Крылья ведьмы. Чары и Пламя
Шрифт:
Тетушка была на кухне. С ней находились четыре поварихи, стоявшие у разделочного стола и возбужденно переговаривавшиеся о чем-то своем.
– Хлоя! – позвала я, остановившись в дверях.
Тетушка повернулась и развела руками.
– Ох, милая. Что-то случилось? Ты чего так рано? Завтрак будет готов лишь через час, но если хочешь, я могу подогреть оставшееся со вчера.
– Спасибо, Хлоя. Мне пока совсем не хочется есть. Я хотела попросить вазу для цветов или банку.
Тетушка задумалась и ласково улыбнулась.
– Вазу я тебе не найду, а вот банку подыщу. Это кто же тебе цветы подарил? Неужели капитан Энгерран?
Я отрицательно покачала головой, решив не распространяться о своем юном поклоннике.
Поварихи в это время продолжали шушукаться и мрачно качать головами.
– Что они обсуждают? – спросила я.
Хлоя вздохнула.
– У нашей главной кухарки Теффаны беда. Пропал ее младший сын. Разговоров теперь будет на неделю.
Я нахмурилась.
– Это тот который Вайн? Он учится вместе со мной.
Тетушка кивнула.
– Именно он. Обычно Вайн дожидался матушку, а ближе к полуночи, после заготовок, они вместе ехали домой. Но вчера он не пришел. Теффана сначала заподозрила, что отпрыск задержался на учебе. Сходила к жрецу Лойсу, потом поехала домой сама. Рано утром она уже была здесь. Вайн не вернулся домой. Задействованная стража не смогла найти его и на территории дворца. Последний раз его видели у центральной клумбы, уже после захода солнца. Отправили за ищейками. Будут искать следы. Может, загулял парень. Возраст-то такой, что птицы на сердце поют и тянут в особо приятные приключения.
У меня нехорошо заныло на душе. Я развернулась, собираясь срочно вернуться в комнату.
– А банка под цветы? – воскликнула тетушка и поспешила к шкафу. Вытащила из него банку и вернулась ко мне.
– Вот эту бери, под букетик подойдет, – сказала она, да так и замерла с банкой в руках, внимательно смотря на меня. И, переходя на шепот, поинтересовалась: – А уж не Вайн ли тебе цветы подарил?
Я схватила банку, прижала к себе и мрачно кивнула.
– Он сразу ушел. Подарил и ушел. Тетушка, я не знаю, где он.
Глаза Хлои расширились, она косо глянула на своих товарок и едва слышно быстро заговорила:
– Не говори никому. Начнутся расспросы. А ты бывшая ведьма. Подозрения сразу на тебя падут. И невесть что порешают. Никому ничего не докажешь. Может и верно, загулял парень. К тебе с цветами, еще к кому-нибудь, да остался до утра. Пусть ищейки ищут.
– А как же его след, рядом с моей комнатой? – засомневалась я.
– Хмм, – хмыкнула тетушка. – Мало ли, мимо проходил. А ты знать ничего не знаешь, к кому он шел. Поняла меня?
Я быстро закивала.
Хлоя продолжала предостерегать:
– От ведьмовства тебя хоть и отрекли, но все понимают, что ведьмой ты осталась. Во дворце тебе не доверяют; здешние люди слишком долго питали неприязнь к таким, как ты.
– А если слуги видели его у моей комнаты и расскажут? Глаза-то у всех есть.
– А ты после наступления темноты много слуг во дворце видела? – Хлоя криво усмехнулась. – Они свою работу сделали и разошлись по домам. Здесь у каждого своя хатка. Ты же сама в такой жила. Кому захочется полночи с тряпкой бегать? Если хозяева не вызовут, то к вечеру дворец пустует. В твоем крыле жильцов почти нет. Он предназначен для гостей. И ты сейчас – единственный гость. Фаворитка живет рядом с господином, её компаньонки на этаж ниже. Есть еще пожилой дворецкий на первом этаже, у него со слухом проблемы. Когда еду ему приносим, кричать приходится. Ну и Владыка во дворце. Вот и все жильцы. У него нет братьев, а мать с отцом погибли. Так что многолюдно не бывает.
– Но замок ведь огромный! – удивленно произнесла я.
Тетушка покачала головой.
– Кажется, драконы не любят делить дом с чужаками. Помощники, слуги, казначеи, жрецы и прочие живут отдельно: одни в домах при дворце, другие – в городе.
– Ты многое узнала, находясь здесь, – заметила я.
Хлоя мрачно усмехнулась.
– Мы почти всех кормим, кроме Владыки и его приближённых. И с дворцовой кухней общаемся. В итоге, везде всё видим и слышим. Но стараемся молчать об этом, и ты тоже молчи, Рейя.
Я послушно кивнула. Тетушка была права. Если кто-то узнает, что Вайн был у меня, то я стану первой подозреваемой в его исчезновении.
– Как дела у девочек? – спросила я, переводя тему.
Хлоя расцвела.
– Замечательно. Анира поехала на рынок закупать мясо. Она хорошо ориентируется в продуктах, и главная кухарка ей доверяет. Лиза с удовольствием учит лекарственные настои. Каждый вечер рассказывает мне о новых микстурах и о том, как её хвалит главный лекарь.
– Я рада за девочек, – искренне сказала я.
– Они о тебе переживают, спрашивают, как ты да что. Рейя, ты с Нибом-то встретилась?
Я отвела взгляд.
– Он ненавидит меня.
Тетушка охнула.
– Как же так? Любовь ведь была. За что ненавидит?
Я не поднимала на неё глаза.
– Не хочешь говорить, не говори. Я сама узнаю, – нагло заявила Хлоя. – Как завтрак кузнецам понесу, так и спрошу.
Я испуганно посмотрела на неё.
– Не верь его словам. Все было не так, как он говорит. Я не знала ни о Израте, ни о том, что он вернётся с драконами. Я просто помогала. Я… – у меня на глаза навернулись слёзы.
Поварихи, стоящие у стола, отвлеклись от обсуждения пропажи сына главной кухарки и начали прислушиваться к нашему разговору с тетушкой.
– Тихо, тихо, девочка моя, – Хлоя обняла меня, прижимая к себе. Шёпотом она добавила: – Голос убавь. Ушей-то рядом много. О Изарте я догадалась, но не думала обвинять тебя. А вот с чего Ниб такое взял?
Я шмыгнула носом, уткнувшись в плечо тетушки. Она мягко погладила меня по волосам, приговаривая:
– У Ниба голова не на месте. Как можно верить, что ты сама навлекла беду на селение? Я с ним поговорю.
– Не нужно, Хлоя, – всхлипывая, сказала я.
– Нужно, нужно, – уверенно заявила она. – Ишь, что выдумал? Тебя обижать. Уж кто-кто, а ты точно никому зла не желаешь. Я ему мозги на место поставлю.
Хлоя поцеловала меня в лоб, её взгляд был полон сострадания.
– Успокаивайся, милая. Я разберусь с Нибом, он ещё прощения у тебя попросит. Вот негодник. Слушает всякую ерунду. Узнать бы, кто такое наговорил, и ему язык оторвать. А теперь давай я тебе предложу вчерашнюю кашу. Отличная каша с мясом. Лично я готовила. Покушаешь – легче станет. На сытый желудок плачется то лучше.