Чтение онлайн

— Геоманты готовы, мой короли, — поклонился архимаг, немного запыхавшись в спешке, покорно ожидая дальнейший указаний.

Воцарилось недолгое молчание, словно монарх перебарывал себя, не желал делать то, что планировал, однако другого выхода сейчас не видел. Тёмно-зелёный взор его глядел, как несмотря на скошенную толпу врагов новые банды подступают сквозь расщелину уверенным темпом, будто знают, что пока все стрелки разом начнут перезарядку, у них будет достаточно времени, чтобы организовать нападение.

— Крушите стену, — приказал он магам, — Разрушайте каменную кладку, так, чтобы останки укрепления рухнули вместе со всеми теми, кто на неё залез. И рухнули на всех тех, кто остался внизу, надеясь проскочить в замок через пробоину.

Не совсем готовые к такому развитию событий маги земли удивлённо переглянулись с взволнованными лицами, однако припали на одно колено и покрепче сжали свои жезлы и посохи, сосредотачиваясь на энергии камня и сухом скрепляющем растворе, в котором вместе с зольной пылью была и толчённая известь, и кусочки земляной глины, и щебень.

Так что всё потихоньку начинало вступать в реакцию с волей сосредоточившихся волшебников. Каждый камушек зажил своей жизнью и пытался вертеться. Одни рассыпались на несколько кусков, другие крошились вовсе, третьи просто словно пытались вылезти из плотной стиснувшей их компании таких же, вызывая всё новые трещины и общую тряску.

Остатки стены между двумя опустевшими от лучников башнями, которые пришлось освободить, отдав позиции, на всякий случай, ведь в процессе такого колдовства они сами также могли пострадать, заходили ходуном, заставляя большинство осаждавших, что были уже сверху и распределялись в отряды для готовности продолжать бой, едва держались на ногах или падали.

Те, кто карабкался снаружи, взбираясь на затрещавшие и затрясшиеся стены, хватались со всей силы за вонзённые снаряды катапульт, но те вскоре начали выскакивать из поредевших каменных рядов, падая вниз вместе с обломками рушащейся кладки.

Генералы и капитаны выводили своих людей из зоны поражения, с учётом, что после обвала подымется ещё и непроглядное облако мелких частиц, в котором не следовало бы никому из своих находиться, а потому отгоняли отряды подальше на внутреннюю территорию Олмара.

Бледный Рихард оглядывал оставшихся от его взвода двенадцать человек, тяжело вздыхая на накативших эмоциях, пытаясь смириться с потерями, однако душевные муки то и дело брали на ним верх. Талантливый скрипач Диего и все трое, оставленные им на его защиту кадеты. Один из неразлучных близнецов-Страйкеров. Могучая Гала, большой Стромф. И тот, кто едва сдавал все тесты и нормативы, держась всегда в хвосте — алхимик-самоучка Нимрод. Все они теперь были мертвы, и в смерти их Рихард винил самого себя. Никого из них он не прикрыл, не полез защищать и спасать. Он был занят своим приказом и даже не подозревал, как же тяжело будет сейчас. Когда осознаёшь, что их больше нет, что их никак не вернуть.

Что не будет во взводе больше ни шумной драки едой, ни ночных страшилок на всю казарму, ни вольного разгуливания по башням Олмара… Сейчас он прощал им все их проказы и затеи, в надежде, что все они когда-нибудь простят его самого.

Довольно быстро пробитая стена окончательно обрушилась, погребая тех, кто был снизу, и особо не оставляя шансов спастись тем, кто был сверху, падая вниз, в настоящее каменное месиво. И при этом сформировавшаяся после своего разрушения груда обломков была достаточно большой, чтобы всё равно преградить эдакой «насыпью» проход в город.

А разбойничья армия потеряла за сегодня уже столько людей, что те из войск неприятеля, которых не завалило камнями, кому повезло выжить и быть подальше от отскакивающих крошащихся булыжников, колкого щебня и огромного облака пыли, в котором задохнулось тоже несколько банд, не сумевших отыскать дорогу и выбраться на свежий воздух, не сумевших продержаться, не вдыхая оседающий песок и мелкую каменную крошку, таки начали пятиться и отходить от крепости.

Бой на сегодня был окончен, остатки вражеских отрядов опять отступали в сторону Оленьего Леса под не слишком довольным таким развитием событий взором своего усатого адмирала. Он знал, что это ещё не конец, что есть свои козырные тузы в его хитром плане, однако людей из необъятного собранного чуть ли не со всех концов Королевства и островов за его пределами пиратского войска и своры сплочённых лесных шаек, оставалось уже так мало, что отныне действовать нужно было более хитро.

— Отступают! — крикнул Эйверь, как самый зоркий, узревший бегущие прочь отряды сквозь медленно рассеивающуюся серую дымку.

Вот теперь войска вокруг него могли ликовать вдоволь. Не опасаясь, что он вновь недовольно рявкнет, как тогда после дуэли против молота упёртого кузнеца. Теперь все понимали, что в ближайшее время в сражении, как минимум, возникнет пауза, а в идеале, так в области леса таки поднимется белый флаг, или же неприятель молча уйдёт восвояси, откуда пришёл.

Однако несмотря на радостный хор и победные возгласы повсюду в королевской армии, многие юные кадеты, в том числе и Шестой Взвод, переводя дыхание, приходя в себя после затянувшейся миссии и своих многочисленных «первых» сражений, ведь до этого они ни разу не вступали в опасный смертный бой, выглядели опечаленными смертями товарищей, переживали и горевали из-за своих потерь, сидя друг подле друга, но уставившись в никуда, думая о чём-то своём.

Маги сегодня не стонали и не кровоточили, за них это делали многочисленные раненные, кого удалось забрать с поля боя. К ним спешили клирики, знающие, что где-то там за стенами также кому-то ещё может быть нужна помощь, но приказа или хотя бы разрешения выходить за заграждения Олмара не было.

Со стены второго кольца крепостной защиты король спустился прямиком к осевшей пыли и груде останков от разрушенной стены, встав перед войском. Справа от него встал подошедший Эйверь, оглядывая построившихся и просто вольно рассевшихся во внутреннем западном дворе, а симметричное место за левым плечом вскоре занял спешащий следом за правителем камерарий.

— Враг всё слабее, его силы на исходе, а численность за эти дни, благодаря всем вам, значительно сократилась. Честь вам и хвала, воины! И благодарность всем тем, кто храбро воевал на защите своего города, своих земель, своих людей. Мы тоже понесли серьёзные потери, — оглядывал он собравшихся, а на его речь сходилось всё больше людей, разошедшихся уже в другие проходы средь башен и стен, сейчас возвращаясь обратно к месту осады, — Ближе к сумеркам, чтобы не стать лёгкой добычей для стрелков неприятеля, я распоряжусь организовать вылазки во вне, забрав всех павших для отпевания и достойных похорон! А пока, для всех, кто принимал активное участие в защите крепости, я объявляю отдых и банный день! Всем пора умыться, вылезти из панцирей и вязкой свалявшейся в пылу сражения одежды, очистить кожу, привести себя в порядок, промыть волосы и бороды, хорошенько перекусить, набираясь сил, и хорошо выспаться! В доспехах служите, помогая и ожидая своего часа, в доспехах спите, в доспехах воюете! Немедленно распределиться и организоваться! — приказывал он, — Все те, кто не в лазаретах: часть идёт в бани помыться и пропариться, после чего свободны и получают день отдыха, чтобы выспаться и придти в себя, а бани занимают другие. Кухне готовить сытные блюда не переставая, пока все не наедятся и не наберутся сил для новых подвигов! И так сменяться, пока все войска от кадетов до королевской гвардии и генералов не пройдут каждый пункт. Пока одни парятся, трапезничают и отдыхают, другим продолжать нести службу. Быть наготове всем, кто ещё не воевал. Но им, не задействованным резервам, простоявшим столько дней в запасе, полагается мытьё и отдых! Тем же, кто был отправлен на отбой сегодня ночью, будучи оставленным в запасе королевских войск, сейчас принять обязанности, возводить укрепления, нести раненых в лазарет и выполнять распоряжения своих капитанов и наставников! Олмар стоял, Олмар выстоял, Олмар выстоит! — закончил свою речь Джеймс Дайнер, высоко поднимая блестящий меч в пятнах успевшей подсохнуть крови.

— Ура! — скандировали многие синхронным хором вокруг, принимая обещанный отдых в награду за отвагу и верную службу.

Их довольные крики разносились по дворам и зданиям. Генералы начали организовывать процесс очерёдности в парилки, подготовку которых помчались исполнять дворовые слуги. Мажордом Харрис и главная служанка Нейрис на пару занимались организацией кухонь, дорожками к лазарету и пробитой церкви, где всё ещё камень от катапульты лежал на главном алтаре, поставкой сушёных веников в парилки и тому подобным, задействовав интенданта Каледоса, главного по всякого рода снабжению, чтобы его люди также выполняли самые разные поручения.