Чтение онлайн

8 сентября была создана должность помощника начальника ЦШПД по военно-технической части, на которую был назначен И. Г. Старинов (должность явно создавалась «под него»), Старинов оставался начальником ВОШОН, но она передавалась непосредственно в распоряжение Главкома партизанским движением. [337] Для Пономаренко это был нехороший сигнал, несколько компенсированный тем, что 9 сентября был создан Белорусский ШПД; [338] как первый секретарь ЦК белорусской компартии, Пономаренко мог контролировать столь же плотно, как Хрущев, — Украинский ШПД. Вместе с тем, создание Белорусского ШПД могло быть воспринято иначе: ведь при дальнейшей реорганизации системы централизованного управления партизанским движением, намеченной решением ГКО, Пономаренко могли лишить поста начальника ЦШПД, оставив за ним Белорусский ШПД; это была стандартная и хорошо известная схема тихого отстранения неугодного руководителя. Пономаренко был опытный чиновник и не знать этой схемы не мог.

Сентябрь прошел в подготовке к изменению структуры ЦШПД и его функций. 25 сентября проект реорганизации был направлен в ГКО. [339]

30 сентября 1942 г. ЦШПД был реорганизован «под Ворошилова»; в донесении Сталину это обосновывалось «увеличением масштаба и объема работы». Структура Центрального штаба, согласно постановлению ГКО 28.09.1942 и приказу Главкома партизанским движением от 30.09.1942, приобрела следующий вид:

Численность аппарата ЦШПД составила 292 военнослужащих и 130 вольнонаемных. [341] Продолжали функционирование все спецшколы. Была упразднена Коллегия ЦШПД; при этом В. Т. Сергиенко 8 октября получил должность зам. нач. ЦШПД. [342] Впрочем, на этой должности он пробыл недолго: «при первой же возможности под благовидным предлогом» он был выведен П. К. Пономаренко из состава ЦШПД; [343] вместо Сергиенко зам. начальника ЦШПД впоследствии стал полковник госбезопасности С. С. Бельченко, креатура Пономаренко. [344]

В соответствии с постановлением ГКО от 6 сентября 1942 г. был отменен порядок «построения штабов партизанского движения в виде назначения членами штабов представителей от организаций», а вместо фронтовых ШПД и армейских опергрупп были созданы представительства ЦШПД на фронтах и в армиях с введением начальников представительств в соответствующие военные советы. При представительствах формировались школы по подготовке партизанских кадров. Исключение было сделано для давно сложившегося и успешно функционирующего Ленинградского ШПД; Украинский и Белорусский ШПД в приказе о реорганизации управления партизанским движением не упоминались. [345]

Отсутствие даже упоминания об УШПД было многозначительным. Дело в том, что курировавший деятельность УШПД первый секретарь ЦК КП(б) Украины Хрущев практически дезорганизовал работу УШПД и, вдобавок, вступил в конфликт с Пономаренко.

Назначение на пост начальника ЦШПД не наркома внутренних дел Украины Сергиенко, а Пономаренко Хрущев воспринял «как «унижение Украины» или «белорусский подкоп» под нее». [346] Если слово «Украина» здесь заменить на «Хрущев», то приходится признать, что так оно, в общем-то, и было. С подачи Хрущева командир Чернигово-Волынского партизанского соединения и, одновременно, 1-й секретарь Черниговского обкома А. Ф. Федоров в июне 1942 г. выпустил листовку, в которой провозгласил себя главнокомандующим всеми партизанскими силами и требовал, чтобы ему подчинялись и его приказы «беспрекословно выполняли все партизанские соединения и отряды». [347]

Конечно, это была авантюра в духе Хрущева; когда начальнику ЦШПД Пономаренко показали это «воззвание», он пришел в некоторое изумление. «К нам в Центральный штаб партизанского движения прибыл первый секретарь подпольного Смоленского обкома партии Д. М. Попов и доставил несколько таких листовок, я своим глазам не поверил. Спрашиваю: «Может быть, это немецкая фальшивка?» «Нет, — отвечает, — все проверили, изготовлено у нас»». [348]

Непомерная амбициозность Хрущева явно шла во вред делу, и в том, что необходимо предпринять какие-то меры, были согласны и Ворошилов, и Пономаренко. Правовая неопределенность положения УШПД, по-видимому, подготовила почву для последующего сокрушительного удара. «Когда мы находились под Сталинградом и я как-то приехал в Москву, — вспоминал Хрущев, — Сталин сказал мне: «Вам не следует заниматься больше вопросами Украины». А занимались мы тогда партизанами. Начальником штаба партизанского движения на Украине был генерал Строкач, Он рассматривал все оперативные вопросы и докладывал мне. Вместе мы принимали необходимые решения и давали указания партизанам. Сталин тогда сказал: «Этими вопросами теперь будет заниматься Корниец»». [349] 2 октября отстранение Хрущева было оформлено постановлением ЦК ВКП(б) о создании нелегального ЦК компартии Украины, который должен был возглавить партизанское движение. Среди двенадцати его членов Хрущева не было. [350]

11 октября вышло новое постановление ГКО, посвященное партизанскому движению на Украине, согласно которому на оккупированной территории Украины (и Молдавии) создавались областные оперативные группы, подчиненные УШПД. Областным группам следовало: «а) выявлять существующие партизанские отряды и устанавливать с ними постоянную связь; б) формировать новые партизанские отряды и закладывать во всех городских и сельских местностях скрытые вооруженные резервы партизанского движения; в) вести глубокую разведку и контрразведку; г) провести подготовительную работу по созданию условий зимовки партизанских отрядов». [351] Таким образом, функции повседневного обеспечения партизанских формирований оказались возложенными на областные опергруппы, а Украинский штаб получил возможность сосредоточиться непосредственно на руководстве действиями партизан. Изменение было революционным.

Быстрая «реконструкция» Украинского ШПД не могла не впечатлить Пономаренко и должна была усилить имевшиеся у него опасения: ведь в приказе Главкома партизанским движением, с которого началась «реконструкция» УШПД, не было также и упоминания о Белорусском штабе…

8 октября ГКО утвердил начальников отделов и управлений реорганизованного ЦШПД. В. Т. Сергиенко остался заместителем начальника ЦШПД, И. Г. Старинов — помощником начальника ЦШПД по технической части, а ключевые управления возглавили пришедшие с Ворошиловым военные: Оперативное — генерал-лейтенант А. К. Сивков; Разведывательное — генерал-майор Н. Е. Аргунов; Снабжения — генерал-лейтенант Р. П. Хмельницкий. Лишь Политуправление ЦШПД возглавил человек Пономаренко — секретарь ЦК КП(б) Белоруссии бригадный комиссар В. Н. Малин. [352]

Как мы видим, Ворошилов серьезно преобразовал ЦШПД и провел на ключевые посты (оперативное управление, разведывательное управление, управление снабжения) поддерживающих его людей со стороны. Также Ворошилов заручился поддержкой ряда старых работников ЦШПД, которых он хорошо знал: Х.-У. Д. Мамсурова и И. Г. Старинова. Обоих он во время «Великой чистки» спас от репрессий; подобное люди не забывают. На руку Ворошилову играло и то обстоятельство, что личный состав центральных органов управления партизанским движением на 75 % состоял из военных, привыкших к субординации и рассматривавших Маршала Советского Союза как лицо более авторитетное, чем штатский секретарь белорусской компартии. Пономаренко пытался противодействовать авторитету Ворошилова апелляциями к «партийному чувству»; чьей будет победа в этом незримом противоборстве, могло показать только время.