Чтение онлайн

Бэсси начала раскладывать по тарелкам спагетти в соусе с фрикадельками. Гик продолжил объяснять мне происходящее:

– Вообще нам, вампирам, человеческая еда как бы без надобности, но Бэсси готовит очень вкусно, к тому же, в каждом её рецепте обязательно содержится необходимое нам количество Бладберри. Она варит его по собственным рецептам, так что каждый раз вкус получается разный. Вот этот соус в спагетти наверняка из Бладберри. А ещё она готовит из него разнообразные напитки, тоже очень вкусные.

Каждый, включая меня, получил свою щедрую порцию спагетти, а по бокалам была разлита какая-то жидкость темного цвета. Я уже было приготовился начать трапезу, как раздался тихий звон – это дядя постучал вилкой по бокалу:

– Минуточку внимания. Я бы хотел произнести тост за нового члена Ордена и поприветствовать его в наших чертогах. Сэм, несмотря на все то, через что тебе и твоим близким пришлось пройти за эти дни, я все равно очень рад сегодня видеть тебя среди нас. Уверен, что все присутствующие разделяют мое мнение. Давайте выпьем за то, чтобы сегодняшний день стал началом новой, куда более радостной и беззаботной жизни для моего любимого племянника. За тебя, Сэм!

Все подняли бокалы и дружно чокнулись, повторяя «За Сэма!». Я почувствовал, как мои щеки начинают краснеть.

– Мм, Бэсси, что за дивный напиток ты намешала нам сегодня? – спросила Ли.

– Я назвала это «Удар красного быка»: водка, Бладберри, говяжий бульон, лимонный сок, соль, перец, «Табаско» и «Вотчестер».

– Ну что, Сэм, папка, небось, не поил тебя коктейлями с водкой на ужин? – Майк улыбнулся. – Впрочем, и я это делаю исключительно потому, что алкоголь не наносит никакого вреда нашим организмам.

– Зато делает нашу мочу огнеопасной! – Лесоруб разразился громогласным смехом, снова напомнив мне сказочного великана.

Шутка оказалась заразительной, и вскоре смеялись уже все. Все, кроме Рэтла. Его лицо оставалось каменным. С такой пуленепробиваемой рожей, наверное, отлично играть в покер.

– А он не шутит, – пытаясь подавить в голосе остатки смеха, сказал Майк. – Мы с Лесорубом как-то ехали по шестьдесят шестому шоссе и в Нью-Мексико свернули куда-то не туда. Оказались на жуткой каменистой дороге, даже скорее на какой-то тропе, ну и пробили колесо. Поменяли на запаску, проехали ещё мили две и, естественно, пробили и запаску. Место глухое, связи нет, а вокруг уже темнота сгущается. Что делать? Увидели мы где-то вдалеке огонек – ну, думаем, хижина какая-нибудь или ещё чего – надо проверить, вдруг помогут. Дошли. Оказалось, это огонек от костра, а вокруг него три мужика сидят. Они сказали, что охотники, но что-то я ружей не приметил. Думается мне, ребята наркокурьерами были – граница-то с Мексикой совсем рядом. Спросили мы про шиномонтаж, говорят – есть тут в паре миль что-то типа мастерской, но по темноте туда добраться не получится. Курьеры или нет, парни оказались дружелюбные, хотя, может, просто рожи Лесоруба испугались и решили его задобрить, – Майк похлопал по плечу сидящего рядом друга. – В общем, пригласили они нас посидеть у костра – сосисок пожарить, текилки попить. Мы, конечно, не стали отказываться – все веселее, чем в машине до утра сидеть. Хорошо так сидели, байки какие-то травили, а потом Лесорубу само собой захотелось поприкалываться. Все мы, наверное, хотя бы раз так делали. Решил он поспорить с людьми, что сможешь их перепить. Габариты соперников были неравные, поэтому предложил спорить сразу со всеми тремя – то есть они каждый по стопке, а он три разом, они снова по стопке, а он три залпом. И так пока останется только один. Забились на сотку баксов. Двое ухлопались со стопки седьмой, наверное, а один всё не унимается – крепкий мужичонка, в летах уже, но с шикарными такими усищами, только что сомбреро на макушке не хватает. Пьет себе и пьет, пьяненький уже, но даже не шатается. Тогда Лесоруб говорит: «Давай мгновенную смерть – пьем одновременно из горла, и кто первый отрубится, тот и проиграл». Сговорились, открыли две новые бутылки. Пьют. Мужик тот сидел на дереве поваленном, так он пьет и бутылку все вверх поднимает, чтобы быстрее текло, и голову при этом назад все откидывает. Пьет он так, пьет, бутылку поднимает, голову наклоняет и бац – упал назад. И все – кома! Бутылка в сторону полетала, а он ручки, ножки звездочкой раскинул по сторонам. Ну, думаю, доигрался Лесоруб – споил человека насмерть! И тут усатый как захрапит! Я чуть с места не подпрыгнул, такого он баса выдал!

– А не слишком ли много текилы у курьеров с собой было? – произнес Рэтл.

Его голос оказался столь же бесконечно спокойным, как и лицо, но в том, как он произносил слова, была какая-то излишняя жесткость. Наверное, это были остатки его русского акцента.

– Да ну тебя, я тут историю рассказываю!

Майк взял со стола кусок хлеба и бросил в Рэтла. Тот поймал его чрезвычайно ловко, даже для вампира. Вот его рука ковыряется вилкой в груде спагетти, а вот она же через сотую долю секунду ловит хлеб в дюйме от лица. Я ожидал, что каменное выражение сейчас рухнет, и из-под него вырвется улыбка или хотя бы самый уголок рта чуть-чуть приподнимется, но нет – физиономия Рэтла осталась все такой же пуленепробиваемой.

– Так к чему я всё это рассказывал! Мужики очухались от алко-комы часов в семь утра уже и согласились проводить нас до той самой мастерской. Только надо, говорят, костер потушить да землей закидать, чтобы следов нашей ночевки не осталось. Я ж говорю – наркокурьеры они, нафига им иначе так следы свои скрывать? Ну, Лесоруб и вызвался это сделать, да в лучших традициях скаутских турпоходов – помочившись на огонь. А выдул он почти две бутылки текилы, и, думается мне, в ней градусов было все шестьдесят, так как пойло явно кустарное. Встал он, значится, к костру передом, к нам задом, расстегнул ширинку и тут бабах! Во все стороны полетели искры! Струя – чистая текила, загорелась хлеще бензина! Огонь вспыхнул так, будто в него напалма плеснули! Лесоруб орет, а остановиться не может – трясет прибором во все стороны словно огнеметом! Мексиканцы все на измене – наверное, подумали, что спились окончательно, и белая горячка уже началась. А меня ржать проперло – валяюсь на земле, держусь за живот и ничего поделать не могу.

Дядя зашелся смехом. Лесоруб уже лежал, упершись лицом в стол, а его гогот сотрясал близлежащие тарелки и столовые приборы. Все остальные тоже смеялись во весь рот. Бэсси утирала слезы, а Гик издавал какие-то странные звуки, походившие на поросячий визг. Я тоже ржал что было сил.

– Так…, – Ли пыталась сдержать смех. – Так… так чем дело-то закончилось?

– Спасибо усачу – догадался потушить Лесоруба одеялом. Обошлись даже без ожогов на его «топоре», – Майк снова заржал.

Вторая волна смеха прокатилась по столу. Придти в себя все смогли только через пару минут. Все, кроме Рэтла. Все время, пока дядя рассказывал свою историю, а после умирал от смеха вместе с остальными, он спокойно ел спагетти, равнодушным взглядом озирая происходящее.

После истории о приключениях Лесоруба, беседа за столом пошла по накатанной. Все по очереди рассказывали какие-то байки из своей жизни, много смеялись. Даже я под конец поведал о том, как вцепился в кусок мяса дома на кухне, а потом своротил раковину и чуть не затопил всю ванную комнату. Один из самых страшных моментов в моей жизни, тот первый раз, когда я осознал, что внутри меня живет монстр, теперь показался лишь забавной историей, которой можно вот так запросто поделиться в разговоре за ужином. Ведь я был среди таких же, как я, тех, кто понимает меня, тех, кто не станет осуждать и уж тем более бояться.

В тот день мы просидели за столом до часу ночи. Тогда я и осознал, что Орден – это не просто какая-то некоммерческая организация взаимопомощи вампиров, а самая настоящая семья. И если постараться, я могу стать её частью.

В ту ночь Майка разбудил какой-то странный шум. Он появлялся и снова исчезал, словно бы кто-то ходил по дому, пытаясь остаться незамеченным, но это у него не очень-то хорошо получалось. Не то чтобы Майк верил, что вор или ниндзя-убийца проник в квартиру, но годы службы в Ордене Стражников Ночи научили его тому, что осторожность никогда не бывает излишней.

Первым делом он запустил руку под кровать и достал оттуда пистолет Glock 22, уже снабженный глушителем. Безопасность – прежде всего, но в его положении не стоит привлекать внимание соседей и полиции выстрелами посреди ночи. С оружием в руке Майк встал с кровати и на цыпочках приблизился к двери в свою спальню. Держа пистолет на изготовке, он приложил ухо к стене рядом с дверным проемом. Человек, неопытный в подобных делах, скорее всего, прижал бы голову к самой двери, но в таком случае всегда есть шанс получить удар, когда злоумышленник попытается выломать её, а то и пулю, если противник окажется более осторожным. К тому же, межкомнатные перегородки тонкие, и слышно через них не хуже, чем через саму дверь.

Майк снова уловил странные звуки. Едва слышные, человеческое ухо, возможно, вообще не смогло бы их распознать, но только не чуткий слух вампира. Шум явно раздавался не за стеной, а где-то дальше. Майк медленно открыл дверь и, держа пистолет перед собой, вышел в гостиную. Передвигаясь так, чтобы захватить в зону поражения все углы комнаты, глава Ордена Стражников Ночи обследовал помещение. Пусто. Никаких наемных убийц мафии в дорогих итальянских костюмах или ниндзя в традиционном маскировочном облачении синоби-сёдзоку здесь не было. Майк замер на мгновение. Звуки исходили со стороны входной двери в квартиру. Он прошел вперед и вдруг остановился – шум раздавался не от входной двери, а от двери в гостевую спальню, которая теперь стала комнатой Сэма.