Чтение онлайн

– Кристи? Как она? Откуда ты знаешь о нашей ссоре? Она в порядке?

– С ней все хорошо. Когда ты пропал, твои родители первым же делом позвонили Кристи. Она сказала, что вы поругались перед игрой.

Я снова перебил дядю:

– Поругались? Она сказала – просто поругались, а больше ничего?

– Вроде бы нет, просто поругались. А было что-то ещё?

Неприятные воспоминания вновь навалились на меня приступом тошноты. Я крепко сжал зубы и опустил взгляд, стыдясь посмотреть дяде в глаза.

– Сэмми, я хочу тебе помочь. Если есть ещё что-то, о чем я должен знать – расскажи мне. Я не стану тебя ругать.

Я попытался ответить что-нибудь, но все слова разом покинули мою голову. И я просто сидел с приоткрытым ртом, уставившись себе под ноги, будто бы вместо плитки там была какая-нибудь знаменитая картинка средневекового художника.

– Если не хочешь говорить об этом сейчас – ничего страшного. Расскажешь, когда будешь готов.

Я кивнул в ответ.

– В общем, ты сбежал. Уже на следующий день хотел вернуться, но тебе было очень стыдно за свой побег. Этого, конечно, не говори матери – ни один подросток в таком не признается. Это тебе информация для размышления, чтобы, так сказать, лучше вжиться в образ. Все это время ты жил у друзей и знакомых, которых твоя мама не знает, их имена придумаешь сам. Главное, что не где-нибудь в подворотне. И вот долгожданный финал – как я тебя нашел и почему ты не можешь вернуться домой. Вчера ты со своими друзьями пошел на чью-то домашнюю вечеринку. Вы там пили, танцевали и веселились на полную катушку. По жалобе кого-то из соседей приехала полиция, и тебя и несколько твоих друзей задержали. Оказалось, что тот, кто организовал вечеринку, не имел никакого отношения к этому дому – он просто вломился туда и незаконно жил несколько дней, пока хозяева отдыхали на Барбадосе. Ты, естественно, ничего не знал и вообще не дружишь с этим парнем. Если спросят – его знал знакомый знакомого твоего знакомого, а сам ты с такими отморозками не водишься. В общем, ты ни в чем не виноват, но в полиции тебе с друзьями предъявили обвинения в незаконном проникновении, порче имущества и всем

прочем в таком духе. И тут тебе страшно повезло – судья оказался моим старым другом, и он согласился не портить твое личное дело уголовной статьей. Мы договорились, что ты отработаешь месяц на общественных работах – ну, там мусор будешь убирать или раздавать бесплатный суп в столовой для бездомных. Но отпустили тебя исключительно под мою личную ответственность, и на этот месяц тебе запрещено покидать город. Так что жить ты будешь теперь у меня. Мама, конечно, обязательно навестит тебя, но я думаю, что смогу уговорить её не приезжать хотя бы в течение недели – мол, пока тебе очень стыдно за то, что ты натворил, и встреча с ней будет для тебя лишним стрессом. Дядя остановился и сделал ещё пару глотков Бладберри.

– Уяснил?

– Угу.

– По идее, отец уже рассказал эту историю твоей маме, так что сейчас я позвоню тебе домой и подтвержу его слова. А затем мама наверняка захочет поговорить с тобой. Ты как? Сможешь убедительно сыграть свою роль? Говори поменьше и побольше вины в голосе.

– Постараюсь.

Дядя допил свою бутылочку Бладберри, поставил её на стол и похлопал меня по плечу.

– Пошел звонить.

Он ушел в свою спальню, дверь в которую находилась на другом конце гостиной, напротив стола с компьютером. Я взял пустую бутылку Бладберри и стал нервно катать её по столу между ладонями. Через несколько минут дядя вернулся, держа в руке мобильный телефон и закрывая пальцем отверстие микрофона.

– Готов?

Я пожал плечами и взял мобильник. Посмотрел на него какое-то время, сглотнул, ощутив, как в горле назревает нервный ком, и, наконец, поднес телефон к уху.

– Да, мам, привет…

Я нажал кнопку окончания вызова и положил мобильный телефон на стол перед дядей.

– Договорил? Всё в порядке?

– Ну, мама, конечно, сразу же ударилась в слезы, но в принципе все более-менее нормально.

– Вот и ладненько. С мамой утрясли, теперь можно поговорить о том, как мы вместе с тобой будем жить.

– Вроде того, что я должен делать здесь уборку каждое воскресенье и нельзя громко слушать музыку?

– Нет, скорее поговорим о том, чем ты вообще будешь заниматься как минимум ближайший месяц. Для начала ты вернешься к своему школьному обучению.

Я собирался возразить, но Майк поднял указательный палец вверх и продолжил:

– Но будешь делать это на дому. Завтра я съезжу в твою школу и договорюсь, чтобы тебя перевели на экстернат – возьму твои учебники и задание на год вперед. Нечего тебе тут расслабляться! Вампиризм вампиризмом, а образование, хотя бы среднее, нужно каждому.

– И я прям сам в одиночку буду учиться? Без учителей? Да я ж вроде бы не вундеркинд, я так не смогу!

– Ты уже знаешь, что мы с тобой и нам подобные сильнее и быстрее людей. Так вот ты удивишься, но мы так же и примерно в такой же степени умнее людей. Наши мозги работают быстрее, а память способна хранить куда больший объем информации. Так что ты справишься. К тому же, у нас в Ордене есть замечательный педагог, который в случае чего сможет помочь тебе с любыми уроками. Она же ответит и на все твои вопросы о природе вампиризма.

– «У нас в Ордене»? У вас там какой-то рыцарский кружок кройки и шитья что ли есть? Тамплиеры или как их там в Индиане Джонсе называли?

– Что-то вроде того. Как я уже говорил тебе, вампиров много, некоторые из них плохие, некоторые хорошие – как мы с тобой. Большинство дневных вампиров живут самой обыденной жизнью – у них есть постоянная работа, семья, дом в пригороде, за который нужно ещё десять лет выплачивать ипотеку, и все в таком духе. Но, как и у любой другой социальной, культурной или расовой группы, у вампиров есть и свои организации. У рабочих – профсоюзы, у байкеров – клубы, у афроамериканцев – Национальная ассоциация содействия прогрессу цветного населения, а у дневных вампиров – Орден Стражников Ночи.

– Название крутое! А у вас есть какое-нибудь особое тайное рукопожатие или фирменные цвета? – попытался сыронизировать я.

– Ага, и герб, и гимн, и собственная торговая марка, – улыбнулся в ответ Майк. – У нас вроде бы есть какая-то древняя эмблема и что-то вроде устава, написанного ещё на латыни, но мы не заморачиваемся особо внешней атрибутикой – мы же тебе не Католическая церковь. Нам главное суть нашего Ордена, то, чем мы занимаемся, а не то, насколько круто мы выглядим.

– И чем занимается ваш Орден?

– Разными вещами. Производим Бладберри, поддерживаем связь между дневными, разрабатываем различные необходимые для вампиров вещества и препараты, которые ты не купишь в простой аптеке. Например, у нас есть особый солнцезащитный крем с длительным эффектом – помазался раз, и целую неделю можешь ходить под солнцем, как обычный человек. Также мы занимаемся поиском и обучением молодых вампиров, таких вот, как ты. Поверь мне – ты далеко не первый парнишка, который в один прекрасный день проснулся утром и вместо новых волос на груди обнаружил парочку гипертрофированных клыков. Большинство из них так же не знают, что делать и куда деваться, и чаще всего совершают какие-нибудь глупости. Ты, кстати, далеко не худший пример.

– Вы занимаетесь обучением? Меня будут чему-то учить ещё помимо школьной программы?

– О да! И многому! Например, как контролировать свои силы или держать в узде собственные клыки. Тебе понравится! В программу входят единоборства, стрельба и прочие крутые штуки!

– Типа каратэ или дзюдо?

– Типа всего сразу. Ты вампир – боевые искусства даются нам лучше всего, ведь здесь работает и тело, и мозги. На то, чтобы изучить в совершенстве какой-нибудь один стиль, у человека уходят долгие годы. Ты же, в свою очередь, за пару месяцев сможешь овладеть навыками джиу-джитсу на уровне олимпийского чемпиона. У нас очень крутой тренер – по слухам, он в совершенстве владеет абсолютно всеми известными науке видами боевых искусств.