Чтение онлайн

запретной зоной, в которой никто никогда не был, что создавало некоторые сложности.

Создание портала требовало точных расчетов от Человека в халате. Гратианус необходим, ибо без его участия война продлиться еще долгое время.

Утро следующего дня было пасмурным. Человек в халате выглядел измученным, всю

предыдущую ночь он провел, занимаясь расчетами и тщательно проверяя каждую деталь.

— Какого знать всю правду? — спросил я.

— Ачэк, знать всю правду — невозможная задача. Её трудно познать, а сердце может не

выдержать. Иногда правда отнимает счастье

— Скажи мне, кто я?

— Я не могу сказать.

— Но мне важно узнать, чтобы исправить свои ошибки. Я ещё не всё вспомнил.

— Ты не плохой человек, но ты часто теряешься в собственном мире и боишься понять

других людей.

— Почему я так поступил? Ты знаешь, о чём я говорю.

— Ты стремился к счастью, но забыл, что оно не приходит легко. Тогда ты думал только о

себе.

— Почему меня никто не остановил?

— Ты очень силён, — посмотрел на расчёты. — Всё готово. Вам пора.

Человек в халате открыл портал, и зеленоватый свет, насыщенный яркостью, вырвался, отражаясь от лиц людей. Портал казался живым, словно жемчужина в центре отвратного, погибшего мира, сверкающей своей неведомой магией. Зелёное сияние озарила его

контур, создавая таинственные тени на его халате. Он часть волшебства этого прохода в

неизведанный мир. Человек в халате стоял, поднимая руку, которая казалась обладает

сверхъестественной силой. В его глазах мелькали отблески этого свечения, отражающие

внутренний огонь, который поддерживал этот портал. Его облик, скрытый в полумраке, придавал ему ауру загадочности, он являлся важным звеном в цепи между двумя мирами.

120

Во время открытия портала время казалось замирающим, а свет проникал в самые

глубины души, раскрывая её тайны.

— Всё рассчитано. Ошибок быть не должно, — произнёс Человек в халате, его взгляд

скользнул по присутствующим. — Но предупреждаю вас, у нас крайне мало время.

Гратианус где-то в этом мире, но будьте настороже — он способен убить любого.

Верум и я вошли в портал, и наши сердца замирали в предчувствии встречи с

неизведанным. Тяжёлый воздух вокруг казался пропитанным магией. Верум чувствовал, как его сердце бьётся в гармонии с биением портала, а я ощутил, что впереди нас ожидает

нечто великое. Наше физическое состояние от перемещения в портале сопровождалось

смешанными эмоциями: чудом и страхом, любопытством и неопределённостью. И вот

портал закрылся, оставив лишь эхо прошлого и волнение будущего в наших сердцах.

— Пустыня? Где райские сады? Неужели священные тексты обманывают? — произнёс

Верум с изумлением в голосе.

— Нет, Верум, дело в другом. Это — внутренний мир Гратиануса, — ответил я.

— Почему ты так решил? — спросил Верум, устремив взгляд вдаль, где едва заметно

мерцал некий блеск.

— У меня был подобный опыт, — тихо проговорил я.

— Там, вдалеке, виднеется какое-то свечение. Давай пойдём туда, — предложил Верум, надеясь там найти ответы.

Мы шли три часа, однако, несмотря на все усилия, казалось, что даже на шаг не

сдвинулись с места.

— Мои силы на исходе. Я больше не могу это терпеть. Воспользуюсь своей силой и

призову Гратиануса, — сказал я, чувствуя, что настал момент воспользоваться магией в

этом мире.

— Ты уверен? Использование силы может повлечь за собой серьёзные последствия, —

предупредил меня Верум, осознавая ответственность за наш выбор.

— Я хочу освободить Дьяволицу от этого цикла, и я готов на всё, чего бы мне это ни

стоило. Последствия сопутствуют каждому нашему решению — таков закон жизни, и я

готов принять его, — с решимостью заявил я, готовясь к неизбежным переменам.

Я закрыл глаза, опустил голову и прошептал слова, которые пронеслись сквозь

бескрайнюю пустыню. Но когда закончил заклинание, вокруг нас по-прежнему

простирался золотистый песок. Палящее солнце беспощадно обжигало всё вокруг.

Потрескавшиеся губы, покрытые застывшей кровью, подчеркивали суровость этой среды.

Я снова взглянул вдаль, на постоянно меняющиеся дюны. Заклинание пронеслось сквозь

пространство, но ожидаемого чуда не произошло. Вместо того чтобы оказаться в ином

месте, мы остались в горячих объятиях пустыни, где солнце — испепеляющий судья.

— Ничего не изменилось. Ты понимаешь, мы поверили в миф, — произнёс Верум с

глубоким вздохом.

121

— Ты знаешь правду всех миров, и вот такое говоришь. Мы что-то упускаем, — возразил

я.

— Ни в одной из жизней мы его не находили, — продолжил Верум, его взгляд терялся в

бескрайнем пространстве.

— Эта жизнь отличается от остальных.

— Тебе не страшно? Нам ничего не известно. Может произойти что угодно, а мы не

готовы, — Верум выразил свою тревогу.

— Я готов, — уверенно ответил я.

— Ты уже говорил об этом. Твоя уверенность может погубить нас всех. Даже сам Бог, хотя Он этого не показывает, не может увидеть будущее. Если Он испытывает страх, можешь представить, что нас ждёт?

— Думаешь, что Бог что-то решает в этой жизни? Почему все так слепы? Бог открыто

выступает против нас, но многие верят в Него, поклоняются Ему и в то же время

готовятся к войне, которую Он затеял, — я посмотрел на Верума. — Я не прав? Он

помогает Диу. Вы все обращаете внимание на Диу, но не на Бога, — сказал я и посмотрел

в сторону. — Это одуванчик?

— Да, одуванчик. Бог, наверное, даёт нам знаки.

— Что делает одуванчик в пустыне? Ты не понимаешь? Это не проявление Бога. Это

Гратианус. Единственная жизнь в его мире.

— Ачэк, песчаная буря! — крикнул Верум.