Чтение онлайн

– На Тиринмин? Да щас, - фыркнул караванщик.

– Так, значит, всё-таки уедешь?!
– обрадовался торговец.
– Вот и славно! Поедем вместе! Ты ведь не воитель, стало быть, тебя пропустят.

– Не пропустят. Через заставу не проехать без нужных бумаг. По крайней мере до тех пор, пока не будет собрано войско. К тому же, возможно, "Тиринминские Псы" меня уже ищут и, быть может, даже разнюхали, как выглядит мой фургон. Так что это не выход.

– Тогда что будешь делать?

– Договорюсь на торговом дворе, чтобы ещё попридержали фургон, а сам сегодня ночью уйду через поля в ближайшую деревню. Отсижусь там, а как немного уляжется, - вернусь и посмотрю, что можно сделать, - поделился планами Кэлбен.

– А если тебя всё также будут искать? Продашь всё за копейки и будешь бегать по деревням?
– спросил Руфрон.

– Ну а что ты предлагаешь, толстяк, когда мир вконец спятил?
– вскипел Кэлбен.

– А вот что: ты укроешься у меня на чердаке, а твой фургон поведёт кто-нибудь другой! Если на заставе спросят, скажу, что ты продал по дешёвке свою повозку и сбежал через поля, - похвалил свою задумку Руф.

– Ну и кто этот твой "кто-нибудь"? Ты не забыл, что местных никто не выпустит, а иногородние не горят желанием двигать без охраны на запад?
– напомнил Кэлбен.

– Хотя да, ты прав...
– согласился было купец, как вдруг замер, всматриваясь в толпу. Нет, ему не показалось: у входа в таверну действительно мельтешил худощавый мальчуган в очках.

– Альд!
– закричал купец.
– Альден, сюда!

Голос толстяка тонул в гудении балагурящей толпы. Руфрон подскочил и начал пробираться между тесными столами, на этот раз ни перед кем не извиняясь и ни на кого не обращая внимания.

– Альд, сюда, мы тут!
– продолжал кричать Руфрон, пока, наконец, парень не стал всматриваться в его сторону, пытаясь кого-то разглядеть в полутёмном прокуренном зале.

– Руф! Ты ещё здесь?
– обрадовался мальчишка.

– Пока да, парень, пока да, - отозвался с широкой улыбкой торговец.
– А что случилось?

– Мы едем с вами, Руф!
– ликовал Альден.

– Мы?
– удивился купец.

– Мастеру Омнусу дали наказ отправиться в Гоудан! Мы поедем с вами через Аскафлас!

– О-о-о!
– приободрился Руфрон.
– Это и впрямь чудесная новость. Сколько будет охраны?

– Я думал, это ты и сам знаешь. Ведь Кэлбен поведёт караван, да?

– Эм...
– замялся толстяк, - видишь ли, тут есть небольшая закавычка. А где этот твой мастер... как его... Омнус?

– Собирает вещи и уже наверное нашёл извозчика, чтобы тот довёз всё до торгового двора.

– Ладно, парень. Видишь ли, ситуация не очень простая. Давай-ка подождём мастера Омнуса, а там будет видно, хорошо?

Где-то через полчаса из Озёрного Квартала приехал старый механик. С собой у него была его верная походная трость и сундук, который Руфрон с Кэлбеном затащили в фургон караванщика. Взвесив все "за" и "против" и не сумев отговорить от поездки мальчика, который ни в какую не хотел расставаться со своим учителем, Омнус согласился-таки на план, придуманный купцом. По заверению Кэлбена, можно было попробовать нанять несколько горячих голов в мелких городках вроде приболотного Тхома. Правда, встала проблема их вооружения: все копья, мечи, топоры и прочее оружие так и осталось на восточном посту, и забрать его оттуда не было ни малейшей возможности, хотя стоило оно баснословных денег, - простому ремесленнику, чтобы купить всё это, пришлось бы работать без праздников и без выходных несколько лет подряд. Единственное, что хоть немного утешало Кэлбена, была мысль о том, что оружие было оставлено в прицепе крубрадских воинов, и оно могло бы достаться им, если вдруг охранники позабудут о нём. Тогда оставался хотя бы небольшой шанс заполучить всё назад.

В фургоне караванщика, однако, в полу был тайник, где про запас лежал лук, колчан со стрелами, полуторный меч, а также длинный кинжал, но вооружить этим можно было в лучшем случае лишь троих человек, включая самого Кэлбена. По прибытии в Тиринмин охранники восточной заставы также забыли изъять два щита, висящих на передней стенке фургона, но Кэлбен решил продать их за пару серебренников на торговом дворе, дабы избежать лишнего внимания и ненужных расспросов при выезде.

Закупив провизии и прочих вещей, что могли бы понадобиться в поездке, путешественники переночевали и покинули торговый двор с первыми лучами солнца. Кэлбен, как и было задумано, укрылся на втором ярусе колёсного дома Руфрона под тремя огромными тюками, набитыми шерстью принфисов. Сверху на тюки плюхнулся худощавый парень в шестигранных очках и сделал вид, что читает книгу. На выезде обошлось без приключений. Повозки быстро обыскали, но ничего не нашли. Про фургон Кэлбена, который вёл старый механик, стражники не спросили, но бумаги внимательно изучили и поинтересовались, как купец, старик и парень собираются втроём доехать до далёкого Аскафласа без охраны. На это было отвечено, что охрану они найдут в поселениях западного тиринминского округа. Кроме того, Кэлбен наказал упомянуть в этом случае и слухи о том, что кто-то мстит разбойникам и уничтожает их лагеря, а значит, дорога стала менее опасной, и охраны слишком много не требуется. Придраться стражникам было не к чему, - и вот два фургона, запряжённые могучими чернорогими тарнами, стали всё дальше и дальше отдаляться от удивительного Холма Тысячи Ключей.

Глава 5 . Нурдайн

Сразу за тиринминским озером дорога расщепилась большой пыльно-серой рогатиной. К западу уходил так называемый "южный" тракт, ведущий к Аскафласу, а направо, вдоль зеркальной глади, иногда подходя почти что к самой кромке воды, убегал "северный", по которому вскоре должна была отправиться тысяча добраобарских воинов, дабы дать отпор раерандской армии, если та решится атаковать.

Подобного не случалось уже почти полвека со времён поражения жестокого короля Агнируса II, который пришёл со своим войском с севера и заявил права на земли вплоть до самой реки Флоеги. Этим он сильно разозлил местных жителей, которые во избежание расправы были вынуждены бросить все свои поселения за рекой и перебраться на южную сторону. Долгое время приречье сохраняло нейтралитет, тогда как Добраобар уже давно вёл сражения с кораблями Раеранда, которые частенько нападали и грабили торговые суда, идущие в добраобарские порты. Но после столь дерзкой экспансии эти земли попросили Добраобар о покровительстве и вошли в состав и без того большого государства. Тривирум - совет верховных магистров, состоявший в то время из девяти представителей от каждого города, - без колебаний согласился принять в свои ряды новых членов. Река виделась добраобарцам стратегически важной для обороны, потому что на ней было известно всего два брода, а большая часть южного берега извивалась глинистым яром, с самых высоких точек которого отлично просматривалась долина по ту сторону реки. Дабы усилить защиту присоединённых земель, Добраобар начал возведение двух крепостей прямо возле бродов. Тратиться много не пришлось: местные жители сами с большим воодушевлением помогали в строительстве. Агнирус II, узнав об этом, немедля послал свои армии разгромить строящиеся крепости и закрепиться на южном берегу, что и было сделано, притом, без особых усилий. Однако он недооценил мощь добраобарских армий и ополчения приречья, которые спустя два месяца выбили раерандцев из южных земель, оттеснив за реку.

Основные сражения развернулись у бродов, которые переходили из рук в руки несколько раз подряд. В конце концов войска Агнируса II остались на северном берегу, а добраобарские - на южном. По обеим сторонам бродов наспех возводились временные деревянные укрепления, а после, уже за ними, были насыпаны земляные валы, дополнявшиеся рвами. Работы шли в темноте, так как при свете дня строители становились лёгкими мишенями для лучников. Вот так, день за днём, ночь за ночью, в постоянном напряжении обеих сторон фортификации укреплялись и усиливались, пока на некотором отдалении от реки не выросли первые каменные форты. Осознав сложившийся паритет, обе стороны, не сговариваясь друг с другом, начали строить и днём. За несколько лет выросли четыре мощных каменных крепости - две со стороны Раеранда и две со стороны Добраобара. Вскоре возле крепостей появились первые хижины, и так на карте Добраобара отметились два новых города: Ним-Сидар и Ар-Сидар, что на местном наречии означало "нижняя крепость" и "верхняя крепость". Как назывались вражеские крепости никто не знал, поскольку раерандцы говорили на ином языке, торговля с ними не велась совсем, а переговоры были очень короткими и безрезультатными. Удалось узнать только то, что ими правил некий Агнирус II. Никто не знал даже размеров их королевства.

Ещё было известно, что северная страна владела по меньшей мере одним портовым городом. Это выяснил отчаянный аскафласский капитан Бромсберт, погнавшийся за отступающим раерандским военным судном через Залив Хаоса. В Гоудане за такую отвагу его наградили именной абордажной саблей с инкрустированной топазами рукоятью, а в родном Аскафласе он прослыл великим героем, хотя, поговаривают, топазы он выколупал, продал и пропил, после чего и вовсе где-то пропал, и все о нём позабыли.

Сам Аскафлас был далеко не самым видным городом Добраобара. В нём не было столичного величия Гоудана, или могущества Сидарских городов, или загадочности Тиринмина, или даже богатства западных портов Велери и Валькоции, хотя его местоположение было превосходным для развития торговли. Своё богатство правители Аскафласа заполучили, продавая медь, которую здесь добывали и до сих пор. По правде говоря, именно из-за лёгкой добычи этого красного металла туда и начали стекаться люди. Вначале образовалась деревушка, которая росла прямо на медных рудниках, а затем поселение превратилось в полноценный город.

Восточная дорога, соединявшая Аскафлас с Тиринмином, пролегала между двумя крупными горными цепями: Трилистником с севера и Дарлидами с юга. Раскинувшаяся между ними долина могла похвастать не только великолепнейшими горными пейзажами, но также и громадным чистейшим озером под названием Горный Страж, тянувшимся с востока на запад чуть более трёх сотен вёрст. Через три дня пути от Тиринмина дорога начинала огибать это озеро по северному краю, виляя между отрогами Трилистника, которые иногда подступались почти к самой воде, а иногда таяли где-то в густом нагорном лесу.