доктор посмотрел на Беатрис и сказал: «Кажется вас, сеньора, взяли по ошибке, а потому не исключено, что мы вас отпустим». — «Нет, нет! — испуганно закричала Беатрис. — Я хочу остаться с Марухой!». — «Поразительная преданность подруге», — ответил на это Доктор, но в его голосе не прозвучало даже тени иронии.

Похищенным принесли лимонад; Маруха попросила сигареты, и Доктор дал ей одну, из собственной пачки. Потом обе подруги отправились в туалет, а похитители начали слушать последние новости по радио. Когда женщины вернулись, их ждал еще один сюрприз. «Теперь, когда мы знаем, кто вы, — сказал Доктор, обращаясь к Беатрис. — Вы тоже наша пленница. Вы — родственница Вильмисара, а потому можете нам понадобиться. К тому же таксист, которого задела ваша машина, успел запомнить две цифры номера. Собирайтесь в другое место. Ехать придется в багажнике». — «Я задохнусь», — с ужасом проговорила Маруха. — «Ничего, — грубо ответил Доктор, небрежно тряхнув роскошными черными кудрями. — Разувайтесь».

Женщины разулись и снова прошли к машине, послушно легли в просторный багажник, поджав под себя ноги. «Если услышу хоть один звук, — сказал Доктор перед тем, как закрыть багажник, — мы взорвем машину. Десять килограммов динамита — это даже для вас многовато, правда? Сами мы при этом выйдем, а вы останетесь».

К счастью, с багажника были предусмотрительно сняты резиновые уплотнители, а потому воздух туда проникал совершенно свободно. Беатрис смотрела сквозь широкую щель в передней стенке. Она успела заметить, что на заднем сиденье расположились двое мужчин, а рядом с шофером сидит длинноволосая женщина, держащая на руках двухлетнего ребенка. Машина затормозила: видимо, очередной контрольный пост, — решила Маруха. Если бы им пришло в голову открыть багажник! Как она надеялась на это! Однако проверка закончилась для похитителей благополучно, и снова начались бесконечные подъемы, повороты… В конце концов журналистка совершенно утратила чувство направления и отказалась от попыток понять, куда ее везут.

Когда машина остановилась, как и в первый раз, женщин заставили выйти, накрыли им головы куртками, провели через неизвестный двор, коридор и оставили в зале. Они услышали голос Доктора: «Приготовьтесь встретиться со своей подругой».

Маруха и Беатрис подняли головы. Комната была почти совершенно темной; тем более что большинство окон в ней были заколочены, и свет пробивался в единственное окно, грубо забитое досками. На полу здесь тоже валялся матрас, а на нем тоже восседали двое, как и в первой комнате, в таких же масках и спортивных костюмах. В углу, на железной кровати лежала женщина. Она была невероятно худа и не сделала ни единого жеста. Так что со стороны ее с легкостью можно было принять за труп.

Это была журналистка Марина Монтойя, сестра руководителя президентской канцелярией. Ее захватили через несколько дней после похищения группы Дианы де Турбай в тот момент, когда женщина запирала дверь своего ресторанчика. Она прекрасно знала похитителей, этих троих любезных, изысканно одетых мужчин. В последнее время они часто появлялись в ее заведении и радовали своим неизменно хорошим настроением и щедрыми чаевыми. На этот раз у них в руках были не деньги, а автоматы «узи». Когда насмерть перепуганная Марина обхватила коленом фонарный столб, сопротивляясь похитителям, один из них сильно ударил ее по голове, и женщина потеряла сознание. Теперь ее брат служил послом в Канаде, а о похищении Марины давно забыли, что давало повод сделать вывод: она обречена на смерть. В багажнике синего «мерседеса» ее увезли в неизвестном направлении.

Она канула в неизвестность, и только ее сын Луис сохранял надежду хоть как-нибудь прояснить судьбу матери. Не доверяя правительственным чиновникам, он постоянно искал встречи с Пабло Эскобаром. Однако все его поездки заканчивались безрезультатно. Мало того: ему дали понять: в это дело лучше совсем не соваться. Проезжая в такси на одну из встреч с девушкой, которая должна была якобы вывести его на Пабло Эскобара, Луис лениво поглядывал в окно машины, пока не увидел на обочине дороги труп женщины в цветастом платье, на ярко накрашенном лице которой застыла струйка крови, тянущаяся от аккуратной дырочки на лбу. «Что это такое?» — в ужасе спросил Луис. — «Обычное дело, — ответил таксист, пожав плечами. — Видимо, ребята сеньора Пабло развлекались». Больше Луис вопросов не задавал.

В тот же день, что и Марина Монтойя, был похищен главный редактор «Тьемпо» Франсиско Сантос, или Пачо, как называли его друзья. Его даже не потребовалось извлекать из его бронированного джипа. Едва машина была заблокирована похитителями, как Франсиско пулей вылетел из машины, желая разобраться, в чем дело. Наверное, он был немало удивлен, когда к его лбу приставили пистолет и заставили пересесть в другую машину. Двух выстрелов, прозвучавших за его спиной, ошеломленный Франсиско вообще не слышал. Эти две пули предназначались его шоферу, и обе они попали ему в голову. Только из новостей Пачо узнал о его гибели, сидя в холодной комнате с наглухо забитыми окнами и сиротливой лампочкой под потолком. Его переодели в серый спортивный костюм, своего рода униформу тех, кто находился в плену у Подлежащих Экстрадиции. Когда же он спросил охранника, в чьих руках находится, тот ответил вопросом на вопрос: «А где бы вы предпочитали находиться — у повстанцев или у сеньора Эскобара?». — «Значит, я у Пабло Эскобара», — решил Пачо.

Узнав о похищении сестры и жены, Вильямисар немедленно отправился к Сесару Гавирия и заявил, что возлагает на него лично ответственность за их жизни. «Я сделаю все, что от меня потребуется», — сухо отозвался Гавирия. Вильямисара навестил генерал Мигель Маса Маркес. Как директор Госдепартамента безопасности, он занимался расследованием похищения людей, ставшим теперь обычным явлением. Среднего роста, крепкий, как бык, он казался отлитым из стали, а войну с Эскобаром воспринимал как личную. Он был готов драться насмерть, и в это можно было поверить.