Чтение онлайн

— Завтра идём? — спросил Брэйв у ребят.

Визор тут же закивал, светясь от радости. А вот лицо Лики было кислым. Она взяла Тобиаса за руку и потащила его к выходу.

— Дальше без нас, — злобно процедила она, даже не поворачиваясь к ним.

Парень обернулся и виновато дёрнул плечом, всем видом показывая, мол, прости, я тут ничего не решаю. Они прошли сквозь мерцающую пелену и покинули сердце. Брэйв, переглянувшись с Етти и Визором, тоже направился к выходу. Единственную попытку на сегодня они потратили, и делать внутри остановившегося сердца было нечего.

Как только они прошли сквозь мерцающую пелену, их тут же накрыла тень исполинского существа. Они оказались снаружи, у подножия живой горы. Издалека она казалась просто скалой, но это тело умирающего громадного существа. Его спина, похожая на горный хребет, покрытая окаменевшей корой, медленно и едва заметно вздымалась и опадала с последними, прерывистыми вздохами. Земля под ногами мелко дрожала — предсмертная конвульсия исполинских мышц. Чертоги Агонии были его внутренностями, а последняя комната — сердцем, которое игроки вновь и вновь останавливали.

Брэйв особо не вникал в лор этого места. Для Лиги были важны лишь технические детали. Внутри Чертогов можно было настроить сложность — выбрать количество боссов и настроить сложность механик. Чтобы выбить топовое количество очков, приходилось выкручивать все показатели на максимум, превращая обычный данж в подобие легендарного подземелья.

— Ты с нами в Сухоречье? — спросил Брэйв у мага.

Тот покачал головой, и его шляпа качнулась следом.

— Не, у меня дела ещё есть, пару квестов надо сделать на сбор.

— А-а-а, ну давай. Поищи толкового дд. Мы тоже кого поищем. Если найдём, то снова попробуем.

«Хотя нормальные люди ходят на скоры одним составом, а не тасуют пачку каждый день», — разочарованно подумал Брэйв, но промолчал.

Мага, казалось, ничего не смущало.

— Окей, спрошу одну девчонку, может пойдёт. Она закрывала хард сложность пару раз, но от скора думаю не откажется. Тем более вы толковые ребята.

Брэйв довольно заулыбался от такой похвалы. Для Етти же, казалось, эти слова были как удар хлыстом.

— Ладно, на связи, — Брэйв аккуратно взял девушку под руку, и они двинулись в противоположную от мага сторону.

Тропа уводила их глубже в лес, залитый тёплым, медовым светом предвечернего солнца. Длинные лучи, пробиваясь сквозь густые кроны дубов, ткали на земле живой золотой ковёр. Воздух был пропитан запахами прелой листвы и влажного мха, наполнен жизнью: шелестом ветра в ветвях, далёким птичьим щебетом и приглушённым гулом игроков, спешащих по своим делам. Мир вокруг жил своей обычной, рутинной жизнью, и этот контраст с их собственным разочарованием лишь усиливал гнетущее чувство.

Они шли в молчании, которое не мог нарушить даже хруст сухих веток под ногами. Каждый шаг Етти был пропитан унынием. Её хрупкие плечи поникли. Брэйв несколько раз бросал на неё косые взгляды, чувствуя, как её молчаливая боль передаётся и ему. Попытки отвлечься и сосредоточиться на дороге ничего не дали.

— Етти, — позвал он, желая вырвать её из мрачных дум.

— Чего? — глухо отозвалась девушка, не поднимая головы.

— Не кисни ты! — Брэйв легонько пихнул её в бок.

Девушка даже не попыталась улыбнуться. Выбившаяся из причёски тёмная прядь упала на щеку, а в глазах застыла глубокая печаль. Брэйв мысленно поморщился. Эмпатия и чуткость — это вещи, которые качать намного труднее, чем скиллы танка.

— Ну не получилось рекорд побить, ничё, сделаем это завтра, — продолжил он. — До конца Лиги несколько дней. Ещё есть время.

— Да п-плевать мне н-на этот скор, — неожиданно резко ответила девушка. Она тут же осеклась и виновато опустила глаза. — Я… П-прости. Я не это имела в виду.

Брэйв мягко кивнул.

— Я понял.

Девушка остановилась и с такой силой вцепилась в складки своей мантии, что костяшки пальцев побелели.

— Мы… Ты спас Тобиаса, не дав ему упасть.

— Он бы всё равно не умер, — попытался успокоить её Брэйв, но тут же пожалел о своих словах.

Лицо Етти стало ещё более несчастным.

— Ага… Но он бы п-получил сильный дебаф и кучу урона. И пока он бы выбирался, мне пришлось бы кидать хилки прямо в яму, молясь, чтобы они достали до него. А пока он бы выбирался, мы бы п-потратили слишком много времени, моя м-мана бы просела, пол бы истончился, места бы не осталось, и всё, мы бы п-просто все умерли. П-померли бы из-за моей ошибки! Из-за того, что я з-з-з-з-заикалась

Последнее слово она почти выплюнула, с горечью передразнивая саму себя.

Слов утешений не было, ведь Етти была права. И на протяжении сегодняшнего забега по Чертогам такое случалось не раз. На третьем боссе, Ткаче боли, когда тот замахнулся для «Разрыва души», Етти замерла, не в силах произнести «Магическое поглощение». Пришлось обрывать ротацию и тратить драгоценное защитное умение. А когда Тобиас вошёл в особый «Рейдж мод» стража, она не смогла выдавить из себя хилку, и оборвавшаяся раньше времени ярость наказала стража сильным дебафом на урон. Каждая такая заминка стоила им драгоценного времени, складываясь в те самые минуты, которых не хватило для скора.

Брэйв посмотрел на её малиновую мантию. Етти была лучшей среди Кровавых целителей, которых собрал Пулчар. Она великолепно чувствовала бой, предугадывала действия босса, её реакция была почти безупречной. Она была женской версией Вилла, его младшей копией, способной в одиночку вытащить за шкирку самый безнадёжный бой. Но, как у любого супергероя, у неё была своя слабость. Заикание становилось почти неконтролируемым в секунды критического напряжения, парализуя её и мешая вовремя произнести нужное заклинание.

До сражений с Аргеннаром её недуг раздражал, но никак не руинил. После победы над ним казалось, что всё стало даже лучше, словно уверенность в себе придала ей сил, однако дальше всё откатилось назад. Заикание не просто вернулось на прежний уровень — оно стало коварнее, злее, и постоянно всплывало в самые неподходящие моменты.

Топовые целители давно и прочно осели в своих группах, да и с другим хилом не будет той особой связи, той синергии, что сложилась у них за эти недели. Но с Етти в том состоянии, в котором она была сейчас, не то, что ставить рекорды — ходить по сложным и динамичным данжам было попросту опасно.