Круг Дней
Шрифт:
— Но я очень хочу научиться.
— Кое-чему я смогу научить тебя в ближайшие два дня. Нам предстоит долгий путь. Кстати, пора вставать.
Верила нарезала холодную баранину. Вии помогала ей, и Джойа представила её Ди.
— Вии моя самая давняя подруга, — сказала Джойа. — Она была со мной в тот день, когда мы подглядывали за жрицами.
Ди улыбнулась и сказала Вии:
— Джойа и вправду была такой плохой девочкой?
— Да, — ответила Вии. — Она регулярно подбивала других на свои авантюры, и нам всем потом доставалось.
Ди повернулась к Джойе.
— А теперь в твоём приключении участвует целая армия.
Это было проницательно.
— Пожалуй, ты права.
Они помогли раздать баранину, а затем поели сами. Джойе мясо показалось очень жёстким.
Когда взошло солнце, все собрались у камня.
Камень на санях стоял на дороге, уже сам по себе похожий на монумент. Умельцы были заняты тем, что заключали всё сооружение в своего рода верёвочный мешок, который оплетал и камень, и сани, распределяя натяжение и не давая камню завалиться набок. От каждой верёвки шёл длинный тягловый конец, и они были аккуратно разложены перед камнем — десять штук, прямые, как мёртвые змеи, готовые, чтобы добровольцы взялись за них.
Всё было готово, и Джойа прикусила губу. А что, если он не сдвинется?
Сефту в последний момент пришла в голову мысль. С помощью Тема он поднял Великана и привязал его к камню.
— Он понадобится нам, когда мы будем ставить камень у Монумента, — сказал он.
Добровольцы взялись за верёвки, более двадцати человек на каждую. Началась некоторая суета, пока люди искали себе место. Сефту, Тему и Джойе пришлось уговаривать людей вставать как можно плотнее.
— Дайте другим место. Позже вы будете только рады лишней помощи, — говорила им Джойа.
Они с Сефтом договорились, что им потребуется двести добровольцев, сделав этот расчёт на основе опыта с камнем земледельцев, который был намного меньше. Они не могли быть уверены, но другого способа прикинуть у них не было. Сегодня им предстояло узнать правду. Возможно, они обнаружат, что им нужно пятьсот добровольцев, и в этом случае они все отправятся домой, поджав хвосты.
Она заметила, что у них появились зрители. Вчера она видела горстку наблюдавших лесовиков. Сегодня их было больше, пятьдесят или шестьдесят мужчин, женщин и детей, все уставились на безумцев, пытающихся сдвинуть гигантский камень. Наблюдала и горстка пастухов, со скрещёнными на груди руками и скептическими лицами. Ясно, что это было самое интересное событие в Северных Холмах за многие годы.
Сани стояли в начале длинной дороги из вбитых в землю брёвен, которую Сефт и Умельцы делали всю зиму. Дорога плавно изгибалась, а затем шла прямой линией на юг, вверх по длинному подъёму к вершине. Это заняло несколько месяцев и потребовало много срубленных деревьев, но и Сефт, и Джойа твёрдо считали, что начало пути не должно быть удручающе трудным.
Добровольцы веером расположились перед санями, идущие во главе каждого каната с нетерпением смотрели на Джойю, ожидая команды. Убедившись, что все на местах, она скомандовала:
— Готовы… натягивай… тянем!
Они подались вперёд, согнув колени, напрягаясь на верёвках. Большинство предпочло закинуть верёвку на плечо и держать её обеими руками перед грудью. Некоторые предпочли встать лицом к камню и тянуть назад. Джойа смотрела на их лица, когда до них начала доходить чудовищная тяжесть, с которой они столкнулись. Они наклонялись ниже и тянули сильнее.
Камень не двигался.
Верёвки скрипели. Не лопнут ли они? Не сломаются ли брёвна саней?
Она снова услышала голос Нерода:
— Он не сдвинется. Пустая трата времени.
Среди добровольцев он был не в почёте, и кто-то крикнул:
— Да заткнись ты, нытик.
Это был худший кошмар Джойи.
— Я хочу попробовать кое-что другое, — сказал ей Сефт.
Надежда Джойи вспыхнула. Она крикнула:
— Расслабьтесь все. Мы сделаем кое-что по-другому.
С облегчением они ослабили верёвки.
— Скажи им тянуть и отпускать, тянуть и отпускать, — сказал ей Сефт. — Мы хотим раскачать сани вперёд-назад. Когда я решу, что они готовы двинуться, я кивну, и ты скажешь им выложиться на полную.
Джойа повторила объяснение добровольцам. Казалось, они поняли, многие кивали.
Джойа чувствовала, что это может помочь, хотя и не была уверена почему. Возможно, полозья саней увязли в земле, и раскачка поможет их освободить. В любом случае, стоило попробовать.
— Готовы… натягивай… тянем!… Расслаблись… тянем! — командовала она, высматривая признаки движения. Внезапно к ним присоединились лесовики, но уже не дёргая за верёвки, а толкая сани. Джойа не была уверена, насколько велика была их помощь, но вреда они точно не причиняли.
Наконец ей показалось, что сани слегка качнулись, вперёд и назад.
— Получается! — закричала она. — Тянем! Расслабились… тянем! Расслабились… тяни сильнее! Сильнее!
Сани теперь раскачивались, и Сефт кивнул ей.
— Расслабились… тянем! В следующий раз, тянем изо всех сил… Расслабились… тянем!
Двести человек напряглись на верёвках, задыхаясь от усилия, их ноги впивались в землю, и наконец сани сдвинулись, дёрнувшись вперёд всего на толщину пальца.
— Не останавливайтесь! — кричала Джойа. — Не останавливайтесь!
И, к её восторгу, сани продолжали двигаться вперёд, с мучительной медлительностью, а добровольцы, теперь охваченные ликованием, продолжали тянуть.
Она пятилась перед ними. Как только сани пришли в движение, инерция сделала тягу немного легче. Когда дорога свернула вбок, Джойа двинулась в ту же сторону, крича:
— За мной, за мной!
После поворота дорога пошла вверх, и задача снова стала тяжелее. На полпути к вершине она увидела, что они устают, и крикнула:
— Мы прошли половину! До вершины уже недалеко!
Они одолели подъём. Дорога из брёвен сменилась более хлипкой, из веток и земли, которая была не такой гладкой, но спуск с лихвой это компенсировал, и Джойа видела, как молодые добровольцы восстанавливаются после напряжения. Когда камень начал двигаться чуть быстрее, Джойе пришло в голову, что, если кто-то из добровольцев упадёт, его может раздавить. Ей нужно было поговорить с ними о том, что необходимо делать в случае такого происшествия.
На любом пути с холмов на равнину движение будет в основном под гору, сообразила Джойа, о чём она никогда раньше не думала. Однако холмы есть холмы, они идут то вверх, то вниз и вскоре показался ещё один подъём.