Круг Дней
Шрифт:
— Они нам отказали, — сказала она.
— О нет! — воскликнула Джойа.
Мечта Сефта испарилась. Он почувствовал себя опустошённым.
— Почему? — спросил он.
— Слишком много неопределённости, — ответила Ани. — Сколько людей, сколько дней, сколько камней?
— Полагаю, они правы, — уныло сказал Сефт. Он ощутил разочарование и из-за отказа чувствовал себя подавленным.
Тем, который не разделял рвения Сефта, сказал:
— Вся эта затея сама по себе была довольно шаткой. Возможно, осторожность старейшин уберегла нас от больших проблем.
— Возможно, — грустно ответил Сефт. — Но это было бы приключение всей жизни.
— У меня не было ответов на их вопросы, — сказала Ани. — Мне следовало предвидеть их возражения и продумать свои ответы.
— Что ж, — вздохнул Сефт, — полагаю, пора возвращаться к реальной жизни.
На глазах Джойи блестели слёзы, но челюсть её была сжата со знакомой решимостью. Она не была готова сдаться.
— Не сдавайтесь так быстро, — сказала она. — У меня есть ещё одна идея.
Сефт улыбнулся. В этом была вся Джойа, никогда не унывающая. Он гадал, как она собирается спасти положение.
— Продолжай, — с надеждой сказал он.
— Для начала мы передвинем всего один камень.
Сефт не понимал, как это им поможет.
— Хорошо, но…
— Это докажет всем, что наш замысел возможен.
Он кивнул. В этом был смысл. Джойа обычно рассуждала здраво.
— Этого может не хватить, чтобы переубедить старейшин, — сказала Ани.
— Подождите, — сказала Джойа. — Вы ещё не всё услышали. Это также покажет, сколько людей нам требуется, чтобы передвинуть огромный камень, и сколько дней уйдёт, чтобы доставить его к Монументу.
— Ответит на вопросы старейшин. — Надежды Сефта возродились. — Тогда они могут согласиться.
— Я чувствовала, что Кефф хотел бы согласиться, — сказала Ани, — но счёл доводы против слишком вескими. Он может поддержать это более скромное предложение.
— Это стоит попробовать, — сказала Джойа.
И на этот раз старейшины согласились.
*
Некоторое время Джойа, Сефт и Ани пребывали в эйфории, а затем начали строить планы. Они передвинут камень после Обряда Середины Лета в следующем году. Впереди им предстояло много подготовительной работы.
Джойа поручила жрицам плести верёвки. Она привела пожилую пару верёвочников, Эва и Фи, чтобы они показали, как это делается. Они были ворчливы, но знали своё дело.
Сначала жрицам нужно было собрать лозы жимолости. Жимолость росла повсюду, на деревьях, а иногда и на домах. Она могла процветать на любой почве, главное, чтобы на нее падало хоть немного солнечного света. Её сладкий аромат и яркие жёлтые цветы делали её лёгкой добычей. Жрицы сначала отправились в Лес Трёх Ручьёв, где этого растения было в изобилии. Они были в восторге от этой вылазки, ведь она внесла разнообразие в их обычную рутину.
Фи показала жрицам, как срезать лозу чуть выше самого нижнего ряда листьев, чтобы она быстро отросла снова. Она велела им очищать лозу от листьев и веток, оставляя мусор на лесной подстилке, чтобы он вернулся в почву, а домой приносить только прочные, гибкие основные стебли.
Сплетение лозы в верёвку было работой для двоих. Что Эв и Фи и продемонстрировали жрицам. Эв взял три лозы за концы и крепко держал, а Фи начала их скручивать. Оба должны были тянуть в свою сторону, чтобы лозы оставались натянутыми, и тут-то начинались споры. Фи говорила, что Эв тянет слишком сильно, мешая ей плести, а Эв отвечал, что если он не будет тянуть сильно, верёвка получится слабой и рыхлой. «Должно быть, они спорят об этом уже много лет», — подумала Джойа, с трудом скрывая усмешку.
Затем они взяли ещё три лозы, с большим нахлёстом соединяяя их с первыми тремя и снова скручивали, сращивая два отрезка вместе.
Джойа долго обсуждала с Сефтом, какой длины должны быть верёвки. Самые большие камни были длиной примерно, как четыре человека, лежащие в ряд, голова к ногам. Верёвка должна была быть в два раза длиннее, да ещё с запасом, чтобы обернуть её вокруг камня. Затем каждый тягловый канат должен был быть достаточно длинным, чтобы сорок человек могли тянуть его одновременно, не наступая на ноги тому, кто впереди, и тому, кто сзади. Это требование увеличивало необходимую длину верёвки вчетверо.
Внутри Монумента они уложили на землю тридцать жриц в ряд, голова к ногам, что вызвало у женщин хихиканье. Поскольку мужчины были немного выше, они добавили ещё двух. Затем они прочертили на дёрне линии, обозначающие начало и конец верёвки.
Когда у Эва и Фи было две пряди нужной длины, причем каждая состояла из трёх лоз, они скрутили их вместе, на этот раз в противоположном направлении. Фи объяснила, что обратное скручивание скрепляет две пряди.
После этого процесс можно было повторять сколько угодно раз, пока верёвка не достигала нужной длины и толщины.
Как только плетение верёвок было поставлено на поток, а Эв и Фи ежедневно заглядывали, дабы убедиться в том, что жрицы поддерживают высокие стандарты плетения, Сефт и Джойа решили отправиться в Каменистую Долину.
Пока Джойа собиралась, Ани сказала ей, что Скагга отчаянно хочет узнать больше о том, что происходит в Каменистой Долине.
— Он ищет, к чему бы придраться, — сказала Ани.
Джойа нахмурилась.
— Не понимаю, почему он так настроен против нас, — сказала она. — Это что просто стало привычкой?
— Он напуган, — тут же ответила Ани. — Люди, которые поднимают шум по любому поводу и постоянно предлагают агрессивные действия, действуют так, потому что боятся. Они хотят, чтобы все были дисциплинированы и работали, накапливая ресурсы на будущее, и они нервничают из-за всего нового в их жизни. Они всегда видят впереди приближение катастрофы.
— Это очень мудрая мысль, — задумчиво сказала Джойа.
— И ты будешь мудрой, если когда-нибудь успокоишься, — сказала Ани, и они обе рассмеялись.
Джойа заметила на руке матери браслет из морских раковин.
— Я раньше этого у тебя не видела, — сказала она, указывая на него.
— Вчера здесь был путник, — сказала Ани. — Я дала ему в обмен небольшой кусок кожи, достаточный для пары обуви. Тебе нравится?
— Он очень красивый.
— Путник был любопытен, подобно Скагге. Он спросил меня, почему скотоводы разбили лагерь в Северных Холмах.
— Откуда он об этом узнал?
— Сказал, что все об этом говорят.
«Могла бы и догадаться, — подумала Джойа. — Слухи по Великой Равнине разлетаются быстро».