Кровавое наследие
Шрифт:
– Сэр, - обратился он в непривычной, чересчур официальной, манере, - вы повздорили с Крептоном?
Так значит, мой потрепанный вид навел Энтони на мысль о драке? Он решил, что я такой явился со свадьбы? Я про себя усмехнулся, дивясь рассуждениям дворецкого.
– Нет, - покачал я головой и перевел взгляд с огня на Энтони.
– Конрад отличный парень.
– Я грустно улыбнулся.
– Он просто увел мою девушку, а вчера состоялось бракосочетание.
– Вы слишком много выпили?
– продолжал допытываться Энтони, взгляд которого стал еще пристальнее.
– Нет, - повторился тот же ответ.
– Я не притрагивался ни к еде, ни к напиткам, и трезв как стеклышко.
Дворецкий не поверил - это было ясно по глазам - и я подумал, что его разбирает любопытство. Хочет услышать подробности? Что ж, изволь. Я рассказал всё без утайки и получил ожидаемый результат: удивление и недоверие Энтони усилилось многократно. Он только пальцем у виска не покрутил, что означало бы полное моё умопомешательство. Вероятно, дворецкий еще сохранил частицу уважения к знатной фамилии.
– Что скажешь на это?
– поинтересовался я, закончив рассказ о гигантской собаке. Мне было важно услышать независимое мнение.
– Я думаю, - немного помедлив, проговорил Энтони, - вы перебрали алкоголя.
– Поймав мой сердитый взгляд, дворецкий тут же взялся за оправдательную речь.
– У вас были на то веские причины: свадьба Маргарет. Ваше с ней расставание, а затем последующий ее брак с Конрадом - всё произошло слишком быстро.
– Кажется, ты прав, - кивнул я, вновь уставившись на огонь.
А что я еще мог, кроме как согласиться с Энтони?! Утверждение относительно собаки ни на чем не основывалось и выглядело голословным. У меня не было доказательств, разве что кровь на рукаве. Но что значит кровавый след, если на теле отсутствует рана? Уж наверняка не нападение волка немыслимых размеров.
– Вы, правда, согласны с моей версией?
– удивился дворецкий.
– Даже спорить не будете?
Надо сказать, что я, вообще-то, упрямый, если не заявить - непробиваемый. Энтони частенько говорил, что эта черта ярко выражалась в покойном графе. Я же, судя по портрету, был практически копией отца. Ничего странного нет в том, что я унаследовал его нрав. Но в этом конкретном случае, с юридической точки зрения, рассуждения дворецкого были гораздо логичнее, нежели мои.
– Конечно, ты прав, - подтвердил я.
– А у меня случилось помутнение рассудка.
Энтони снисходительно улыбнулся: он услышал то, что хотел. Просто у меня не возникало никакого желания вступать в спор и доводить себя до исступления, доказывая свою правоту. Но лично я ни на миг не усомнился в здравости ума. На торжестве я не пригубил ни бокала, не попробовал ни капли спиртного; горе было не настолько велико, чтобы рехнуться. Нет, гигантская собака не была галлюцинацией! Я знаю: она меня укусила! Я ощущал жгучую боль от клыков хищника. Это НЕ МОГЛО быть сном!
Тепло камина и шерстяного пледа прекрасно справилось с намеченной задачей: я согрелся. Теперь желудок вновь напомнил о голоде, и не было причин его игнорировать.
– Энтони, - как можно вежливее обратился я, - будь любезен приготовить завтрак.
Я не хотел эксплуатировать старого дворецкого, но за годы жизни так и не научился даже яичницу жарить без добавления туда скорлупы. Что уж говорить о других, более сложных кулинарных произведениях? В этом плане я был беспомощен, словно малый ребенок.
– Разумеется, - откликнулся Энтони.
– Я думал, что мы устроим грандиозный пир по случаю дня рождения. Хотите кого-нибудь пригласить на праздничный ужин?
– Не знаю. Кажется, я слишком устал от торжеств.
Я отмахнулся от предложения, сославшись на утомленность. На самом деле вчерашнего раута у Конрада и Маргарет мне хватило с лихвой. Я бы вряд ли пережил еще одно веселое людное мероприятие. К тому же, я не хотел праздновать день рождения, на который и позвать-то некого. Во время учебы в Гарварде я не приобрел близких друзей, зато вдали от дома успел растерять школьных приятелей. В Чикаго у меня было лишь несколько хороших знакомых, но приглашать их в дом желания не возникало. А зачем звать коллег по работе? Неужели для того, чтобы выслушивать их неискренние поздравления? Может, пригласить чету Крептон? Как-никак не чужие люди, саркастично подумал я. Супруги - одни из немногих, с кем я поддерживал связь, которая теперь, после свадьбы, разорвется. Я цинично общался с Конрадом после ухода к нему моей девушки, втайне надеясь на их разлад. Разрыва не произошло, зато они поженились. Ждать больше нечего. Действительно, почему бы не постараться наладить с ними отношения?
– Энтони!
– Я окликнул дворецкого. Я ведь не успел сказать, что хочу на завтрак.
– Приготовь стейк, пожалуйста.
– Энтони уже продолжил путь, когда я крикнул ему вдогонку: - С кровью!
Высказав гастрономическое пожелание, я вдруг испугался. Ведь я терпеть не могу слабо прожаренное мясо! Еще вчера я содрогнулся бы от отвращения при виде бифштекса с кровью, а сегодня я претерпевал удивительные метаморфозы. Но разве вкусы способны так стремительно меняться?
А вдруг во всём виновата собака? Бог знает, какой болезнью я мог заразиться! Что, если она носила в себе страшный вирус? Вдруг сейчас внутри моего организма происходят необратимые разрушения, а сам я вскоре умру!
Несмотря на отличное самочувствие, жуткие предположения зародили беспокойство, почти панику. Я заметил подозрение, с которым дворецкий взирал на меня - он хмурился. Неужели это - реакция на простую, казалось бы, просьбу относительно приготовления стейка? Согласен: мясо с кровью не входит в число моих пристрастий, но удивляться-то так зачем? Однако Энтони и не удивился, а скорее просто-напросто насторожился.
– Может, шторы открыть?
– ни с того ни с сего спросил он, окидывая меня изучающим взглядом.
– Пусть солнечные лучи осветят комнату.
– Нет, спасибо. Мне хватает огня.
Складки меж бровями старика стали жестче, будто ответ вызвал более сильное подозрение. Его глаза сузились в щелки, внимательно рассматривая меня. В чем же он намеревался меня уличить, в чем подозревал?
– Как вы себя чувствуете?
– осведомился вдруг Энтони с едва уловимой опаской в голосе.
– Одеревенения не ощущаете?
Какие странные, несогласованные друг с другом фразы! Какой пытливый тон и недоверчивый взгляд! Я, похоже, перестал его понимать. Заботливый Энтони не был на себя похож. Что с ним случилось? Какая муха его укусила? Он говорил и действовал с нарочитой осторожностью, будто собирался вывести преступника на чистую воду. Вероятно, невзирая на отрицание нападения, дворецкий усмотрел во мне нечто, чего я сам пока не заметил. Что ж, быть может, не только он сегодня изменился, но и я!
– Я превосходно себя чувствую, - слегка нервничая, ответил я.
– Долго мне еще придется ждать свой завтрак?
– Уже иду, - буркнул дворецкий и мигом скрылся на кухне.
Вероятно, он обиделся. Думаю, следовало говорить с дворецким более спокойно и вежливо, уважая его старость. Энтони и в прежние времена проявлял чудаковатость, например: настаивал на том, чтобы я не выходил из своей комнаты по ночам, и даже повесил на дверь моей спальни огромное зеркало, которое, якобы, отпугнет всякую нечисть и не пустит зло внутрь комнаты. Особо строжайшую форму этот запрет приобретал дважды в году: ночь с 21-го на 22-е ноября и следующую, после моего дня рождения. В это время я всегда слышал шаги в коридоре, но ни разу не решился выглянуть и тихонько сидел в спальне. Даже когда повзрослел и страшилки старого дворецкого о нечистой силе перестали меня пугать, я всё равно не выходил из комнаты после наступления темноты. Привычка - сильная вещь! Интересно, сегодня по коридору кто-нибудь будет бродить?