Чтение онлайн

Но в этом сценарии ей нужно продержаться пару часов перед возвращением к реальной жизни. С ранением и последующей операцией она чуть дважды не склеила ласты, и пришлось несколько дней и ночей вытаскивать себя из царства ран и царапин.

Выходя в основную комнату, Ново подошла к месту хранения оружия — закрытому огнестойкому сейфу размером с маленький холодильник. Сейф — самое дорогое, что было в этой крысиной дыре: как только она вступила в учебную программу и получила первую стипендию, то сразу же вложилась в эту зверюгу. Меньше всего ей нужно, чтобы какой-нибудь залетный грабитель наткнулся на кучу стволов без серийных номеров, кинжалы, выкованные кузнецом-вампиром, и взрывчатку.

И, будем честны. Этот район — не из лучших в городе.

Ее жилье — обувная коробка сто на сто футов, которую она снимала в подвале дома без лифта, окон здесь не было, что гарантировало безопасность и запах плесени даже в зимнее время года. Но это здание было в собственности у вампира, что многое облегчало, а вишенка на торте? Это ее место.

У ее семьи даже не было адреса.

Скинув покрывало с сейфа — шикарный камуфляж ведь — она ввела код, открыла дверь и взяла девятимиллиметровые и короткий кинжал. Немного подумала… нет, один девятимиллиметровый. Чуть больше амуниции, и ее сестра рискует превратиться в швейцарский сыр.

О, стоп. Так это произойдет при любом раскладе.

Ново закрепила кинжал и пистолет на бедре таким образом, чтобы под одеждой они выглядели как мобильный телефон с одной стороны, и рация — с другой. Взяв кошелек и телефон, она накинула куртку и вышла в тесный холодный коридор. В самом конце располагалась дверь и короткая лестница, ведущая на первый этаж.

Ветер на улице вторил ее настроению — был таким же агрессивным и мерзким, и врезался в ее тело так, словно она ехала в метро, держась за верхний поручень, а вокруг толкались люди.

Перед дематериализацией она подумала о том, что Пэйтон не вышел на связь.

Именно этого она и добивалась. И все же он удивил ее. Ей было стыдно за то, сколько раз она осматривала свой телефон на предмет пропущенных и смс. Слава Богу, что она жила одна.

Что реально бесило? Ее раздражение на каждый звонок или сообщение не от него… что происходило каждый раз, как телефон попадал в ее руки. Она получила много сообщений: приглашение на день рождения от Пэрадайз; Бун спрашивал, не хочет ли она взять у него что-нибудь почитать?; Акс интересовался, не хочет ли она потренироваться?; Пэйтон молчал.

А, ну еще сестра, мать и их Предсвадебный Армагеддец.

О-М-Б, народ, я чувствую себя в разы лучше. Да, я едва не померла, но сейчас уже в норме, а вы оказали невообразимую помощь в моем выздоровлении. Спасибо! *напротив груди жест — сердце из двух пальцев* Люблю вас!

Господи, на фоне предстоящей ночи колотая рана кажется таким пустяком.

Завернув за угол здания, она нашла густую тень и дематериализовалась через весь город…

Святая. Мария. Проматерь эстрогена.

Как пловчиха в океане, окруженная косяком мелких рыб, она оглянулась по сторонам, но не потому, что не видела, как на нее надвигается большая белая акула с гнилой пастью; скорее в поисках спасательной шлюпки на горизонте.

Не-а. Никто не поможет, и еще больше акул — на подходе.

Место тусовки снаружи было розового цвета и подсвечивалось фиолетовыми лампами. Внутри, сквозь окна эркеров она видела кружевные занавески и плакаты в рамках с изображением Парижа. Куча круглых столиков и ярких, несочетающихся между собой стульев. Цветы. Чайные чашечки. Башни из закусок к чаю, хотя на часах уже восемь вечера.

Представьте смесь «Радужных коней» [81] и «Семейства Кардашьян» [82] , и безглютеновая еда на закуску.

Удивляло одно — масштабы бедствия. Воздух внутри распирало от запаха сахарной пудры и топленого масла, но, как выяснилось, чайная комната — это только начало. За ней шел французский ресторан с ни капли не мужским баром, где подавали только «Космо» [83] , и танцевальной зоной, которая в жизни не видела такого явления как слэм [84] .

Ничего лучше этой ночью с ней произойти не могло: если исходить из модели инфекционных болезней, то никакая прививка не спасет от возбудителя Полианны [85] , поэтому спасет только изоляция.

Чем дальше в лес, тем страшнее, но декор оставался в детсадовских, розово-фиолетовых девчачьих тонах. Персонал также менялся в каждой зоне, по нарастающей: в передней зоне женщины были одеты в розовые платья в духе сороковых, с фартуками; в ресторане — мужчины и женщины вырядились в пин-ап стиле; и, наконец, охрана возле танцпола — эти шестидесятикилограммовые тросточки в футболках с экологическими лозунгами и бородами прямо как у Пола Баньяна [86] .

С другой стороны, эти парни вряд ли попросят кого-нибудь выйти, и уж тем более не выведут под руки. Приглашенные были в формате Софи, на восемьдесят процентов женщины-болтушки с такой активной жестикуляций, что за их руками уследит не всякий профессиональный боксер.

Ново чувствовала себя мухой в чашке с вишисуазом [87] … и когда она шла по ресторанной зоне, то привлекала столько же внимания. На нее смотрели все милашки в красивых платьицах, их взгляды варьировались от «кто пустил Вот Это сюда?» до «Господи помилуй!», в зависимости от уровня стервозности по шкале «Дрянных Девчонок» [88] .

Она нашла сестру среди своих единомышленников-интеллектуалов за рядом столов, выставленных у танцпола.

Их было достаточно, за дюжину — ничего удивительного. Королеве нужна свита.

Когда Софи увидела ее, то сразу окинула взглядом расположение мест за столом. Потом посмотрела на девушку, сидевшую у правой руки, словно набираясь сил. Когда женщина, очень похожая на старую-добрую Линду Картер [89] , кивнула и сжала ее плечо, Софи отложила салфетку на стол и поднялась.

Ее улыбка была яркой и фальшивой как вставная челюсть.

— Ново, я тааааак рада, что ты пришла!

Она словно обняла пуховку для пудры, и когда отступила назад, цветочный аромат парфюма сестры задержался на коже ее куртки, словно ее макнули головой в клумбу с лилиями.

— Я заняла тебе место. Вот здесь.

Ново посмотрела в конец стола. Там осталась пара свободных мест, и Ново могла поспорить, что это сделано специально.

— Спасибо.

Позоришь себя, Софи, — подумала Ново, направляясь к дурацкому стулу.