Чтение онлайн

Судя по всему, это Брэйва не убедило.

— Да пусть попробуют! — воинственно ответил рыцарь. — Я уже всё продумал. Я буду светить лицом и трепать языком. Кромор — писать сценарии.

— Чего? Сценарии?

— Вот помнишь наше путешествие в Товир? Где мы столкнулись с этим пупсом уродливым? Вот Кромор облачит эту историю во что-то красивое.

— Кхм-кхм, — прокашлялся колдун. — И я храбро не дрогнул перед чудовищем. Его злобный рык сотрясал землю, а нутро жаждало крови. Ведомый праведной яростью и желанием выжить, я бросился на уродливого малыша и вонзил клинок в гниющую правую ногу.

— Во! Красавчик! — Брэйв постучал Кромора по плечу. — Намтик будет модератор. Боец, скрывающийся в глубинах чата и выкашивающий хейтеров модераторским клинком.

Намтик одним неуловимым жестом извлёк призрачную катану, а другим ловко отрубил голову невидимому хейтеру.

— Отлично. А я буду отдыхать и смотреть за вами со стороны, — уверенно ответил Вилл. — Не хватало ещё, чтобы…

Вилл замер. По всему телу пробежала лёгкая дрожь. И вновь. И ещё одна волна заставила тело поёжиться.

— Чего… — произнёс Вилл, но снова замер. Изо рта вырвался лёгкий клубок пара.

Что-то нежное и холодное дотронулось до носа. Вилл потрогал его, и на палец аккуратно приземлилась снежинка, которая за секунду растаяла на мягкой подушечке. Вилл вновь поднял голову к затянутому небу, ощущая, как холод зловеще сковывает всё тело. Пошёл снег, вот только за все долгие месяцы игры он не выпадал нигде, кроме немногих снежных локаций.

Тяжёлые бархатные портьеры на окнах не пропускали ни лучика света извне, из-за чего королевский зал напоминал логово хищного зверя. Ещё больше зловещих ноток добавляли сотни люстр и факелов, которые играли с тенями и словно вдыхали в них новую жизнь. Несмотря на то, что зал был заполнен Призванными и жителями королевства, было необычайно тихо. Взгляд нескольких десятков пар глаз был прикован к двум мужчинам, грубо поставленным на колени внутри тёмно-багрового круга прямо посреди королевского зала. Выставленные в ряд двадцать окаменелых фигур смотрели на двух мужчин со страхом, и казалось, что если бы в зале было ещё тише, можно было бы услышать, как от страха стучат их зубы.

— Вам есть что сказать? — прозвучал низкий, словно гул из глубин тёмной пещеры, голос, от которого по спине побежали мурашки.

Один из мужчин гордо поднял голову. Его руки были настолько мускулисты, что казалось, при желании он легко разорвёт связывающую их ткань. Из сломанного носа сочились капли крови, падающие на кожаный фартук. Кузнец с ненавистью взирал на кого-то, кто был скрыт за огромной колонной.

— Да. Я жалею, что ни один из выкованных мною мечей не снёс твою гнилую голову. Пока не снёс.

Стоящий немного позади мужчин Призванный сделал шаг, намереваясь пнуть кузнеца в голову, но за колонной отдали приказ не делать этого.

— Забавный, — произнёс владелец низкого голоса. — А ты, торгаш? Удивишь меня чем-нибудь?

Избитый торговец в испачканных кровью рваных одеждах наклонился так низко, что широким лбом коснулся кровавого круга.

— Я не хотел! — истерично прокричал он, поднимая окровавленный лоб. — Меня заставили! Они меня шантажировали! Грозились перерезать всю семью, даже годовалого сыночка. Прошу…позвольте мне всё исправить! Я стану честным слугой!

Последние слова торговец и вовсе провизжал.

— Короб, что скажешь? — обратился к кому-то низкий голос.

— Перерезать их. Мы нашли партию оружия, среди которых были кинжалы отличной работы. Вспороть каждому брюхо и дело с концом.

Вооружённый Призванный, стоящий за спиной двух пленников, кивнул и вышел из зала, словно ему отдали приказ. Торгаш дрожал, как лист, который вот-вот вырвет сильный порыв ветра. Кузнец же держался гордо и не опускал головы. Наконец, высокий Призванный вернулся, но уже со стальным кинжалом в руках. Изогнутый клинок будто тянулся к широкому кровавому кругу.

— Хочешь послужить мне, торгаш? — бесстрастно спросил голос. — Начнём с малого. Муха. Развяжи ему руки и дай кинжал.

Лезвие кинжала, тускло блеснув в свете множества факелов, скользнуло по грубой ткани и с глухим звуком разрезало её. Торгаш, ошеломлённый и растерянный, не сразу осознал свою свободу, и какое-то время так и сидел с заведёнными за спину руками.

— Убей кузнеца, — равнодушно произнёс голос, словно речь шла о забое домашнего скота. — И я…

Закончить голос не успел. С диким рёвом, эхом отразившимся от каждого уголка королевского зала, торгаш схватил кинжал и набросился на кузнеца. Суровый взгляд, с которым пленник гордо смотрел на своих поработителей, изменился. В глазах кузнеца мелькнуло удивление, смешавшееся со жгучей обидой и горьким непониманием. Эти чувства так и застыли во взгляде, пока торговец наносил один роковой удар за другим. Тёмно-красный круг снова окропила кровь. Бездыханное тело кузнеца лежало в самом его центре, а обезумевший торгаш смотрел на залитые кровью руки.

— Надо же, я даже закончить не успел, — впервые в ровном голосе проскользнула нотка удивления.

— Я готов перерезать глотки всех этих предателей! — завизжал торгаш, воинственно размахивая окровавленным кинжалом.

— Ценю такое рвение. Считаю, что его нужно поощрить.

— Спасибо, я…

Теперь уже закончить не успел торговец. Стоящий за спиной Призванный обнажил длинный меч, по клинку которого мягко разливалось тройное нежно-белое, ярко-зелёное и ночное-чёрное сияние, и вонзил его в спину. Клинок вошёл настолько глубоко, что его треть вышла из живота. Торговец издал жалобный звук, и его мёртвое тело свалилось на бездыханное тело кузнеца.

— Смотрите, — судя по тому, как поёжились стоящие в ряд фигуры в золотых ошейниках, взгляд обладателя голоса был обращён на них. — Такова судьба предателей, и так будет с каждым, кто решит повторить их глупость.

Словно выждав, пока два мёртвых тела щедро зальют своей кровью большой круг, к ним подошли двое вооружённых до зубов Призванных и грубо оттащили их в сторону. Один волок торговца за ногу, а другой, более крепкий и с лицом, на котором отпечатали все оттенки злости, небрежно взял мёртвого кузнеца за волосы. Тела оставляли за собой широкий кровавый след, и к двум полосам подскочили несколько мужчин и женщин в рваных серых одеждах и тусклыми ошейниками из бронзы. Упав на колени, они изо всех сил затирали кровь тряпками, и судя по тому, как легко оттиралась кровь, эти тряпки были зачарованы. Женщина с вырванным клоком светлых волос неосторожно протёрла слишком близко к кровавому кругу, за что один из Призванных жёстко пнул её по голове. Трясущиеся от страха жители в золотых ошейниках покинули королевский зал в сопровождении нескольких бойцов в тяжёлых доспехах, каждый из которых держал в руке меч или небольшой одноручный топор.

Сигил смотрел на кровавый круг со смешанными чувствами. С одной стороны было жаль двух убитых мужчин, которые не побоялись бросить вызов новому правителю и другим Призванным. Они захватили власть в королевстве насильственным путём, и далеко не всем это пришлось по душе. Несогласные ушли в тень и назвали себя Освободителями, цель которых свергнуть незаконного правителя и освободить родные земли от Призванных. С другой стороны, храбрость и глупость часто идут рука об руку. Ремесло разрушителя печатей не терпит даже возможности ошибиться, и при малейшем подозрении на неудачу лучше отложить взлом или вообще не прикасаться к печати. Здесь всё наоборот. Храбрые мужчины примкнули к Освободителям — кузнец ковал оружие, а торговец через свои сети поставлял его бунтовщикам. Понимали ли они, что вероятность их победы настолько мала, что её трудно рассмотреть даже через увеличительное стекло? Сигил бросил взгляд на длинный посох, надёжно сокрытый за большим стеклянным кубом.