Кто на новенького?
Шрифт:
Столько времени прошло с тех пор, как его долг выкупили. Ожидание убивает. Он знал — рано или поздно придут. Потребуют «услугу».
И вот — пришли.
Дверь открывается без стука. Входит человек — тот же, что приходил раньше. Неприметное лицо, цепкие глаза.
— Султан доволен, — говорит он вместо приветствия. — Ты хорошо себя вёл. Не пытался бежать, не болтал.
— Я… я понимаю, с кем имею дело.
— Хорошо, — посредник садится на единственный стул. — Тогда перейдём к делу. Ты готов?
Прохоров сглатывает. Руки дрожат.
— Да…
— В городской тюрьме сидит человек. Его нужно освободить.
— Как?! — Прохоров вздрагивает. — Я не…
— Тебе помогут, — обрывает посредник. — Охранники подкуплены. Твоя задача — встретить его снаружи. Отвезти в безопасное место и допросить.
— Допросить? О чём?
— О графе Скорпионове. Всё, что он знает — связи, слабости, планы. Записывай каждое слово.
Прохоров бледнеет.
— А потом?
Посредник смотрит на него холодно.
— Избавься. Его не должны найти.
Тишина. Прохоров чувствует, как сердце колотится в горле.
— Я… я не убийца…
— Предпочитаешь вернуть долг? — посредник встаёт. — С процентами?
Прохоров молчит. Он знает ответ. Знает, что выбора нет.
— Когда? — шепчет он.
— Завтра ночью. Детали — утром.
Посредник уходит так же тихо, как пришёл.
Прохоров остаётся один. Смотрит на догоревшую свечу.
Что он наделал? Во что вляпался? Убить человека. Ради информации о каком-то графе.
Кто этот Скорпионов? Чем он так важен Султану?
Неважно. Уже неважно.
Завтра — он перейдёт черту, чтобы выжить самому.
Праздник в самом разгаре, когда всё летит к чёрту.
Сначала — крики снаружи. Потом — звон разбитого стекла.
Оборачиваюсь к окну — как раз вовремя, чтобы увидеть, как через него влетает человек в маске. За ним — ещё один, и ещё.
Погромщики.
— Всем на пол! — орёт кто-то из них.
Гости визжат, разбегаются. Женщины падают в обморок, мужчины прячутся за столами.
Хватаю Олю, толкаю её за колонну.
— Не высовывайся!
— Сева!..
— Не высовывайся!
Выпрямляюсь, оглядываю зал.
Погромщиков человек десять. Ломы, дубинки. Обычные наёмники, не профессионалы. Наняли для грязной работы.
Но это не всё.
С другой стороны зала — от чёрного хода — появляются ещё люди. Пять… нет, семь человек. В тёмных плащах, с каким-то символом на груди.
И во главе — знакомое лицо.
Борис. Бывший глава культа. Тот, кто сбежал тогда, на поляне.
Наши глаза встречаются.
— Скорпионов! — рычит он. — Отдай кольцо!
Опа-опа, это что за сходка, о которой я узнал последним?
Две группы. И явно разные цели. Но припёрлись в одно время.
Совпадение? Вряд ли. Но сейчас не до анализа.
— Только Сипина не хватает для святой троицы, — бормочу я сквозь зубы.
Кабанский уже рядом, стоим спина к спине.
— План?!
— Ты берёшь тех! — киваю на погромщиков. — Я — этих!
Он кивает и бросается к окну, откуда пришли наёмники.
Я разворачиваюсь к Борису.
— Отдай кольцо, еретик! — он поднимает руку, на пальце — артефакт, который начинает светиться. — Оно принадлежит богине!
— Богине? — удивляюсь я, делая шаг вперёд. — Ты в курсе, что служишь ящерице? Хамелеон тебя обманул. Или ты меня за идиота держишь?
— Ложь! — Борис швыряет в меня вспышку энергии.
Уклоняюсь. Вспышка бьёт в стену, оставляя выжженное пятно.
Ясно, с фанатиками, как и с террористами, переговоров лучше не вести. Принято. Фанатики атакуют — все разом. У каждого — какой-то артефакт. Вспышки, удары, что-то вроде силовых волн.
Сдерживаюсь. Много невинных рядом. Огонь я контролирую не очень хорошо, могу случайно ранить не того.
Дерусь руками. Хвост скорпиона из кольца — моё спасение, помогает тормозить нападающих.
Первый фанатик получает удар в челюсть, падает. Второй — жало в плечо, паралич. Третий — подножка, и добивающий удар по голове.
Но их артефакты бьют больно, хоть и не смертельно. Вспышка задевает плечо — жжёт, будто раскалённым железом кто-то ковыряет прямо в ране. Морщусь, отступаю.
И тут Алиса бросается вперёд.
— Нет! — кричит она, вставая между мной и Борисом.
Чёрт, какого лешего она вылезла?!
— Алиса! Назад!
Но она не слышит. Стоит, раскинув руки, будто щит.
— Не трогайте его!
Борис смеётся.
— Какая трогательная защитница! — он поднимает руку для удара. — Убирайся, женщина, или…
Я не даю ему закончить.
Прыжок. Хватаю Алису, разворачиваюсь, прикрывая её своим телом. Удар Бориса проходит мимо, врезается в пол.
— Держись за мной! — рычу я, отталкивая её к стене. — И не смей собой рисковать.
Злость придаёт сил. Как она могла так бездумно поступить?! Лезть в бой без оружия, без подготовки?! Чтобы что? Защитить взрослого мужика? Это больше похоже на материнский инстинкт.
Я хоть ей и не родной, но, похоже, гормоны сделали своё дело, она слишком привязалась ко мне, поэтому так переживает и творит необдуманные вещи.
Разворачиваюсь к Борису. Он готовит ещё один удар.
Не даю.
Два шага вперёд. Уклонение от вспышки. И кулак — прямо в челюсть.
Борис отлетает назад, врезается в стол со сладостями. Орешки разлетаются по всему залу. Он пытается встать — и получает ещё один удар. В живот. Сгибается пополам, хрипит.
Добиваю ударом колена в лицо. Он падает и не встаёт.
Оставшиеся фанатики смотрят на своего лидера, потом — на меня.
И бегут.
К чёрному ходу, откуда пришли. Догонять не пытаюсь — пусть бегут. Расскажут остальным, что случается с теми, кто нападает на Скорпионова.