Чтение онлайн

Жара ударила мгновенно, воздух был густым, пропитанным паром и металлическим запахом. Огромные медные котлы возвышались по краям, трубы оплетали стены, как металлические лианы, клапаны шипели, выпуская струи пара. Не теряя ни секунды, Вилл рванулся к каменным ступеням, что круто уходили вниз в темноту. Наконец, показался знакомый коридор, проходящий сквозь переплетённые шестерёнки и вращающиеся колёса. Скрежет металла заполнял пространство гнетущим фоном. Спешка едва не сыграла злую шутку — нога едва не наступила на ловушку. Сердце ухнуло вниз, и пришлось немного замедлиться, внимательно следя за каждым шагом и молясь, чтобы не появилась временная аномалия.

Становилось всё темнее, и наконец коридор вывел туда, где раньше стояла Кровавая печать. Теперь её не было, только слабое фиолетовое мерцание на полу. У стен сидело около десяти человек, все в лужах крови, раненые, обессиленные.

— Грийс? — узнал Вилл одного из них.

Грийс выглядел ужасно. Суровое лицо, изрезанное старыми шрамами, теперь было бледным, покрытым свежими порезами и ссадинами. Правая рука безвольно висела вдоль тела, одного пальца не хватало. Тёмные кудри слиплись крови, взгляд был тяжёлым, уставшим, почти пустым.

— Вилл… Это ты… — прошептал Грийс, и кровь на его губах пузырилась с каждым словом. — Мы… мы не смогли… Нас разбили… всех… Он нас разбил… Эрайза… моих ребят… всех…

— Ждите, всё скоро закончится, — решительно сказал Вилл и шагнул сквозь слабую фиолетовую линию.

Всё выглядело ровно так же, как и в прошлый раз — огромное пространство, гигантские механизмы по краям, в самом дальнем конце виднелся рычаг. Зал пустовал, но стоило сделать несколько шагов к центру, как из глубокой тени отделилась фигура.

Щуплый, почти хрупкий человек в выцветшей до пыльно-серого оттенка мантии двигался с той же механической плавностью, что и раньше, и круглые очки с треснутой линзой отражали слабый свет. Механический глаз за повреждённым стеклом вращался медленно, бесстрастно, а второй, живой, налился кровью, зрачок сузился до крошечной точки. Котрод не сказал ни слова, даже не поднял посох, но по телу прокатилась новая волна страха. Вилл загнал её как можно глубже, сделал шаг. Второй. Третий.

Вдруг в системном чате появилось простенькое уведомление.

Проверка.

Системный квест Кровавого целителя выполнен.

Вилл сделал ещё один шаг — и замер. Дрожь прокатилась по телу очередной волной, от макушки до кончиков пальцев на ногах. Страх схватил за горло ледяной хваткой. Разум был уверен, что когда придёт этот момент, волнение отступит, страх развеется, ведь решение уже принято, всё уже сделано, и останется сделать лишь шаг. Но нет. Разум обманывал себя. Он успокаивал себя сладкими речами, что это будет «потом, когда-нибудь потом». Но теперь не было никакого «потом». Осталось сделать несколько последних шагов. Вилл попытался заставить себя двинуться дальше, но ноги предательски не слушались.

«Иди же, тряпка», — рычал на себя Вилл, но вместо того, чтобы шагнуть вперёд, тело отступило. Страха стало ещё больше. Он накатывал, вновь и вновь, бил своими самыми сильными скиллами. Остатки самообладания грозились треснуть и рассыпаться на миллиарды осколков.

Но тут в голове вспыхнул спасительный образ. Грати. Её решительный взгляд, когда она шла к своей смерти — не только игровой, но и реальной. Она боялась, наверняка боялась, но смогла обуздать этот страх, сделать то, что считала правильным. И на фоне её смелости, на фоне её жертвы у него не было никакого права трусить.

Вилл сделал шаг.

Зал дрогнул, словно пространство сжалось, стало чуть меньше. Вилл шагнул ещё раз — и снова зал сократился, превращаясь во что-то более узкое, похожее на коридор. Рычаг был всё ближе. Стоило замереть и попытаться отступить — и перспектива вернулась, зал расширялся обратно. Ещё шаг вперёд — и опять изменения. Котрод, что стоял в тени, начал растворяться, становясь всё более прозрачным, пока не исчез совсем.

Вилл шёл, но с каждым шагом становилось хуже. Ноги стали ватными, подкашивались, словно кости внутри превратились в песок. Зрение замутилось по краям, перед глазами поплыли чёрные пятна. Что-то тёплое потекло из носа. Вилл вытер кровь рукой, но она лилась сильнее, капала на мантию. В груди что-то сжалось, болезненно, будто невидимые пальцы сдавили сердце.

Ещё шаг. Ещё один. Мир плыл, терял чёткость. Дыхание сбилось, превратилось в хриплые, рваные вдохи. Рычаг становился всё ближе. Вилл с усилием сделал ещё один шаг — и упал на колени. Сердце дрогнуло, пропустило удар, ещё один, и остановилось.

Боль в груди вспыхнула, разлилась по всему телу жгучей волной, а затем погасла, оставив только холод. Из груди вырвалась Искра — голубая, с тонкими красными прожилками. Она повисла в воздухе, величественная и живая, а потом вдруг съёжилась, иссохла, потеряла цвет и рассыпалась в пыль. Кровь в венах замерла, перестала течь, руки, что лежали перед глазами, потемнели — вены под кожей почернели, проступили уродливой сеткой, а пальцы посерели, словно жизнь вытекла из них за секунды. Душа содрогнулась, попыталась удержаться в теле, но невидимая сила потянула её прочь, оторвала, вытащила наружу.

Ощущение собственно тела исчезло. Не успел Вилл моргнуть, как перспектива изменилась, и теперь то, что осталось от души, теперь парило в нескольких метрах над землёй. Мёртвое тело лежало в метре от рычага, раскинувшись по полу, как сломанная кукла.

— Вилл! — в наушнике, что торчал из уха мёртвого тела, раздался надрывный крик. — Вилл!

Вилл присел. Взять наушник не получалось — пальцы проходили сквозь него, словно сквозь воду.

— Ау! — надрывался Брэйв. — Вилл! Ты живой?!

После этого вопроса внутри как будто что-то попыталось кольнуть — но сердца больше не было.

— Что с выходом?! Говорят тут вообще треш происходит! — надрывался Брэйв, и в голосе его слышалась паника. — Короче Королева тут взяла кучу пленников и делает с ними хрень какую-то! Сперва уровень обнуляет, какие-то ошейники, берёт всех Призванных в рабство вообще без разбору! Её войска на пути к Северной столице! Заканчивай уже скорее! Чёрт! Парни, мы…

Из наушника раздалось шипение, треск, и связь оборвалась.

— Брэйв! — попытался выкрикнуть Вилл, но говорить было нечему, и пальцы лишь скользнули между наушником и мёртвым ухом, не касаясь ничего.

Вилл поднялся и посмотрел на рычаг. Зал, что сократился до узкого коридора, выглядел совершенно иначе — механизмы застыли, гигантские часовые колёса больше не вращались, а стены окрасились в кровавые тона, словно всё здесь пропиталось смертью. Вилл подошёл к рычагу, и страх шевельнулся в груди. Если нельзя взять наушник, то вдруг нельзя потянуть за рычаг? Но призрачная рука легла на холодный металл.