Кто на новенького?
Шрифт:
— Никто ещё не отказывал Султану, — говорит он тихо. — И не советую тебе быть первым.
Он уходит.
Прохоров остаётся один. Садится на кровать, смотрит на свои трясущиеся руки.
Долг выкупили. Он свободен. Но какой ценой?
И что за услугу потребует человек, которого боятся даже самые отчаянные?
После обеда Фёдор присылает записку: «Господин, нужно поговорить. Срочно».
Иду в лабораторию.
Артефактор встречает меня у двери, глаза горят.
— Господин, я нашёл кое-что важное. Очень важное.
— Показывай.
Он ведёт меня к рабочему столу. Там — Паяльное Жало, разложенное на части. Рядом — схемы, записи, какие-то кристаллы.
— Я разбирал артефакт, — объясняет Фёдор. — Не физически — энергетически. Изучал его структуру, слои, связи. И вот что обнаружил.
Показывает на одну из схем.
— Видите этот элемент? Он чужеродный. Не принадлежит оригинальной конструкции.
— Что это значит?
— Это значит, что кто-то добавил его позже. Встроил в артефакт, — Федя смотрит на меня. — И этот элемент очень древний. Старше самого Жала. Отношения к переделкам не имеет.
— Сольпуга?
— Похоже на то, — он кивает. — Скорпион был прав. Она что-то оставила, когда сломала артефакт. Часть своей силы. Или даже часть себя.
Смотрю на Жало. Невинный кусок металла, который хранит в себе силу древней богини.
— Огонь, — говорю я. — Это её сила?
— Скорее всего. Она впаяла её в артефакт. А когда кровь потомка активировала Жало, сила пробудилась.
— Зачем она это сделала?
Фёдор разводит руками.
— Этого я не знаю, господин. Возможно, хотела передать что-то наследникам. Или защитить их. Или… — он замолкает.
— Или что?
— Или это была случайность. При разрушении артефакта часть её силы могла впаяться непреднамеренно.
Задумываюсь. Слишком много неизвестных. Нужно больше информации.
— Продолжай исследования, — говорю я. — И держи меня в курсе.
Вечером ухожу на Изнанку.
Не для тренировок, не для закрытия разломов. Для разговора.
Нахожу тихое место — поляна среди странных деревьев с серебристыми листьями. Здесь спокойно. И здесь я могу поговорить с ним.
— Сева, — зову я мысленно. — Выходи.
Несколько секунд — тишина. Потом воздух рядом со мной начинает густеть.
И он появляется.
Дух, который живёт во мне — или жил, пока я не занял его место. Но сегодня он выглядит… плохо.
Бледный — бледнее, чем раньше. Почти прозрачный. Очертания размытые, нечёткие. Будто он тает. Исчезает.
— Чёрт возьми, — вырывается у меня. — Что с тобой?!
Он слабо улыбается.
— Ты же видишь.
— Как это возможно?! У нас же получалось! Я становлюсь сильнее — значит, ты тоже должен был окрепнуть!
— Должен был, — соглашается он. — Но я не окреп.
— Почему?!
Сева пожимает плечами — жест едва различим.
— Может, время пришло? Я всегда знал, что это не навсегда. Что рано или поздно…
— Нет, — обрываю его на полуслове. — Я не согласен. Мы найдём способ.
— Какой способ? — он смотрит на меня с грустью. — Я — эхо. Осколок. Логично, что осколок рассеивается.
— Логика — дерьмо. Я не позволю тебе исчезнуть.
Он молчит. Долго, тяжело.
— Зачем тебе это? — спрашивает, наконец. — Я — чужак в твоей голове. Обуза, которую ты вынужден тащить. Было бы удобнее, если бы меня не стало.
— Ты — не чужак, — говорю я. — Ты — часть этого тела. Часть этой жизни. И… — замолкаю, подбирая слова. — И ты мне нужен. Как советчик. Как память. Как… друг, может быть.
Сева смотрит на меня с удивлением.
— Ты странный человек, — говорит он тихо. — Криминальный авторитет из другого мира, который дружит с призраком.
— Я знаю.
Пауза.
— Ладно, — говорю я, меняя тему. — Раз уж ты здесь — может, поможешь? Мне нужна информация.
— Какая?
— О войне между Скорпионом и Сольпугой. Ты что-нибудь знаешь?
Сева задумывается.
— Немного. Это было давно, ещё до моего рождения, — он морщит лоб, вспоминая. — Вроде бы моя мать отреклась от Сольпуги, чтобы выйти замуж за отца. Но это всё, что я слышал. Не факт, что было именно так.
— Отреклась от Сольпуги?
— Да. Отказалась от наследия рода. Даже если нет, она точно приняла покровительство Скорпиона, — он пожимает плечами. — Обычная практика при браках между разными родами. Один из супругов переходит под покровительство бога другого.
— Но почему это вызвало войну? Или война случилась раньше?
— Не знаю.
— Наш членистоногий друг молчит, а мне надо разобраться.
— Тебе нужны архивы. Старые. Возможно, есть записи в городских архивах. Или архивах округа…
Сто лет назад Жало было сломано. Эти двое враждовали. Архивы округа? Хм… помнится, Олю пригласили на стажировку к губернатору. У неё будет доступ к таким архивам.
Пожалуй, это нам на руку.
Но и в более поздних записях тоже надо покопаться. Я уже знаю, что примерно двенадцать лет назад Хамелеон занял место Сольпуги. Примерно тогда же было разделено кольцо.
Совпадение? Вряд ли.
— Спасибо, — говорю я. — Это помогло.
— Не за что.
Он начинает таять — медленно, будто неохотно.
— Сева, — зову я.
Он останавливается. Смотрит на меня.
— Держись. Я найду способ. Обещаю.
Слабая улыбка.
— Я верю тебе. Хоть и не понимаю, зачем ты держишь меня. У тебя лучше получается управлять моим родом, — усмехается он и окончательно исчезает.
Возвращаюсь в поместье к вечеру.
Алиса сидит в гостиной — бледная, измотанная. Круги под глазами темнее, чем утром. Ночные блуждания дались ей нелегко, даже если она их не помнит.
— Как себя чувствуешь? — спрашиваю я, садясь рядом.
— Устала, — она слабо улыбается. — Плохо сплю последнее время. Не знаю почему.
Появляется Лев. В руках — небольшой флакон с тёмной жидкостью.
— Госпожа, — он кланяется. — Зелье готово. Выпейте перед сном — будете спать как младенец.
Алиса берёт флакон, нюхает.
— Пахнет травами. Валериана, пустырник, немного мёда…
— Вы отлично распознаёте запахи, госпожа, — кланяется Лев. — Да, я добавил немного мёда для вкуса. Это абсолютно безопасно.