Чтение онлайн

Пуштар был весь внимание.

– Данные вашего спутника сообщают, как, впрочем, и данные наших спутников, что на орбите Мирты, точнее, на всех ближайших ее орбитах некоторое время назад появились корабли Странников, - начал рассказ Аббадон, устраиваясь в кресле напротив короля.
– Много больших кораблей, не одиночный корабль-разведчик, как это бывало неоднократно, а корабли-матки, жилые модули разных кланов... Кстати, напомните мне, Пуштар, Вы ведь в курсе, что у Странников есть несколько кланов, что это не одна организация? (Пуштар кивнул). Да и, строго говоря, это уже не организация, как было в начале освоения космоса, а самостоятельные космические племена. И сейчас все эти племена, эти кланы собрались над нашей с вами планетой, и собрались они там отнюдь не с торговыми намерениями, как это было раньше.

– А...А зачем?
– Пуштар сглотнул, представив себе масштаб происходящего. О Странниках он читал, скачивая информацию из Центрального комма буддистов (разумеется, с их разрешения), и знал, насколько разрослись за века экспансии космоса эти сообщества одиночек-разведчиков, бесстрашных пилотов и умелых торговцев. И всё это сейчас болтается у него над головой?

– Переходим к этой части повествования, - согласно кивнул головой Старший Наставник.
– Оттого, что причина эта напрямую связана с Вами, друг мой, я и пришел сюда. Ну-ну, - поспешил он успокоить картинно схватившегося за сердце Пуштара.
– Не лично, конечно, с Вами, а с вами со всеми, населяющими Острова. С потомками шахтеров, если быть еще точнее.

– Не шутите так, друг мой, - укоризненно сказал Пуштар, качая головой.
– При чем здесь мы? Шахты давно закрыты, да и синтетические астролиты по качеству и характеристикам ничуть не хуже природных, коих и осталось-то всего ничего...

– И тем не менее, Пуштар, они прилетели сюда именно за кристаллами астролита.

– Да зачем!?
– Всплеснул руками толстяк-король.
– Появился какой-нибудь сумасшедший коллекционер, готовый заплатить за образцы больше чем за планету? Или...

Тут он замолчал и задумался. Старший Наставник с интересом наблюдал за ним. Пуштар был его любимцем, если можно так выразиться, конечно. При правлении короля Рабиновича островные жители начали стремительным образом избавляться от старо-земных предрассудков, стали интересоваться наукой и философией космоса, как называл свое учение Будда Владимир. Возобновились строительные работы, вперед пошла технология фермерства, ставились эксперименты с флорой Мирты... Можно было долго перечислять все положительные стороны происходящего. И только Абаддон знал, что стремительный прогресс был результатом кропотливой деятельности, ведущейся с одобрения Главного Храма на Арии, что становление личности Пуштара было отредактировано и направлено в нужном направлении самим Абаддоном, тридцать лет назад. На это решено было пойти после многочисленных споров и доводов, приводимых противниками такого рода вмешательств, а решающее слово оказалось за ненадолго (как бы не только ради этого!) вышедшим из нирваны Владимиром. Тот, открыв глаза и посмотрев на почти кричащих друг на друга Наставников (совещание проводилось по традиции в центральном зале Центрального Храма - чтобы все принимаемые важные решения как бы одобрялись Буддой, но в первый раз Будда решил напрямую вмешаться в спор), сказал: "Нехай будет. Так надо" и снова закрыл глаза. Еще раз проникнувшись величием своего учителя, Наставники помирились и решили сделать на этот раз исключение - на только на этот! Ведь невмешательство в личность - это один из основополагающих принципов, и не след ставить ТАКОЕ на конвейер. И Абаддон, с благословления высшего духовного руководства Арии, приступил к работе, результатом которой сейчас и любовался.

– Попробую угадать...
– Задумчиво проговорил Пуштар.
– До каких-то еще полезных свойств природного астролита докопались, да?

– Да, друг мой. Именно так, да до таких, что аж страшно становится. И раскопали Странники, и не могут теперь между собой решить, кому владеть этими знаниями... И астролитом. Висят сейчас себе над Миртой и ругаются между собой.

Старший Наставник рисковал бы, предоставляя такую информацию, будь на месте этого румяного толстячка прошлый король-защитник Островов, Грабнус Дымайло. Тот был человеком строгих правил, Острова при нем действовали слаженно, работали четко, как часы, никто не голодал и не протестовал, вот только эгоистично-патриотичен был Грабнус не в меру. Сказал бы, что астролит принадлежит Старой Земле, и, значит, непосредственно, ему, Дымайло. Грабнус вцепился бы в шахты намертво, и население все за собой бы (вернее, перед собой) поставил бы, не думая о том, что могут сделать Странники со всеми ними. А Странники стерли бы эту хлипкую преграду у себя на пути к царствованию во Вселенной, и дальше пошли бы. Пуштар Рабинович же смотрел в корень. Он прекрасно осознавал, что может случиться со всей Миртой, а не только с Островами, если Странники просто будут выяснять между собой отношения в столь непосредственной близости от планеты. А еще он понимал, что об этом сами Странники подумают в последнюю очередь.

Когда Странники в последний раз, тридцать четыре года назад, посещали Мирту, они уже тогда отличались от людей. Пуштар помнил заново вспыхнувший у населения Островов интерес к этим отважным первопроходцам космоса, интерес, пришедшийся как раз на его юность. Все видеоканалы были полны информационных сюжетов о Странниках, виртуальные библиотеки трещали от терабайт новых публикаций. Так как Острова на тот момент уже объявили себя свободной колонией, и всякая связь со Старой Землей была прекращена, буддисты снабжали их новостями и знакомили с новыми научными разработками. Далеко не со всеми, разумеется, а только с безопасными для жизни. Буддисты не до конца доверяли потомкам тех, кто остался на Старой Земле, когда корабли-ковчеги переселенцев развернули свои паруса в сторону Арии. Пуштар знал о Странниках ВСЕ, что было известно на тот момент, у него даже стоял на тумбочке пластмассовый воин с серебристой шерстью и шипастым хвостом. Бедный Бреймстри! Засветившись в тот момент на видеоэкранах Островов, он стал прототипом для множества игрушек, изображений и персонажей 5-D кино.

– Ой-ёй-ёй...
– Только и сказал Пуштар.

– Как-то так, ваше величество...

– Друг мой!
– Король со внезапно вспыхнувшей надеждой посмотрел на Старшего Наставника.
– Ведь вы... в смысле буддисты... не допустите...

Абаддон ласково посмотрел на него.

– Мы постараемся, Пуштар. Очень постараемся.

* * *

Ворон задумчиво смотрел в потолок, раскачиваясь в кресле-качалке, и насвистывал какую-то незнакомую Клайду мелодию. Выяснилась причина аварии, и Джо ненадолго пришлось отлучиться. Перед своим уходом он так умоляюще посмотрел на Ворона, что тот хмыкнул и сильно треснул его по спине ладонью. - Иди же, капитан. Твоя команда ждет, уж поднят черный флаг...
– пропел он, и рассмеялся.
– Ничего с твоим Клайдом не произойдет, всё что нужно, уже произошло. - - Ты уверен?
– обеспокоенно спросил Джо уже почти из-за двери. - Нет, - уверенно ответил ему Ворон, небрежно махнув рукой, и снова рассмеялся, увидев его реакцию.
– Давай-давай, а я пока развлеку нашего юного Мастера... После чего он залез в кресло и уже пару минут молчал, насвистывая. Клайд ждал, с интересом осматриваясь. Заметив на лабораторном столе мощный микроскоп, он посмотрел на Ворона, и тот разрешающе махнул рукой -- смотри, мол! От коллеги секретов не держим... Причем Клайд готов был поклясться, что слышал эту фразу, хотя губы Ворона не пошевелились. "Вот оно!" с удовольствием подумал он, "похоже, я действительно становлюсь Мастером Кармы...". Телепатия была реальностью уже несколько веков, но оставалась доступна только посвященным, чей энергетический потенциал позволял совершать и более удивительные вещи. Клайд даже не мечтал никогда о таких способностях, ему всегда было достаточно своего увлечения живой природой. На большее он и не рассчитывал. И зря, как оказалось... На экране микроскопа была какая-то полярная форма жизни, маленькая и страшно несимпатичная. Клайд посмотрел на нее, а она посмотрела на Клайда. Вернее, не то чтобы посмотрела, но Клайд понял, что она ощутила на себе его внимание и знает о его присутствии. Чувство было такое яркое и неожиданное, что он отшатнулся от экрана. Тут Ворон нарушил тишину, одновременно с этим вставая с кресла и подходя к лабораторному столу: - Что, вступил в контакт с враждебными силами?
– спросил он у Клайда. Клайд потер лоб и улыбнулся ему в ответ. - Дядя Джеймс...
– начал было он, но был прерван. - Ворон, парень, запомни, я -- Ворон, - его дядя был категоричен, Клайд не стал спорить, и легко перестроился. - ...Ворон, - снова начал он.
– Мне показалось, что я на мгновение стал этим существом, и что я -- только малая часть чего-то настолько огромного, что прямо жуть берет... - Так и есть, парень, так и есть, - задумчиво глядя на него, проговорил Ворон.
– Очень малая часть. Пока. И он снова замолчал. Клайд чувствовал, что Ворон сейчас изучает его ауру, как будто прикасаясь кончиками пальцев, и тут же их отдергивая. Казалось, Ворон ошеломлен, Клайд чувствовал его удивление, смешенное с восхищением, и был ужасно доволен. Как же!
– его образец для подражания восхищался им! - Ну-ну, только не возгордись уж слишком, - иронически хмыкнул образец для подражания.
– Для начала научился бы держать свои чувства закрытыми, а то ушам больно... Тут он посерьезнел и спросил: - Так значит, Пузан... в смысле, для тебя он Наставник Берг, понял, парень?.. Значит, твой наставник ничего не заметил? И как ты это объяснишь? И учти, я не поверю, что ты смог закрыть свой разум от такого профессионала, как он. Тем более, я все равно не понял бы, зачем бы тебе это делать. А? Есть какие-то мысли по этому поводу? У Клайда сейчас все мысли были по этому поводу, и ему не терпелось поделиться всем этим с благодарным слушателем. Он рассказал Ворону сначала о снах, а потом о том, что произошло непосредственно перед аварией субмарины. Рассказывая эпизод с глазом, Клайд будто бы заново окунулся в тот океан эмоций и чувств, образов и загадочных воспоминаний, нахлынувших на него в тот момент. Мир раскрылся мельчайшими подробностями, блестел и переливался всеми цветами и оттенками, какие только могут существовать во вселенной, все обрело смысл и покой. Хотя теперь Клайду было понятно, что покой этот был довольно относительным, что-то свербело и мешалось, будто соринка в глазу, как будто пытаешься ухватить ускользающую мысль, а она все ускользает и ускользает... Ускользает и ускользает в пустоту, которая затягивает в себя, успокаивает и одновременно... Выдергивает обратно! Именно так показалось Клайду, внезапно очнувшемуся от наплыва всех этих ощущений. Он увидел склонившегося над ним Ворона. В глазах у того было беспокойство, сменившееся облегчением, когда он увидел, что Клайд смотрит на него. - Ну слава Будде, парень!
– сказал Ворон.
– А то я уже готовил оправдательную речь для твоего отца. - А что случилось?
– немного недоуменно спросил Клайд. - Случилось? Ничего. Пока.
– Ворон посмотрел на племянника и покачал головой.
– Но ты в течение нескольких минут молчал, прервавшись на полуслове, и я не мог достучаться до твоего разума, хотя старался изо всех сил. Поэтому могу задать тебе тот же вопрос -- что случилось? На энергетическом уровне было ощущение, что ты одновременно и здесь, и везде. Я чувствовал, что с тобой все в порядке, но что это за порядок -- понять не мог. - А на каком месте я прервался? - Ты рассказывал о том, что почувствовал, заглянув в этот глаз. Кстати, не обратил внимания, какому существу этот глаз принадлежал? Хотя бы приблизительно? Клайд покачал головой. - Мне показалось, что я снова там, и все чувства, все ощущения были такими же сильными! В тот раз я тоже как будто провалился куда-то, а может, наоборот, взлетел... Очень трудно объяснить, правда! Это как...
– он поискал аналогию.
– Словно рассказывать о цвете слепому человеку! - Спасибо, парень, - усмехнулся Ворон. Клайд немного опомнился и бросился извиняться: - Простите, Будды ради, это я не про Вас, правда! Только я никогда ничего подобного не испытывал, и мне трудно подобрать слова... - Я тебя понял, не извиняйся, - сказал Ворон, глядя на Клайда и пряча в уголке рта улыбку.
– Так чего, не напомнил тебе этот зверь какой-нибудь из уже изученных видов? - Нет, вроде бы. По глазу сложно идентифицировать... А там был только глаз. Ворон на пару секунд задумался. - Только глаз, говоришь? М-да... Из имеющихся у нас на данный момент крупных обитателей глубин глаза как таковые есть только у трех видов. Он подошел к пульту общей сети и ввел запрос. - Таак, посмотрим, посмотрим... Головокрылый молюск Hrentus Pofigis... Самые крупные из наблюдаемых ранее особей достигают порой пяти метров в длину... шириной в три сантиметра. Это не то... Широкозадый улитконарвал... У этого как раз один глаз! Ага... Большой и расположен в задней части туловища. Смотри, Клайд, это не твой приятель? Клайд посмотрел на голографическое изображение, парящее над пультом. - Нет. У этого... кстати, какая интересная зверушка! Таких улитконарвалов я еще не видел. Но все равно, у этого глаз фасетчатый, а у того... у того был человеческий. По крайней мере, мне так показалось, в тот момент как-то было не до того, чтобы этот глаз классифицировать, знаете ли...
– Тут он с извинением посмотрел на Ворона.
– Вряд ли я смогу сильно в этом помочь. - Ничего, не переживай, - Ворон сделал другой запрос в Инфосеть.
– Мне почему-то кажется, что именно благодаря этому глазу ты теперь светишься как Мастер Кармы.
– Заметив выражение лица Клайда -- а оно было разочарованным, он продолжил.
– А вот что до твоих возможностей... Ну, всем ты себя ощутил уже, это мы поняли. Это второй круг обучения Мастеров Кармы, и главный экзамен для Адептов... А что еще? Что еще может и умеет -- или может, но не умеет?
– мой племянник? А? Ворон прищурился и уставился на Клайда, так выразительно приподняв одну из смоляных бровей, что тот улыбнулся. - Мне кажется, субмарину починил я. - Интересное заявление, - заметил Ворон.
– И как? Клайд ненадолго задумался. - Помните музыку?
– потом спросил он. - Ту, которая играла туш, когда я открыл твою ауру? - Туш? - Ну, не туш, конечно же, а... Да, симпатичная такая музыка, ага. Тоже кстати не очень понятно, что это такое. Скорее всего, это твое виденье всемирных силовых потоков... ну, это которые связаны с самой сутью -- с реинкарнациями, с пространством нирваны, с жизнью и смертью... и все такое. Что там с музыкой, говоришь? - Когда я пришел в себя после встречи с глазом, энергии на нашей субмарине еще не было. И я услышал музыку -- вернее, слышу я ее всегда, стоит лишь сосредоточиться на ней, но тогда она появилась сама, и мелодия была ущербной... ну, не такой какой-то. И я сделал так, что она зазвучала правильно. И, - сразу продолжил Клайд, видя что Ворон собирается что-то сказать.
– Не спрашивайте меня, как я это сделал. Такое ощущение было, что это как часть меня -- как есть ложкой суп, мы ведь это с детства умеем. - Для того, чтобы научиться пользоваться ложкой, нужно, чтобы тебя этому кто-то научил, ну, или ты это где-то увидел...
– Задумчиво сказал Ворон. Он посмотрел на полученные по запросу данные, что-то проворчал и ввел новый запрос.
– А тут у нас получается, что научил тебя этому всему глаз. - Круто!
– искренне сказал Клайд. Он быстро смирился с тем, что внезапный рост его ментальных способностей был приобретенным, а не спящим до этого момента где-то глубоко внутри потенциалом, теперь вдруг решившим проявиться. - Я тоже так считаю, - улыбнулся Ворон.
– Думаю также, что если глаз тобой заинтересовался, то будет и продолжение.

* * *

Клайд закрыл глаза, погрузился в знакомый с детства медитативный транс и был поражен открывшейся ему картинкой. Раньше он видел лишь самые яркие энергетические линии, теперь же окружающее пространство пронизывали сотни и тысячи нитей разного цвета и размера. Искрясь и переливаясь, они тихо пульсировали в такт музыке. Если раньше музыка таилась где-то на задворках сознания, то теперь у нее была, похоже, ведущая партия во всем происходящем. Клайд отпустил привязывающий его к физическому телу силовой узел и искрящимся вихрем понесся вдоль линий. Это было опасно, об этом предупреждал Мастер-Наставник на уроках астрала. Он советовал вообще не злоупотреблять какими-то рода воздействиями на энергетические линии, этим занимались Мастера Кармы -- не в смысле, что злоупотребляли, а просто они находились на таком высоком уровне восприятия, что случайно навредить ничему не могли уже в принципе. Будда Владимир учил, что все на этом -- да и на любом другом -- свете взаимосвязано. Изменишь что-то в одном месте, и изменения как-то отразятся вообще на всем, что есть. Не изменять мир вокруг себя мы не можем. И высшее искусство -- изменять так, чтобы все остальное становилось от этого только лучше. Почти незаметно - где-то в саду яблоко зарозовело и налилось соком раньше времени, распустились гортензии в городском парке Марсограда, родившейся младенец получил в добавок к абсолютному слуху еще и отличный голос... "Каждое изменение, - говорил Владимир, - влечет за собой целый ряд событий, постоянно изменяющих ткань материи пространства-времени. Мы создаем будущее, но мы так же убиваем несметное множество других миров-вариантов, где все могло бы быть по-другому, не будь этих изменений... И наша задача -- рассчитать максимальное количество положительных воздействий для каждого из этих миров. Чем больше миров мы сохраним, тем лучше. И в какой-то момент миров станет ровно столько, чтобы получился один. Пока за гранью нашего понимания, с другими физическими законами и порядками, абсолютно другой. И это будет круто -- уж поверьте мне". И ему верили. Потому, что видели сами, что он прав. Однажды открыв для остальных людей вход в астрал, Владимир приобщил всех к достижению этой цели -- слияние миров. Обычными темпами , без помощи Будды, для этого потребовались бы несчетные количества лет. Буддисты же надеялись уложиться в пять веков, из которых два уже прошли. Мастера Кармы и Адепты постоянно дергали ткань мироздания, выпарывая нити из одного места и перенося в другое. Если изменение влекло за собой утрату какой-то из нитей, на него накладывали вето, и искали другой путь. Уничтожение было под запретом. Поэтому в свободный астрал -- а именно там и находился сейчас Клайд -- допускались только уже матерые буддисты. И тем не менее Клайд не задумываясь перешагнул через это правило. Его астральное "я", не скованное больше ограничениями тела, неслось через пространство, но не задевало каким-то образом ни одну из энергетических линий. Законы земной физики здесь были не в ходу. Он парил, добавляя свою ноту во всеобщую мелодию. Эта музыка была Миртой. Клайд слышал одновременно с основной темой множество других, отходящих от нее, меняющих жанры и тональности, добавляя или наоборот убирая инструменты. И многие были ущербны -- примерно так же, как мелодия субмарины несколько часов назад. Клайд потянулся к ним, разрываясь на множество отдельных Клайдов, которые принялись исправлять, ремонтировать, помогать... И было всего этого великое множество.

Клайд был одновременно собой, и кем-то еще. Но сейчас он уже не назвал бы это сороконожкой Бегерхэма. Этот кто-то был очень другой, не похожий ни на одно из виданных ранее Клайдом живых существ. И этот кто-то помогал Клайду, раскрывая перед ним одно за другим все новые возможности астрального мира. Контакта как такового не было -- неизвестный помощник не пытался заговорить, показать Клайду какую-нибудь картинку или сюжет, нет -- но Клайд чувствовал его всем своим существом. И понимал, что ощущал это с того самого момента, как осознал себя. Этот кто-то был всегда рядом, и это от него к Клайду просачивалась музыка, а так же удивительные сны о Мирте. Существо явно было аборигеном. Может, это был родич обладателя чудо-глаза? Клайд надеялся со временем это выяснить. Можно и не сейчас, тем более что сейчас времени вообще не было -- а было только это сейчас, помноженное на бесчисленное число раз. На самом деле, стараниями буддистов это количество уже поддавалось подсчету, но пока еще было за гранью общепринятой человеческой математики... Клайд сейчас ощущал себя одновременно в стольких местах, что уследить за всем было вне его сил, и он отдал бразды правления этому существу, справедливо рассудив, что оно знает лучше, как надо...

Потом Клайд резко вынырнул в своем физическом теле, но оставался в трансе. Астрал не спешил покидать его, и тут одна из энергетических линий запульсировала сильнее, превратившись в проекцию сознания Ворона. Тот огляделся по сторонам и пошевелил бровями-гусеницами. - Ого! Цветовосприятие на уровне, чтоб мне всю жизнь креветок сачком ловить! Прости, что прерываю твою медитацию, но вернулся Джо, и ему очень интересно узнать, что же происходит с его сыном...

Клайд открыл глаза. Все произошедшее с ним в астрале он помнил, но как-то не четко, того всепонимания и умения и след простыл. Ощущение, как будто услышал что-то очень полезное, важное, ужасно интересное, бросился записывать, и сидишь весь такой в задумчивости. Вроде бы и то, а вроде бы и совсем все по-другому было... - Клайд?
– Джо смотрел на сына, и не знал, радоваться ему или плакать. Такого развития событий он предположить ну никак не мог, когда брал сына с собой в экспедицию.
– Ты в порядке? - В полном, отец, - Клайд постарался улыбнуться как можно более убедительней. Сам он насчет полного порядка был не очень уверен. Назвать порядком, а тем более -- полным, тот бардак, что творился сейчас у него в голове, он не мог. Но беспокоить отца? Тот и так вон по поводу субмарины переживает.

Ворон усмехнулся и приобнял родственника за плечи. - Джо, - сказал он, - как там твоя рабочая лошадка? Справились с ней эти бездельники? Или зря я на них чай переводил? - А? Лошадка?...
– Джо оторвал глаза от сына, непонимающе посмотрел на Ворона, потом взгляд его немного прояснился.
– Аа, да, все в порядке. Причиной сбоя стал внезапный отказ второго энергетического контура, внешнего, там какие-то контакты расплавились. Но ребята в шоке -- говорят, что будто бы эти контакты все равно работают, как -- никто сказать не может. Думаю, нужно возвращаться в порт, вставать на полную диагностику систем. - Ни в коем случае!
– воскликнул Ворон, и Клайд ощутил облегчение от того, что кто-то, более наделенный влиянием на отца, чем он, высказывает правильную точку зрения. Как это -- возвращаться? Когда тут такое... - Думаешь?
– Джо с сомнением почесал затылок.
– А ну как еще раз что-то подобное повториться? И в норму не придет? Как-то, знаешь, не хочется рисковать жизнью сына. Сама-то команда, ясное дело, рвется вперед, что ей какие-то сбои системы! В крайнем случае, объединим силы и дотащим субмарину до ближайшего ремонтного узла. Но я бы все-таки вернулся, либо оставил Клайда пока у тебя. Клайд был совсем не против такого развития событий. Как ни хотелось ему снова оказаться среди бескрайних просторов океана Мирты, и, может, снова встретиться с владельцем глаза, но провести время в обществе почти Мастера Кармы, своего родного дяди, да покопаться в своих новых способностях... Тоже было бы круто. Но у Ворона был, как оказалось, свой взгляд на вещи. - Джо, - сказал он.
– Замени свои контакты и плыви дальше по маршруту, не хлюзди. А сына бери с собой и -- не перебивай меня!
– предоставь ему полную свободу действий. Так как не случайно все это -- внезапный сбой, потом внезапная починка, потом резкое повышение энергетического статуса Клайда. Твой сын встретил под водой что-то, что помогло ему раскрыться навстречу астралу Мирты, навстречу пониманию жизненных проблем планеты, всего того, к чему мы с таким трудом ползем последний десяток лет. Это кощунство -- прерывать такое на полдороге. Все это не просто так, это я тебе авторитетно, как почти что Мастер Кармы, заявляю. Заодно, кстати, расспроси Клайда о том, что случилось. И не удивляйся -- просто поверь ему.