Чтение онлайн

— Куда тебе, полукровке, нападать на меня?! — рассмеялась Майя.

Бевингет встала с громоздкого трона, раскинула руки в стороны и выпятила грудь навстречу острию, насмешливо позволяя принцу убить себя. Преисполненный гневом, Александр замахнулся засиявшим призрачным светом мечом. Лезвие со звоном ударилось о покрывшуюся кристальной гладью кожу бевингет.

— Ой, сюрприз! Забыла предупредить! — продолжала издеваться Майя.

Принц нанес очередной бесполезный, пропитанный злостью, удар. Майя схватила Александра за горло. Ее руки обжигали подобно раскаленному металлу, и физической силы в ней отыскалось не меньше, чем у великана. Выпустив меч, Александр тщетно пытался освободиться. Наполнившиеся кровью глаза его скоро закатились, принц испустил дух. Оставив горячий след на шее, Майя заставила тело Александра стрелой пролететь по залу. Принц был выброшен в разбившееся со звоном окно.

Высвободившийся Август, ловко связавший воедино нападавших на него марионеток, изо всех сил удерживал изворачивающуюся Анну. Она злилась, ругалась и вырывалась, принц лишь сильнее стискивал зубы. Алиса кричала от боли, заставляя их сердца обливаться кровью. Он знал, Алиса никогда не простит его, если он бросится спасать ее, а не Анну. Майя выкинула ладонь вперед, магической силой оттолкнув Августа прочь от юной покровительницы. Бевингет ударила принца об стену, вжала в камень до хруста костей, и основательно завалила сверху, обрушив на него часть потолка. Но Август выдержал, успел защититься и, выскочив из-под обломков так скоро, рассердил ее. Злость проступила на лице Майи в дрогнувших скулах. Оскалив зубы, она взмахнула рукой вверх — в разбитое окно тут же ловко забралась маленькая девочка. Околдованный растрепанный ребенок с яркими оранжевыми лентами в каштановых волосах также слушался бевингет. Девочка замерла в ожидании приказов. В руках Майи из ниоткуда появилась шкатулка. Бевингет наспех откинула крышку. Поднявшиеся роем тонкие осколки кристаллов вылетели и впились в тело ребенка. На глазах у всех маленькая девочка обернулась громадным свирепым медведем, гораздо больше обычного. Майя расплылась в довольной улыбке. Кто сможет справиться с лютым зверем, зная, что это всего лишь невинный ребенок? Получив приказ, преобразившаяся девочка вцепилась зубами в плечо Августа и, вышвырнув в окно, спрыгнула следом.

— Беги ко мне, дорогая, — зазывала бевингет желанную жертву, — ты все еще можешь помочь сестре!

— Не подходи! — кричала Алиса.

Анна подступила совсем близко, когда стукнулась о незримую завесу. Сильван погрузил марионеток под магический купол, что удерживали разложенные на полу кристаллы, и теперь мог в полной мере противостоять Майе. Проскрежетав зубами, бевингет провела ногтями по незримой ускользающей завесе, сотканной из волшебства Света. Она не могла ухватиться и разрушить то, что не видела. Анна в ужасе билась в преграду, которую эльф продолжал удерживать. Крыло Алисы упало на пол и Майя улыбнулась. Бевингет погрузила Марию в сферу и переместила к Сильвану. Она отлично знала, дорогую сердцу старушку он обидеть не сможет. Мария с воплем набросилась на эльфа. Завеса исчезла. Анна отправила в бевингет магическую сферу, что та отмела рукой. Покровительница кинулась к цепям, удерживающим Алису, и попыталась их снять.

— Беги! Не обо мне думай! Беги! Она убьет тебя!

— Обещаю, цепи сами спадут, как только ты отдашь мне Кристалл, — спокойным шагом подошла Майя.

— Бери! — выпятила вперед грудь Анна.

— Она сможет! — верещала сквозь слезы Алиса. — Беги! Умоляю, беги!

Валявшиеся на полу исписанные цепи поднялись точно змеи и ловко опутали Анну, моментально привязав к телу Алисы.

— Сестренку не убей, когда захочешь начать сопротивляться.

Анна только теперь заметила вырезанную по полу пентаграмму вокруг столба. Майя держала в руках нож, тот самый, которым Мария отрезала Алисе крыло. На нем красовалась кровь сестры. Лезвие ритуального ножа — атама, покрывали чужеродные письмена. Теперь Анна поняла слова эльфа — у всего есть ахиллесова пята. Любую магию, даже самую сильную, можно разрушить. И Майя нашла способ, который разрушит ее защиту. Она сможет забрать то, что хочет.

Майя замахнулась ножом, тело Анны покрылось алмазной гладью. Лезвие стукнулось о твердую поверхность и вошло в грудь покровительницы, с характерным для простого стекла треском. Анна не чувствовала никакой боли и пребывала в растерянном молчании, а вот Алиса кричала как обезумевшая — прямо перед ней убивали сестру. Нет, прямо на ней! И она ничего, совсем ничего не могла сделать! Собственная беспомощность отравляла ее.

Лезвием Майя очертила на груди Анны треугольник. Ее глаза разгорелись жадной победой, но бевингет вдруг выгнулась от удара в спину. Поток слепящего белого света, направленный из посоха эльфа, прожигал ее тело. Сильнейшая из магий, запретная к применению, разрушительная. Свет черпал силу из самой души и насыщался временем мага, сокращая его и без того небольшой оставшийся срок. За покровительниц, за тех, в кого верил, эльф готов был отдать целую жизнь.

Покрывшись кристальной чешуей, Майя смогла развернуться. Подле Сильвана, на полу, лежала Мария, чье сердце не билось. Исполняя приказ — убить эльфа, Мария не оставила ему шанса выстоять без потерь. Она боролась не на жизнь, а на смерть, и Сильван сделал непростой выбор.

Преодолевая сопротивление потока могущественной силы, что заставлял кипеть кровь даже под чешуей, Майя подошла вплотную к эльфу. Осознавая грядущую неудачу, Сильван ударил бевингет посохом по лицу. Секундного замешательства Майи хватило, чтобы эльф одним махом вбил посох в мраморный пол, неграненый Кристалл раскрыл острые осколки точно цветок лепестки, просиял и заключил бевингет в призрачный плен. Майя окаменела как статуя, но эльф прекрасно знал, как скоро разрушит ее темная магия его светлое волшебство. Сильван бросился к покровительницам. Он судорожно пытался избавить их от оков. Подняв с пола острый кусочек мрамора, эльф принялся царапать по символам заклинания. Он не успел. Сильван резко подался вперед и, едва устояв, перевалился с ноги на ногу. Майя освободилась и благополучно отправила посох эльфа в его же спину, в которую с легкостью вошел столь острый многогранный Кристалл. Превозмогая боль, Сильван стиснул зубы и, прикрывшись легкой улыбкой, взглянул на Алису, потом на Анну. Он прекрасно знал, что они не могут вспомнить прошлое, но он помнил. По лицу эльфа скользнула слеза, с глаз сошла черная пелена. Сильван приложил ладонь к щеке Анны:

— Одуванчик, — прошептал он.

Его губы дрогнули, а чистые зеленые глаза посмотрели с удивительной отцовской любовью, полной нежности и отчаяния. Анне стало невыносимо горько.

Поднявшись, Майя ухватилась за посох, выдернула и заставила эльфа слететь по ступеням трона. Из последних сил, истекая на полу кровью, Сильван порождал в руках магическую сферу. Усмехнувшись над его наглостью и глупостью, Майя с надменным взглядом вознесла над головой посох. Сильван закрыл глаза и, стиснув зубы, принял конечную боль — Майя пронзила его тело острым Кристаллом, что служил эльфу ни один век. Взгляд бевингет переполняло безумие, простой смерти для Сильвана показалось недостаточно. Она опустилась на колени, приложила ладони к широкой груди и злобно оскалилась. Полыхающие руки прожгли плоть и грудную клетку, добрались до самого сердца, что она сжала в трясущейся ладони и превратила в уголек. Майя пребывала в странной истерике: то рыдала белугой, то взрывалась громким хохотом.

— Как же я тебя ненавижу, — прошептала бевингет с противоречащей себе мягкостью и со всей нежностью прильнула губами ко лбу Сильвана в искреннем прощании, за которым скрывались непролитые слезы душевных ран.

Резко и неожиданно схватив за плечо, Адам развернул Майю и вонзил в нее атам, который она оставила торчащим в груди Анны. Нож не пробил ее кристальную кожу, бевингет залилась звонким смехом:

— Ты ничего не смыслишь в магии! Ты всегда разочаровываешь, — поднялась она над телом эльфа, опираясь на посох. — Недостойным родился, недостойным остался, недостойным умрешь!

Майя схватила сына за руку, в которой он держал нож. Адам воззвал к Тьме, дабы противостоять Тьме, но бевингет схитрила. Ее тело вспыхнуло ярким светом, Адама пронзила мощная белоснежная молния, что черпала силу из эльфийского посоха. Не готового к казавшемуся невозможным ходу, Адама поглотила боль. Майя выхватила атам прежде, чем сын рухнул рядом с Сильваном.

С дикой улыбкой бевингет вернулась к ритуальному столбу. Майя наиграно ласково погладила Анну по щеке:

— Попрощайся с сестренкой.

— Я тебя убью! — кричала Алиса снова и снова, злобно оскалив зубы.

— Хватит лаять… — Майя вонзила атам в центр алмазного треугольника на груди Анны и осторожно потянула за рукоять.

— Не надо! Пожалуйста! — взмолилась Алиса, признавая грядущее. Поток необузданного страха колотил, изнутри разбивая сердце. — Умоляю! Не надо!

Анна погружалась в призрачное свечение. Она понимала, что Кристалл дал ей жизнь и, как только Майя его заберет, она закончится. Она это знала. Анна чувствовала, как превращается в нечто иное, как исчезает, как жизнь выходит вместе с атамом. И ей хотелось плакать, только на слезы и страх совсем не осталось времени. Времени не осталось ни на что. И как бы ей не хотелось потратить последний вздох, чтобы сказать Алисе как она ее любит, Анна должна была сделать последнее, что в ее силах. Кристалл станет победой Майи, а этого она допустить не может.

— Ты… проиграешь… и сдохнешь! — выдавила Анна, испепеляющим взглядом наградив бевингет.

Это были не просто слова, а желание. Сильное, переполняющее всю ее изнутри. Анна верила, что чувства, которые разрывали ее сознание, помогут направить Кристалл Желаний по верному пути. Анна обращалась в воздушные золотистые песчинки, медленно рассеивающиеся в воздухе. Стоило ей загадать желание, как эти песчинки закружились в суетливом вихре и налетели на атам. Нож покрылся золотой пылью, и неизвестная сила отбросила Майю в конец зала. Анна полностью исчезла, растворилась в пустоте, будто и не существовала вовсе. Цепи, которые ее сдерживали, звонко обрушились на каменный пол. Запутавшись в звеньях, выглядывал меч с алмазной рукоятью, по центру которой красовался гранат, не иначе как с пальца Анны. Сам Кристалл Желаний, очевидно, стал полупрозрачным лезвием и играл всеми цветами.